Борис Стругацкий - OFF-LINE интервью с Борисом Стругацким

• Название: OFF-LINE интервью с Борисом Стругацким
• Автор: Борис Стругацкий
• Издательство: Сайт "Русская фантастика"
• Жанр: Космическая фантастика
• Год: 2016

Оффлайн-интервью на сайте "Русская фантастика" 1998-2002.

Общее количество ответов: 8620

Для облегчения навигации ответы сгруппированы по годам.

В приложении приведены любимые книги Бориса Стругацкого, а также чат с ним на сайте "Компьютерры" в ночь с 30 ноября на 1 декабря 2000 года.

---

Уважаемый Борис Натанович, здравствуйте! Если Вам не трудно, и если я не требую раскрыть какой-либо важный секрет, расскажите, пожалуйста, по какому принципу Вы выбирали даты к Вашим произведениям полуденного цикла? Естественно возникающий ответ – «с потолка», меня не устраивает. Братья Стругацкие – замечательные рассказчики. На страницах этого интервью Вы не раз рассказывали о том, как именно писали Вы свои романы. В России много авторов, которые пишут в соавторстве – и наверняка используют подобную технологию, что нисколько не меняет сути дела, – среди российских авторов Вы – лучшие, и в Ваших книгах каждое слово на своем месте и каждому месту свое слово. А это значит – если в романах «Малыш» и «ПкБ» события датированы XXIII веком, а в «Жуке» и в «ВГВ» – неким первым или вторым веком «новой эры» (а если не новой, то почему Крамерер пишет свой мемуар в 126 году), то авторы имели для этого какие-то основания. Разумеется, Вы никогда не пытались специально писать хронику будущего. Разумеется, Вы не обращали внимания на точность дат, отчего вполне возможна ошибка в несколько лет (три даты рождения Максима Крамерера), но никак не в целое столетие, потому что «Полдень, XXII век». Разумеется, Вам, людям творческим, эти подробности были интересны в последнюю очередь. Так вот, если принять в качестве рабочей гипотезы «только XXII век», то возникает множество «ляпов», причем очень грубых, и бьющих в глаза. А вот в случае «двух столетий» и «первого века новой эры» (38 и 78 годы в «Жуке», 99 и 125-126 в «ВГВ») все эти ляпы волшебным образом исчезают. Более того, эта версия очень легко позволяет «объяснить все известные факты и не оставляет ни одного факта не объясненным». Возможный ответ, главный ответ – но тогда Горбовскому и Комову будет лет под двести. Верно. Но, во-первых, по хронологии к «дорогам» ему и так почти 160, во-вторых, живут в «Мире Полудня» довольно долго, если дедушка ста лет отправился прогрессором (!) на какую-то там планету, а Максим пишет свой мемуар в возрасте 89 лет, оставаясь в здравом уме и твердой памяти, и в-третьих, и Горбовский, и Комов, и Михаил «Атос» Сидоров – участники старых звездных экспедиций, а значит, часть лет их прошла не прожитой в полетах от звезды к звезде. Хотя вообще все это – чепуха полная. Ваши книги я очень люблю, очень часто их перечитываю, и буду делать это дальше. А Вам хочу пожелать доброго здоровья, долгих лет жизни и новых книг. А также хочу попросить у Вас прощения за не вполне корректный вопрос. Разумеется Вам, как писателю, виднее.

Николай Владимиров <[e-mail]> Москва, Россия - 07/24/03 22:18:41 MSK

Я уже отвечал, кажется, на аналогичные вопросы. Могу только повториться. Каждая новая вещь «полуденного цикла» писалась (задумывалась) как отдельная и последняя в этом цикле (особенно это относится к «Далекой Радуге»), а кроме того, хронология если и соблюдалась нами, то о-очень приблизительная, – так сказать, с точностью до полувека. Разумеется, события этого цикла распространяются не только на XXII, но и на XXIII век; разумеется, многим героям далеко за сто; разумеется, в результате такой нашей небрежности возникло множество анахронизмов (тщательно зафиксированных исследователями – Шавшиным, Казаковым, Переслегиным, – и не только зафиксированных, но даже, как правило, и «объясненных»). И тут уж ничего не поделаешь. Надо только привыкнуть к мысли, что авторы НИКОГДА не планировали создать некий единый цикл, хронологически безупречный. У них была совсем другая задача: создать мозаику событий, объединенных общим замыслом, общими героями и общими представлениями о Светлом Мире, в Котором Хотелось бы Жить.

Борис Натанович, уважаемый, прощу прощения, если вопрос покажется Вам некорректным: на одном форуме идет спор о «реальности» людей из «Полдня...» – возможны ли такие люди в наше время? Я приведу цитату: «Никогда человечество не будет таким, т.к. это нежизнеспособная ветвь развития». Как по-вашему, мир «Полдня...» – возможен как вариант нашего будущего или же это утопия? Там же одним из спорщиков было определено понятие «стругацкие люди» – доброжелательные, доверчивые, образованные, неестественно любящие свою работу, увлечённые ею, ни малейшей унылости, всегда готовые помочь и простить и того же ждущие от всего света. Соответствует ли это определение вашему представлению о «человеке светлого будущего»? Или нужно что-то добавить / исключить?

Ирина Астахова <[e-mail]> Сибирь, Россия - 07/24/03 22:18:47 MSK

Многажды отвечал на подбные вопросы. Мы не писали «мира будущего» – мы писали «мир, в котором хочется жить». Такой мир возможен лишь теоретически (если удастся со временем создать и реализовать Высокую Теорию воспитания). И в то же время, практически все герои Мира Полудня – вполне реальные люди сегодяшнего времени, таких и сейчас полно вокруг, только сейчас они составляют очевидное меньшинство, а в Мире Полудня – подавляющее большинство.

Уважаемый Борис Натанович! Я, по-видимому, Ваш стандартный читатель (не фэн, не поклонник!) – технарь, кандидат физтехнаук. И мне 55 лет. Прочитал Ваших «Бессильных...». Знаете, мне вспомнилось, как я, «вьюноша», впервые одолевал (не читал!) «Улисс» Джеймса Джойса... И там внизу страницы были любезные отсылки для тупого советского читателя к греческо-римской мифологии и англо-саксонско-немецко-французской литературе невероятно широкого диапазона. Я, конечно, понимаю, что писатель должен быть на 1-2 головы выше читателя... Но Хайдеггер, Гегель, Кастанеда, Геделевская теорема о неполноте – да мало ли жемчужин рассыпано по тексту Вашей мощной (полагаю, ближе к философской, поскольку фантастические посылки вторичны (см. незабвенного Кинга)) книги. Для кого, Мэтр? Или Сэнсэй! Для «Люденов»? Для яйцеголовых? А, может, надо «мягше»? Ведь Человек Воспитанный (как, кстати, это по латыни?) должен откуда-то возникать. А он не возникнет от (как бы это выразиться?) текстов Головачева, Перумова... (имя им – легион!). А вот «Обитаемый остров» (любимая моя вещь!) – он воспитывает!! Может быть, в этом приключенческо-ненавязчивом облегченном варианте и дойдет Слово до души... А вообще, Борис Натанович, есть ли сейчас народ? Тот самый, мудрый, всезнающий и всепонимающий... Или имеет место «resulting force» тупых полупьяных индивидуалистов и сверхтонкой прослойки интеллектуалов на службе Маммоне?!.. Если мое послание дойдет через частокол Ваших церберов-люденов, то заранее прошу простить за многословие... Здорово, если бы Вы соблаговолили ответить!

Юрий <[e-mail]> Белгород, Россия - 07/24/03 22:19:12 MSK

Так уж мир устроен, что каждый уважающий себя автор в процессе работы вынужден ориентироваться только на себя – ну и, может быть, на свою «референтную группу» (ближайшее окружению самых любимых и уважаемых друзей и знакомых). Только (смутные!) представления типа «это хорошо!», «это у меня здорово получилось!», «это ни к черту не годится – лажа!» – руководят окончательным (искусственным) отбором слов, фраз, эпизодов. Невозможно работать по принципу: «А напишу-ка я сейчас что-нибудь для старшего школьного возраста!...» Вернее сказать – возможно, конечно, но лишь изредка и под давлением особых (малоприятных) обстоятельств, как это было с АБС, когда писали они «Малыша» и тот же «Обитаемый остров». Писать, вообще говоря, надо каждый раз так, словно эта именно вещь – твоя последняя. Только в этом случае можно надеяться на чувство хоть некоторого удовлетворения от результата своих трудов. А кроме этого чувства удовлетворения нет у автора никаких критериев самооценки, ибо сказано: «Ты сам свой высший суд!» И остается только надеяться на Основной Постулат АБС: «Как бы ты ни написал свою вещь, всегда найдется 10 процентов читателей, которым она понравится (а 10 процентов – это десять тысяч человек – уже стоило стараться)».

Здравствуйте, дорогой Борис Натанович! Я не хочу показаться назойливым, но я хотел бы уточнить вопрос, который я задал некоторое время назад и на который Вы уже отвечали (за что Вам огромное спасибо). Я спрашивал: Как Вы думаете, возможна была бы борьба и даже победа в мире «Обитаемого Острова» и «1984» без вмешательства извне? Вы ответили: Смотря что называть «вмешательством». Опыт СССР показывает, что тоталитаризм обречен просто потому, что он обязательно проиграет экономическую и идеологическую войну с демократическим миром, – без «горячей войны», которую только и склонны мы обычно называть «вмешательством». Но в «1984» и в «Обитаемом Острове» демократических государств на планете не осталось (извне был только Максим). Как Вы думаете, возможна была бы борьба и победа в этих мирах без всякого вмешательства извне, ни военного, ни идеологического, без самого факта внешнего идеологического противостояния режиму вообще?