Тайлер Коуэн - Среднего более не дано. Как выйти из эпохи великой стагнации

• Название: Среднего более не дано. Как выйти из эпохи великой стагнации
• Автор: Тайлер Коуэн
• Издательство: Издательство Института Гайдара
• Жанр: Экономика
• Год: 2015
• ISBN: 978-5-93255-419-7

Для трех четвертей рабочих мест, созданных в США после начала рецессии, заработная плата едва превышает минимальную. При этом в США по-прежнему больше миллионеров и миллиардеров, чем в любой другой стране мира. В этой книге Тайлер Коуэн предлагает свое объяснение данного феномена: те, кто зарабатывает много, пользуются большими преимуществами искусственного интеллекта в анализе данных и достижении лучших результатов; те же, кто зарабатывает мало, не имеют опыта взаимодействия с большинством новых технологий и потому имеют очень плохие перспективы. Практически все сектора экономики все меньше зависят от ручного труда, и этот факт навсегда меняет мир труда и заработной платы. Спокойная жизнь где-то посередине закончилась.

---

Человеку тяжело соперничать в шахматах с компьютером, играя так, как человек привык играть. Положения работы Кена Ригана, о которой рассказывается в главе, посвященной поведенческой экономике, позволяют поймать тех, кто незаконно пользуется помощью компьютера во время шахматного матча, или по крайней мере объявить их виновными на основании статистических данных.

Если слишком большое число ходов, сделанных определенным игроком, совпадает с ходами, рекомендованными компьютером, то этого игрока трудно не заподозрить в обмане. Известны случаи ложных и даже, вероятно, клеветнических обвинений. Во время состоявшегося в 2006 г. матча за звание чемпиона мира между Веселином Топаловым и Владимиром Крамником менеджер Топалова Сильвио Данаилов заявил, что Крамник слишком часто отлучался в туалет, чтобы получать подсказки компьютера. Это дело вошло в историю под названием «Тойлетгейт». Обвинения оказались беспочвенными и скорее преследовали собою цель вывести соперника из психологического равновесия, чем являлись чем-то серьезным, но обернулись против самого Данаилова. В итоге Крамник победил, не оставив места каким-либо сомнениям в своем преимуществе, разгромив Топалова в столь быстротекущем матче, что его не пришлось переносить на следующий день. Однако сама проблема, понятное дело, не исчезла.

Кен Риган подчеркивает, что совпадение ходов игрока с рекомендациями компьютера еще не является достаточным основанием для того, чтобы признать его мошенником. В ряде партий большое число ходов являются вынужденными или принуждающими оппонента ходить исключительно определенным образом — ходы и даже комбинации игроков достаточно высокого уровня будут совпадать с рекомендациями компьютера уже потому, что альтернатив им не существует. Это же наблюдается и в игре хороших шахматистов, которые «играют подобно компьютеру» непропорционально часто в относительно незамысловатых и простых позициях. Иногда может показаться, что сильные шахматисты с незамысловатым стилем игры, жульничают: к таким предположениям располагает их сильная игра при простоте позиций. Однако если просто отфильтровать данные, не подвергая их интерпретации, то окажется, что одним из главных «обманщиков, прибегавших к помощи компьютеров», окажется Хосе Рауль Капабланка, кубинский гроссмейстер, отличавшийся ясностью и простотой игрового стиля и являвшийся одним из сильнейших шахматистов мира в 20-е и 30-е гг. прошлого века! В ряде случаев, датирующихся временем, предшествующим появлению хороших программ, также отмечается выдающийся уровень игры шахматистов, что, впрочем, объясняется огромным числом сыгранных ими игр.

Более того, в игре шахматиста, регулярно прибегающего к мошенничеству, как правило, присутствуют определенные свидетельства, указывающие на обман, по крайней мере если он повторяется. Методом Кена можно выявить хронического мошенника, но им нельзя разоблачить гроссмейстера, прибегающего к обману лишь единожды, в самый критический и поворотный момент в игре.

В любом случае вместо конвергенции вероятно усиление, наоборот, некоторых отличий между человеком и машиной, включая когнитивные. Большая часть данной книги посвящена эволюции машин, но изменятся и люди. Я имею в виду не изменения генетического кода, которые произойдут в отдаленном будущем, а более простые изменения в нашем образе жизни и приобретаемых нами навыках.

Если говорить без обиняков, то мы передаем функции части нашего мозга техническим устройствам, и в действительности именно это мы и делаем на протяжении уже тысячелетий, идет ли речь о средствах письма, книгах, счетной доске или современном суперкомпьютере. Сами же мы концентрируемся в большей степени на тех из наших способностей, которые машины подменить собой не в силах.

Память и «информационный поиск»

Когда я был ребенком и мне требовались какие-нибудь данные, я звонил в справочный отдел государственной библиотеки города Хакенсак, штат Нью-Джерси. Я до сих пор помню их телефонный номер: 201-3434169. Однако такие телефонные звонки отнимали у сотрудников библиотеки много времени и сил: иногда они были не в состоянии сразу ответить на мой вопрос; чтобы найти ответ, им нужно было воспользоваться карточным каталогом и десятичной книжной классификацией Дьюи, а потом искать нужную книгу на полке и только после этого перезванивать мне. Это осталось в прошлом. Теперь мы начинаем — или зачастую заканчиваем — поиск информации с помощью Google или других поисковых методов, таких как Twitter или приложения для мобильных телефонов. Это потрясающие технологии, несмотря на то что они уже стали абсолютно обыденными вещами. Теперь мы не запоминаем множество телефонных номеров, а предпочитаем заносить их в память телефона или, в случае необходимости связаться с кем-то из наших контактов, полагаемся на телефонный интернет-сервис Google.

Образно говоря, Google стал для нас своеобразным костылем, на который мы опираемся. Он оказывает влияние на то, как мы мыслим и как узнаем новое. На настоящий момент уже существуют систематические свидетельства того, каким образом Google меняет наши умственные способности, и я думаю, многие из нас этого не избежали. При частом использовании Google люди теряют часть своей способности — или, по крайней мере, желания — помнить факты. В конце концов, зачем помнить все, что узнали? Если требуется какая-то фактическая информация, ответ, возможно, уже имеется на кончике ваших пальцев, особенно если вы пользуетесь смартфоном или планшетом iPad. Подобное же, судя по всему, произошло со специалистами, занимавшимися бухгалтерией: с появлением дешевой бумаги, пишущих принадлежностей, конторских книг и прочих методов хранения цифровой информации часть функций их памяти ослабла.

Когда-то существовала целая «наука о памяти», в рамках которой преподавались навыки запоминания чисел, имен людей, числовых рядов и так далее. Эта наука существовала еще в Древней Греции, а ее расцвет пришелся на Средневековье и Ренессанс. Журналист Джошуа Фоер красноречивым образом рассказал об этой дисциплине тренировки памяти в своей книге «Эйнштейн гуляет по Луне», вернув ей часть утраченной значимости. Особое внимание им уделяется одной из техник запоминания, известной как «дворец памяти», в которой вы присваиваете элементам, которые желаете запомнить, определенную позицию в воображаемом пространстве, а за самой позицией закрепляются какие-либо неожиданные или цветовые атрибуты. Фоером описывается его опыт участия в Американской интеллектуальной олимпиаде, где им были использованы приобретенные навыки запоминания расположения игральных карт в колоде.

Древнейшие искусства развития памяти в их наиболее общих формах представляют собой методики развития ума. Искусства эти касались не только развития навыков запоминания. И многими из тех, кто практиковал их, проводилось четкое различие между искусствами развития памяти и навыками запоминания. Искусства развития памяти учили тому, как по-новому организовывать свои мысли, поэтому они выступали в качестве методов новаторства, построения и рождения нового. Они учили тому, как превращать уже знакомые и простые понятия в новые, шла ли речь о гимнах, поэмах, молитвах, книгах или новом видении божественных чудес.

Вопрос заключался в том, чтобы сделать ваши идеи «доступными для поиска», как сказал бы подкованный в компьютерах человек. То есть вы можете начать с вопроса или простой точки отправления, и алгоритмическая природа искусств развития памяти приведет вас к более сложным идеям и истинам. В случае с Google знание «волшебных» принципов поиска может завести вас во множество новых мест, а принципы эти заключаются в относительно простом искусстве составления поисковых запросов. Google являет собой удачное воплощение — посредством технологий — древней мечты о «дворце памяти».

На протяжении веков западные мысль и религия были одержимы идеей алгоритмического пути, ведущего к большим знаниям. Идея эта оказала влияние на Каббалу, многих средневековых схоластов и ученых, таких как Исаак Ньютон и Иоганн Кеплер. В конце концов идея потеряла свою популярность, поскольку стало принято рассматривать ее как смехотворную. Однако знаете что? Идея эта была вполне здравомыслящей, просто на тот момент не существовало технологий ее практического применения.

В течение долгого времени наука развития памяти в западной мысли пребывала в тупике, и сегодня найдется немного людей, использующих технику «театров (дворцов) памяти» или другие методики развития памяти. Большинству из нас данная технология никогда не виделась достаточно практичной. В своей вышедшей в 1966 г. книге «Искусство памяти» Фрэнсис Йейтс рассматривает западную традицию развития памяти вплоть до XVII века. Публикация Йейтс пользуется большой популярностью у исследователей эпохи Ренессанса и получила определенное влияние среди исследователей Каббалы, герметизма и прочих мистических учений в западной истории. Работа Йейтс получила блестящие отзывы как исследование истории мысли, однако большинство ученых рассматривали ее исключительно как диковинку, хотя и достаточно интересную. Теперь же мы в состоянии видеть в авторах прошлого тех, кем они и являлись: гениальных предвестников ряда важнейших идей и методик современного мира, в данном случае — искусства и науки информационного поиска.