Андрей Завадский - День Победы. Гексалогия (СИ)

• Название: День Победы. Гексалогия (СИ)
• Автор: Андрей Завадский
• Издательство: СИ
• Жанр: Боевая фантастика
• Год: 2016

Серия романов под общим названием «День Победы» является продолжением цикла «День вторжения». Здесь описываются события происходящие после вторжения армии США на территорию России.

---

— Саша, Паша, — Васильев оглянулся на стоявших рядом на коленях партизан, уже уложивших себе на плечи массивные метровые тубусы реактивных гранатометов РПГ-27 «Таволга». — Мужики, готовы?

«Мужики», старшему из которых неделя как исполнилось двадцать три, молча кивнули. Закусив губы и побледнев, они наблюдали за приближающимися под грохот металла и рев моторов боевыми машинами.

«Абрамсы», перемалывая широкими гусеницами потрескавшийся асфальт в мелкую крошку, ползли по улице, а за ними двигалась остальная техника. Ярослав разглядел легкие бронемашины LAV-25, аналог недавно расстрелянных «Страйкеров», но с более тонкой броней, зато вооруженный гораздо серьезнее — вместо единственного «браунинга» в широкой плоской башне установлена автоматическая пушка «Бушмастер» калибра 25 миллиметров, спаренная с пулеметом, еще один пулемет — на крыше. Полдюжины таких БТР, сопровождавших танки, несли человек сорок десанта, а где-то позади маячили еще и «Хаммеры» тоже ощетинившиеся во все стороны стволами пулеметов.

— Парни, приготовиться, — громко произнес Васильев. — Весь огонь — по танкам! Цельтесь точнее — на них «Динамическая защита», — напомнил он, разглядев квадратные коробочки «реактивной брони» ARAT, которыми были буквально увешаны обращенные к позиции партизан борта танков, оснащенных комплектами «городского выживания» TUSK. — Старайтесь бить под башню!

Расстояние до цели Васильев оценил в сто — сто двадцать метров, достаточно для точного выстрела из РПГ. Американцы неплохо были защищены, но что они смогут увидеть из-под десятков тонн брони. Партизан покосился на бойца, сжавшегося в углу и державшего в руках коробочку подрывной машинки, от которой змеились, исчезая снаружи, тонкие провода:

— Готов? Не пора еще?

— Сейчас, — сквозь зубы процедил сосредоточенный подрывник, не сводивший взгляд с одному ему известного ориентира — покосившейся урны на тротуаре, покрашенной в нежно-зеленый цвет. — Мы в «ливневку» полцентнера тротила запихали, не хочу взрывчатку зря переводить. Еще немного… А теперь пора!

Сапер с хрустом утопил большую резиновую кнопку в корпус подрывной машинки, и из-под днища головного «Абрамса» ударило пламя, а грохот взрыва заглушил рев моторов. Уложенный под дорожным покрытием, в дренажной трубе, заряд, разворотив асфальт, ударил в бронированное дно, оглушая экипаж. Потерявший управление танк развернуло в полоборота, кормой к зданию банка, и Васильев крикнул:

— Огонь! — И первым нажал на спуск.

Уши мгновенно заложило от грохота выстрела. Огненная стрела кумулятивной гранаты ПГ-29В с тандемной боевой частью ударила в корму, в самую уязвимую часть танка, поразив его двигатель, прикрытый сзади лишь решетками пылевых фильтров. Одновременно еще двое партизан дали залп из одноразовых РПГ-27 «Таволга», влепив в борт второго «Абрамса» две реактивные гранаты, которых тоже несли тандемные заряды. Лидирующие заряды сорвали элементы динамической защиты, «расчищая путь», и только тогда сработали основные заряды, прожигая броневые плиты. Пламя растеклось по бортам и башне боевой машины, находя себе дорогу внутрь, и танк замер, перегородив дорогу.

Вот так, сука! — Сбросив с плеча пусковое устройство гранатомета, Ярослав во внезапном порыве показал дымящимся остовам вражеских машин неприличный жест. — Это вам не Багдад, парадным строем не войдете!

С улицы раздался характерный вой газотурбинного двигателя Лайкоминг AGT-1500. Угловатая громада «Абрамса» появилась из-за поворота. Танк приблизился к зданию банка метров на пятьсот, его массивная башня плавно, но быстро развернулась, и из ствола полыхнуло пламя. Сердечник бронебойного снаряда М829, летевший в пять раз быстрее звука, ударил в стену здания, проломив ее и улетев дальше, ломая тонкие переборки. Находившихся внутри людей сбило с ног, повалив на усыпанный осколками стекла и кусками штукатурки. И только потом гул выстрела накрыл позицию партизан.

— А, черт, — Васильев, широко открыв рот, несколько раз сглотнул, чувствуя, что слух немного восстановился. Он подобрал выпавший из рук гранатомет, уложив его на плечо. — Заряжай!

Второй номер торопливо подхватил с засыпанного осколками пола семикилограммовую «болванку» реактивной гранаты, рывком сунул ее в казенный срез РПГ, и, отскочив в сторону, крикнул:

— Сзади чисто!

Наводчик американского танка опередил Ярослава всего на секунду. Снова беззвучно полыхнуло пламя на дульном срезе орудия, и в стену вонзился посланный противником снаряд. Он прошил кирпичную кладку, столкнувшись с телом укрывавшегося за стеной партизана. Тяжелое «копье» из вольфрамового сплава, летевшее со сверхзвуковой скоростью, разорвало его пополам, всюду брызнула кровь, разлетелись обгоревшие ошметки плоти, а снаряд, даже не замедлившийся при встрече с этой преградой, пробил стену, исчезая в глубине здания.

Васильев нажал на кнопку спуска в ту секунду, когда американский снаряд угодил в здание, и рука дрогнула. Граната, пройдя чуть выше, чем целился партизан, скользнула по башне «Абрамса» и ударила в стену находившегося напротив дома, даже никого не напугав.

Распахнулся командирский люк остановившегося танка, и фигурка в танкистском комбезе и глубоком шлеме прильнула к «браунингу» со всех сторон окруженному бронещитами. Длинная очередь ударила в стену, несколько пуль влетели в оконные проемы, отыскивая свои жертвы. Партизан с оторванной по плечо рукой покатился по полу, громко крича. Еще одному сразу две пули угодили в торс, разворотив грудь.

— Заряжай, — скомандовал Васильев, не обращавший внимания на крики и кровь. — Живее!!!

С верхних этажей зазвучали выстрелы «Утеса», обрушившего шквал свинца на танк. Вражеский пулеметчик нырнул вниз, скрываясь под броней, и сразу открыли огонь малокалиберные пушки американских LAV-25. Легкие снаряды впились в кирпич, прогрызая в стенах глубокие воронки.

Снова из ствола танковой пушки вырвалось пламя. На этот раз снаряд ударил в стену где-то на уровне третьего этажа, оставив обрамленный копотью неровный пролом. Несмотря на то, что американский «Абрамс», в отличие от российских Т-80 и Т-90 не был оснащен автоматом заряжания, орудийная обслуга старались изо всех сил. Пушка вновь и вновь выплевывала щедрые порции свинца, отчего стена дома превращалась в подобие решета, в отверстия которого все чаще залетали пули и осколки.

Один из засевших в банке партизан, даром, что был контужен, выстрелил из легкого РПГ-26. реактивная граната ударила в борт американского танка, и взрывом сорвало несколько «кирпичиков» динамической защиты, обнажив броню. В это время второй номер Васильева уже заталкивал увесистую «чушку» ПГ-29В в казенный срез ствола раскалившегося «Вампира». Командир партизан увидел, как «Абрамс», покрытый подпалинами, с места рванул вперед, исчезая за остовом подорвавшегося на фугасе танка. А один из сопровождавших его LAV-25 съехал с дороги, продолжая поливать дом частыми очередями из автоматической пушки. Аппарель в корме бронемашины опустилась, и наружу высыпали морские пехотинцы. Один из них уже прилаживал на плече зеленый раструб реактивного гранатомета Mk-153 SMAW, мощного оружия, аналога РПГ-29, способного стрелять еще и фугасными зарядами.

— Гранатометчик, — выдохнул Васильев. — Прижмите его!

Все, кто находился в банке, были оглушены грохотом собственных выстрелов, большинство — ранены или контужены. Сам Ярослав почувствовал влагу на верхней губе. Сдернув закрывавшую лицо повязку, он провел ладонью около рта и увидел на пальцах кровь. Но каждый боец продолжал выполнять приказ. Один из партизан поднял короткую массивную трубу реактивного огнемета «Шмель», и в этот момент где-то на верхних этажах ожил «Утес», хлестнув по вражеской пехоте свинцовой струей. И одновременно раздалась скороговорка выстрелов АГС-17, осыпавшего противника градом тридцатимиллиметровых гранат, разрываясь, образовывавших настоящую тучу осколков.

Партизаны из здания видели, как американцы падают с ног. Вражеский гранатометчик выстрелить так и не успел, сметенный свинцовым шквалом. В этот момент «Абрамс», наполовину выдвинувшись из-за корпуса подбитого танка, перегородившего улицу, выстрелил, выпустив снаряд по верхним этажам. Васильев нажал на спуск, снова оглушительно грохнул выстрел, но вражеский водитель успел дать задний ход, и реактивная граната, оставляя хорошо различимый дымный след, промчалась над самым его носом, разорвавшись на другой стороне улицы.

— Сука! — Васильев ударил кулаком по стене. — Еще два-три выстрела, и этот дом сложится! Нужно гасить танк! Мужики, прикройте меня! Мне нужна минута!

— Ты что задумал? — один из партизан, чумазый, с перекошенным от напряжения лицом, схватил Ярослава за рукав.

— Заставьте их прижаться на минуту! Я пошел!