Андрей Завадский - День Победы. Гексалогия (СИ)

• Название: День Победы. Гексалогия (СИ)
• Автор: Андрей Завадский
• Издательство: СИ
• Жанр: Боевая фантастика
• Год: 2016

Серия романов под общим названием «День Победы» является продолжением цикла «День вторжения». Здесь описываются события происходящие после вторжения армии США на территорию России.

---

Капитан, обернувшись к нему, уверенно воскликнул:

— Всевышний покарает их за высокомерие!

— Не нашими руками.

— Мы уже стали орудием Господа в этой войне. И пусть не нам доведется нанести решающий удар, без наших усилий он и вовсе стал бы невозможен. Я верю, наши братья не подведут, исполнив свой священный долг до конца!

Этот короткий диалог так и остался не услышанным. Вертолет Береговой охраны США, треща лопастями, мчался над просторами океана, пронзая тьму, окутавшую его, импульсами радара. Отметка на экране, то появлявшаяся, то исчезавшая, чтобы вновь возникнуть через мгновение, привлекла внимание пилотов.

— Возможно, лодка, — предположил Роджерс. — На обычном «зодиаке» вполне можно добраться с Кубы до берегов Флориды.

— Проверим! Изменить курс на ноль-два-пять!

Вертолет рванул к цели, точно гончая, взявшая след. Луч мощного прожектора пронзил тьму, скользнув по волнам. В пятно света попало нечто, и, увидев это, ОХара потрясенно выдохнул:

— Это же перископ! Будь я проклят!

Описав в воздух широкую дугу, «Джейхок» завис на небольшой высоте, но в этот момент экран радара вдруг очистился, что заставило выругаться в один голос обоих пилотов.

— Оно было здесь! — ОХара сжал кулаки от досады. — Прямо перед нами! Дьявол! Давай еще круг! Билли, гляди в оба глаза!

Снова мерцающая точка возникла на экране радара, но уже в нескольких десятках футов в стороне. Направив луч прожектора туда, Рон ОХара увидел покачивающуюся на волнах бочку из оранжевого пластика. От удивления он округлил глаза:

— Что за хрень? Откуда тут эта ерунда? Билли, ты только что видел то же, что и я?

— При всем моем уважении, лейтенант, сэр, я уже не уверен, что видел. Это же Мексиканский залив, перекресток судоходных трасс, тут какого только мусора нет. В нейтральных водах за борт могут вышвырнуть любой хлам!

— Я точно знаю, что видел, Билли! Это не был сброшенный с проходящего судна мусор!

— Предлагаете доложить о том, что мы обнаружили подлодку? Здесь же полно кораблей и самолетов ВМС, на дне — гидрофоны. Если бы суда прокралась чужая субмарина, весь залив перепахали бы глубинными бомбами вдоль и поперек!

Командир экипажа помотал головой в растерянности:

— Думаю, не лучшая идея, поднимать панику. Возможно, ты прав, и это был какой-то мусор. Наверное, это от переутомления. Надо взять отпуск, хотя бы пару дней.

Полет продолжался, и вскоре на горизонте возникли очертания чего-то огромного, похожего на сверкающий разноцветными огнями небоскреб. Билл Роджерс восторженно присвистнул:

— Никак не могу привыкнуть к такому!

Нефтяная платформа, только и всего. Возможно, со стороны это кажется чем-то грандиозным, но, поверь, тех, кто там вкалывает месяцами кряду, от этого тошнит. Там тесно, воняет нефтью и заношенными ботинками, там нет девчонок и проблемы с выпивкой.

Патрульный вертолет обошел платформу по кругу, не приближаясь менее, чем на полтысячи ярдов. Бросив быстрый взгляд на приборы, ОХара решил:

— Баки заполнены только на треть. Возвращаемся на корабль!

Набирая высоту, «Джейхок» развернулся, нацеливаясь на приводной радиомаяк «Форварда», продолжавшего бороздить неспокойные воды Мексиканского залива несколькими десятками миль западнее. Яркая вспышка разогнала тьму, заставив летчиков разом издать бессвязный вопль. В небо ударил столб огня, а затем махина нефтяной платформы качнулась, оседая в волны. В ее нутре что-то продолжало взрываться, и при вспышках было видно, как в воду падают человеческие фигурки.

— Вот дьявол! — Рон ОХара

Эфир наполнился голосами. Кто-то истошно кричал, призывая на помощь, затем на нефтяной платформе, крен которой уже составлял градусов сорок пять, вновь что-то взорвалось, и просьбы о помощи исчезли. А внизу уже горел сам океан, вернее, конечно, хлынувшая из разорванных труб нефть.

— Вызывай «Форвард»! — Командир экипажа почти кричал.

— Рон, там люди, внизу. Их еще можно вытащить!

— Снижаемся! Приготовить лебедку!

«Джейхок» камнем рухнул вниз, зависая над самой поверхностью воды. Шанс совершить нечто важное и героическое выпал экипажа патрульного вертолета неожиданно, но люди, стиснутые бортами фюзеляжа, старались делать свою работу четко и быстро. Не обращая внимания на разлетавшиеся всюду горящие обломки и струи вспыхивавшей в воздухе нефти, хлеставшие под давлением из трубопроводов, летчики Береговой Охраны США спешили поднять из воды как можно больше людей, для которых они стали единственной и последней надеждой. И потому экипажу было не до наблюдения за горизонтом, и никто не увидел яркие вспышки далеко на линии горизонта, там, где прежде возвышались монументальные громады нефтедобывающих платформ.

Сверхмалая подлодка типа «Гадир», выставив над поверхностью воды трубу шноркеля, устройства для работы дизеля под водой, медленно шла к цели, заставляя испуганно бросаться врассыпную, убираясь прочь с ее пути, обитателей глубин. Морские хищники не рисковали приближаться к субмарине, чувствуя ее чуждость всему, что обитало под водой, сознавая, что ее стальная «шкура» им не по зубам, даже смертоносным акулам, вспарывавшим воду изогнутыми плавниками.

Капитан ВМС Исламской Республики Иран Асфан Мешхеди не отрывался от перископа, чувствуя, как пот стекает по лбу, по щекам, щиплет воспаленные глаза, но, не переставая ни на минуту вглядываться во тьму тропической ночи, опустившейся на просторы мексиканского залива. Зуммер системы предупреждения о радиолокационном облучении прозвучал в рубке внезапно, когда шаривший по поверхности луч чужой РЛС коснулся на миг сенсоров станции радиотехнической разведки, установленных на трубе поднимавшегося над волнами шноркеля. Вздрогнув от этого пронзительного звука, точно от электрического разряда, моряк рявкнул, что было силы:

— Погружение! Рядом американский вертолет!

Срочное погружение Мешхеди со своим экипажем отрабатывал регулярно еще у родных берегов, периодически улучшая собственные рекорды, вот и в этот раз на то, чтобы убрать трубу устройства для работы дизеля под водой, связывавшего кравшуюся под поверхностью Мексиканского залива подлодку с окружающим миром, ушло несколько десятков секунд. Субмарина, приняв в балластные цистерны несколько тонн забортной воды, стремительно нырнула на глубину. Над ней сомкнулась толща воды. Смолкли дизельные генераторы, мерно тарахтевшие в трюме крохотной подлодки, питая энергией гребной электродвигатель. А тот же приводил в движение винт, заставлявший ее перемещаться со скоростью одиннадцать узлов. Лишь теперь капитан вытер тыльной стороной ладони холодный пот со лба.

— Откуда они появились? Нас едва не обнаружили! — Старший помощник, такой же горбоносый и бородатый, как и его командир, смуглый до черноты не от загара — загорать-то на глубине тридцати метров под поверхностью моря проблематично даже в экваториальных широтах — выглядел перепуганным не на шутку.

— Аллах хранит нас от взоров неверных!

Асфан Мешхеди чувствовал, как сжимается сердце в груди, превращаясь в какой-то ледяной комок. Суденышку длиной двадцать девять метров и водоизмещением всего сто пятнадцать тонн не по силам были океанские походы, и потому Атлантику «Гадир» пересек на буксире контейнеровоза «Низами». С той самой минуты, когда подлодка отстыковалась от своей тайной плавбазы, прошло около шести часов. И все это время сам капитан и все восемнадцать человек малочисленной команды пребывали в колоссальном напряжении, не забывая ни на миг, что находятся не просто во враждебных водах, а в самом сердце врага.

До берегов ненавистной Америки было несколько десятков миль, ничтожное расстояние. Множество судов бороздили теплые воды Мексиканского залива, и с любого из них могли заметить субмарину. Никто из моряков, отправившихся в этот безумный поход, включая и капитана Мешхеди, не страшился смерти, но они были лишены права на смерть прежде чем выполнять свою миссию, и потому приходилось быть очень осторожными.

Подлодка, держась на небольшой глубине, малым ходом двигалась к указанной точке. Спешить было некуда — их цель не могла просто сняться с якоря и уплыть. Тонкая труба шноркеля была единственной связью с внешним миром, доставляя с поверхности кислород. В основном — для судового дизеля, но хватало и для того, чтобы в тесных крохотных отсеках можно было дышать относительно свободно. Заряд аккумуляторных батарей, «залитых» под завязку еще на базе, берегли, ведь никто не знал, сколько еще предстоит оставаться под водой. Часы, истекшие с той секунды, когда «Гадир» отошел от плавучей базы, растягивались в вечность, заставляя моряков дрожать от напряжения. Изредка субмарина всплывала к самой поверхности, и капитан крохотной подлодки упорно смотрел и смотрел в перископ, желая первым увидеть свою цель. Но пока он видел лишь пустоту.