Барбара Сигел - Сага о копье: Омнибус. Том III

• Название: Сага о копье: Омнибус. Том III
• Автор: Барбара Сигел
• Издательство: Кузница книг InterWorld'a
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2017

Затерянный во Времени и Пространстве волшебный мир Кринн…

Много веков назад Боги отвернулись от людей и на земле воцарился хаос. Никто уже не верил в то, что Боги существовали и только некоторые продолжали искать подтверждения, что Боги существуют и они вернутся. Злая сила, во главе с темной королевой Такхизис, стремится завоевать мир, и только вера в Богов может спасти людей от темных сил…

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Оба воина промолчали — частично потому, что понимали: Колот просто ворчит от расстройства, а ещё потому, что говорил он правду, которую сложно опровергнуть.

Дорога все вилась и вилась под копытами лошадей, а вокруг минотавров продолжал расстилаться унылый, монотонный пейзаж. Потихоньку миновал полдень, солнце немилосердно палило усталую троицу.

Достав с луки седла мех с водой, Колот глотнул и небрежно осмотрелся по сторонам. Его рука невозмутимо вернула ёмкость на место, а глаза остро впивались в каждую складку скалистого рельефа.

— Мы не одни… — тихо сказал он.

Волосатая фигура появилась на каменном гребне недалеко от них и теперь внимательно разглядывала глубоко посаженными глазами трёх минотавров на дороге.

Легенда гласила, что минотавры и людоеды происходили от одних предков. Великих Эрдов. Но, на взгляд Колота, стоявший перед ними людоед больше напоминал потомка больного человека и бешеного медведя: острые зубы скалились в пасти, теряясь на фоне двух огромных клыков, морда была перекошена ненавистью, спутанная копна пыльных волос свисала с огромной головы, изорванный килт, очевидно, был снят с давно умершей безымянной жертвы.

— Стоять… — проскрежетал людоед голосом, от которого могли трескаться камни, и присел на корточки на своём наблюдательном посту.

— И это — наши союзники? — пробормотал один из воинов.

Грохот осыпающихся камней привлёк их внимание — более дюжины разномастно одетых людоедов спускались к ним со всех сторон. Колот успел остановить солдат прежде, чем те выхватили свои секиры:

— Успокойтесь! Мы не биться сюда приехали!

Возможно, воины бы поспорили с ним относительно мудрости такого приказа, если бы на дорогу не спустился ещё один людоед, совершенно не похожий на других. Он был облачён в прекрасно сшитый коричневый плащ и тёмно-зелёную тунику, украшенную затейливым узором, на ногах, в отличие от других, у него были изящные сандалии, дополнял картину кожаный килт явно минотаврской работы. Из-под широкого плаща виднелся кусочек ножен, отделанных серебром.

Лицо этого людоеда ничем не напоминало уродливые рожи соплеменников, хотя отрицать расовые черты никто бы не осмелился. Хотя и широкое, оно не было приплюснутым, широкий нос больше напоминал человеческий, а изо рта виднелись только кончики клыков.

— Приятно встретить тебя… — Голос вновь прибывшего людоеда был почти приятным, под толстыми бровями остро поблёскивали зелёные глаза, в которых явственно читалось нетерпение, остроумие и… хитрость. — …сын могучего Хотака.

— Я также рад, великий лорд Голгрин!

Запах мускуса достиг ноздрей одного из людоедов, заставив того фыркнуть. Сами они не пахли мускусом, только потом и гниющим мясом, всем, что накопили с далёкого последнего купания. Голгрин же выглядел так, словно он не только принимает ванну каждый день, но и завёл себе особого слугу, чтобы расчёсывать густые волосы.

— Никогда ещё не чувствовал себя грязнулей, стоя перед людоедом, — шепнул старший воин младшему.

— Прости моё невежество, — учтиво сказал Колот, — но мне казалось, что мы должны встретиться там, — он указал на когтистый пик. — Видно, мы что-то недопоняли…

Минотаврам всё было известно точно, а место встречи обговаривалось особо. Просто коварный людоед решил опередить их, обретя небольшое преимущество.

— Но я не в обиде. — Мускулистый минотавр пожал литыми плечами. — Это место не хуже. — Он ласково похлопал по притороченному к седлу кожаному мешку. — Здесь у меня всё, что вы хотите!

Голгрин молча кивнул, не спуская взгляда с мешка. Колот с осторожностью достал и развернул туго скатанные пергаменты, украшенные личной печатью Хотака.

Голгрин повелительно глянул на одного из своих воинов, в руках которого от напряжения дрожала дубина, а взгляд не отрывался от конного минотавра. Тот приблизился к Колоту, приняв верительные грамоты. Когда же он повернулся спиной, ноздри минотавра дёрнулись — в отличие от эмиссара, вонь от его подчинённого исходила страшная.

Голгрин взял пергамент и внезапно замер, разглядывая печать.

— Ах да, — наконец усмехнулся он, — теперь лошадь. После чего, к удивлению минотавров, он не стал разворачивать документы, а сунул их в свою сумку, не глядя.

Колот напрягся.

— Мой отец сказал, что ты просмотришь их на месте. Или это опять недопонимание?!

Голгрин махнул рукой, его воины послушно исчезли в камнях, Лорд-Вождь Керна улыбнулся:

— Ваша поездка была не из лёгких?

— Да, лорд Голгрин, но всё же… Людоед не дал ему продолжить:

— Мой путь сюда тоже был не из простых… я бы даже сказал — весьма труден. Чума из Нераки захватила почти все наши земли, почти до самого Кернена.

Но Колот решил не сдаваться просто так:

— Лорд Голгрин, отец предложил… Ты ведь даже не поинтересовался, что написано в пергаменте!

— Я буду сопровождать тебя лично, сын Хотака, — продолжал как ни в чём не бывало Голгрин. — Путь в Блотеи очень опасен и ненадёжен…

Он улыбнулся, впервые показав клыки, немногим уступающие по размеру тем, что демонстрировали его воины. Колот заметил, что они специально спилены, чтобы не сразу бросаться в глаза.

— Путь в Блотен? О чём ты вообще говоришь, Голгрин?

— Произошли… некоторые изменения, сын Хотака. Мы немного подправим первоначальный план. Нам необходимо отправиться в Блотен.

— Я не уполномочен открывать военные действия с Блотеном, — отрезал Колот.

Лидер людоедов рассмеялся резким, лающим смехом.

— Да никто не планирует никакой войны, сын Хотака! Наоборот, Великий Кхан желает, чтобы мы встретились с Нагроком, помощником Лорда-Вождя Блотена. — Широкая улыбка все увеличивалась, превращаясь в оскал. — Нагрок поклянётся в том, что Блотен — наш искренний и верный союзник… если, конечно, сначала не убьёт всех…

Каждый день список мертвецов удлинялся, большинство гибло от страшного лёгочного кашля. Несмотря на куски ткани, которыми шахтёры заматывали лица, проклятая пыль лезла во все щели. Многие не могли выполнить дневную норму и умирали, лишённые надсмотрщиками еды. Смерть забирала, кого хотела, а многие становились её слугами поневоле. Так, Пэг перевёл Фароса и Ультара из забоя, сделав их собирателями трупов.

В тот день они несли тело молодого мужчины, доставленного в Вайрокс всего две недели назад. Минотавр уже был нездоров, и душные туннели быстро завершили его жизненный путь. Дорога двух друзей лежала в одну из старых шахт, чьё зияющее отверстие было заброшено поколение назад. Здесь когда-то добывали медную руду, а когда начались постоянные оползни, ствол шахты перенесли в более безопасное место.

Чёрные, закопчённые туннели стали теперь прибежищем останков всех несчастных, погибших в Вайроксе.

— Давайте, швыряйте! — проорал Пэг, стоя на груде костей, рёбер и черепов.

Ультар пробормотал короткую молитву, в которой Фарос различил упоминания старых морских Богов — Хаббакука Короля Рыбаков и ужасной повелительницы глубин Зебоим.

Они подняли тело и, раскачав, бросили в зияющий провал. Труп глухо ударился обо что-то и полетел дальше, в чёрные глубины.

— Эй, варвар! — гаркнул Пэг, обращаясь к Ультару. — А ну бери трут и кресало! А ты, молодой, тащи сюда горючего масла! Да пошевеливайся!

Ультар одним движением запалил огонёк, дожидаясь, пока Фарос плещет вниз масло из огромного сосуда. Закончив, он попытался отойти, но ухмыляющийся Пэг толкнул его обратно, заставляя смотреть.

Ультар уронил короткий факел, который весело разгорелся в полёте и шлёпнулся далеко внизу в чёрное масло.

Огромный шар пламени рванулся вверх, достигнув заключённых, даже Пэг отшатнулся. Фарос глянул на моряка и увидел, как тот снова молится, сжав руки.

— Прекрасно! — расхохотался Пэг. — А вы достаточно наотдыхались — пора и за работу! Пока трупов больше нет — марш в шахту!

Внизу бушевало пламя, и оба заключённых знали — оно будет гореть до тех пор, пока в каменном мешке останется для него пища.

Когда они шли назад, Фарос заметил, что Ультар что-то бормочет себе под нос. Прислушавшись, юноша понял; это список всех погибших, включая последнего несчастного.

— Ультар… — толкнул он друга в бок, — ты знал его?

— Нило? Нет… — пробормотал моряк. — Немного знал Халрога, до него Ярла… А ещё раньше Илионуса, Горсуса, Треманиона, Кая… Да, с Каем мы дружили… И с Горсусом тоже… А был ещё Урс…

— Что ты говоришь?!

Ультар не отрывал взгляд от дороги.

— Я помню их.

Фарос открыл рот от удивления.

— Помнишь всех?

— Да, с тех пор, как я здесь…

— А ну, заткнулся! — На татуированного минотавра обрушился кнут Пэга. — Тишина!

Они дошли до своего места, разобрали кирки и заступы. Фарос принялся дробить крупные камни, осколки разлетались во все стороны. Но внезапно он заметил, что камни летят не только от его кирки, но и сыплются с потолка, заметно просевшего за последние дни. Он снова ударил по большой скале, решив не обращать внимания ни на что, но в этот момент по забою разнёсся низкий стонущий звук.