Бернард Корнуэлл - Приключения Ричарда Шарпа. т1.

• Название: Приключения Ричарда Шарпа. т1.
• Автор: Бернард Корнуэлл
• Жанр: Исторические приключения

Ричард Шарп (англ. Richard Sharpe) — вымышленный персонаж, английский стрелок, главный герой цикла исторических романов Бернарда Корнуэлла и снятого по нему телесериала с английским актёром Шоном Бином в главной роли.

Время действия серии — начало XIX в. Шарп участвует во всех войнах Британской империи, начиная с завоевания Индии и включая Наполеоновские войны на Пиренейском полуострове и при Ватерлоо. Он проходит всю карьерную лестницу, начиная с простого рядового и заканчивая полковником.

В первых книгах серии ему приходится бороться с презрением офицеров-джентльменов к выскочке. Вопрос присвоения ему очередного чина каждый раз оказывается спорным, внося дополнительное напряжение в сюжет (такой тип подачи Корнуэлл заимствовал из более ранней серии о том же историческом периоде — саги С. С. Форестера о капитане Хорнблауэре, который участвует в тех же войнах, но только на кораблях, и читатель в каждой книге должен был переживать за повышение главного героя). Ричард Шарп пользуется личным покровительством лорда Веллингтона, которому спас жизнь, и подчас получает задания от английской военной разведки, которая ценит его способности. Помимо занимательных сюжетов, популярность серии обеспечил привлекательный и сильный характер главного персонажа, который отличается не только умом и предприимчивостью, но также и расчётливостью, подчас звериной хитростью и непостижимой везучестью.

Первоначально Корнуэлл рассчитывал написать около 10 романов, но права на экранизацию купило британское телевидение, что увеличило популярность цикла и заставило продолжить серию. Случайность стала причиной необыкновенного успеха сразу же первого телефильма: выбранный на роль стрелка Шарпа актёр Пол Макганн сломал ногу, и на роль в срочном порядке был приглашен опытный актер Шон Бин, известный до того как по работе для британского телевидения («Кларисса», «Любовник леди Чаттерлей») и кино («Караваджо» Дерека Джармена, «Поле» Джима Шеридана, «Лорна Дун»), так и в голливудских проектах («Грозовой понедельник» с Томми Ли Джонсом и Мелани Гриффит, «Игры патриотов» с Харрисоном Фордом). Так случайность привела к тому, что в роли Ричарда Шарпа оказался актер, чья внешность и харизма полностью совпали с книжным образом и стали неотделимы от него. Более того, книги, написанные после начала съёмок, в вопросе подачи главного персонажа несут уже не только авторское видение Шарпа, но и явно обыгрывают черты кинообраза (к примеру, по книге Шарп родился в Лондоне, а у Шона Бина имеется йоркширский акцент, поэтому в одном из романов Корнуэлл позже упомянет, что мальчиком Шарп сбежал в Йоркшир и жил там долгое время).

Книги Корнуэлл пишет не в хронологическом порядке, иногда возвращаясь к «дырам» в биографии своего персонажа. Экранизации романов также не следуют им буквально, подчас перетасовывая и перенося время действия. Несколько серий снято не по книгам, а по оригинальным сценариям.

---

Шарп пропустил колкость.

– У меня есть пленные, сэр.

– Мне нужно слово английского офицера, что с ними будут обращаться должным образом.

– Безусловно, сэр. А у вас, – Шарп запнулся, – находится под защитой британская семья.

– Во дворце только одна английская девушка. – Курсо все еще обижался на подозрительность Шарпа. – Мисс Паркер, если не ошибаюсь. На прошлой неделе ее семью отправили в Коруну. Как я понял, вы прислали ее, чтобы ввести нас в заблуждение?

Спокойный тон вопроса не позволял определить, удалась ли хитрость. Шарпа в данный момент волновала исключительно судьба Луизы. Главное, она в городе, она жива, и его надежды тоже ожили.

– Мне ничего не известно о том, что девушка должна была ввести вас в заблуждение, – спокойно произнес Шарп.

– Так вот, она это сделала! – раздраженно воскликнул Курсо. Граф де Моуроморто нахмурился, словно стрелок нес личную ответственность за все то, что случилось.

– Мисс Паркер вас обманула? – Шарп старался выведать как можно больше.

Курсо помолчал, потом пожал плечами:

– Полковник д'Эклан с тысячью кавалеристов выехал сегодня в три часа утра в сторону Падрона. Он поверил, что Вивар пошел на юг. Поздравляю вас с удавшейся хитростью.

Сердце лейтенанта застучало с перебоями. Сработало! Он старался сохранять равнодушное выражение лица, хотя понимал, что скрыть радость не удастся.

Курсо поморщился.

– Можете не сомневаться, лейтенант, в середине дня он вернется! Я вам советую поторопиться с чудом. Итак! Вы готовы передать майору Вивару мое предложение?

– Да, сэр. – Шарп не двинулся с места. – Полагаю, вы готовы передать мисс Паркер под нашу защиту?

– Если она того захочет, я выдам ее вам, когда вы вернетесь с ответом Вивара. Не забывайте, лейтенант, мы не стреляем в вас до тех пор, пока вы не стреляете в нас!

С плохо скрываемым нетерпением французский полковник проводил Шарпа до дверей.

– Жду вашего ответа через полчаса. В противном случае я считаю, что вы отвергли наше благородное предложение. Au revoir, лейтенант!

Как только Шарп покинул комнату, полковник удалился в нишу возле окна и снова вытащил часы. Он рассеянно смотрел на позолоченные стрелки, пока не услышал на площади шаги Шарпа. Курсо следил за уходящим лейтенантом и негромко повторял:

– Ну, давай, рыбка, заглатывай!

– У него хватит глупости заглотить эту наживку, – откликнулся граф де Моуроморто, услышавший слова полковника. – Так же как и у моего брата.

– Хотите сказать, что они люди чести? – неожиданно зло ответил полковник. Почувствовав, что его слова прозвучали слишком резко, он улыбнулся: – По-моему, нам следует выпить еще кофе, господа. Чтобы успокоить нервы.

* * *

Блас Вивар удивился предложению Курсо гораздо меньше, чем ожидал Шарп.

– В этом нет ничего необычного. – Он пожал плечами. – Не могу сказать, что я обрадован, но идея неплохая. – Пользуясь перемирием, испанец вышел на площадь и осмотрел фасад дворца. – Сумеем мы его взять, как вы считаете?

– Сумеем, – ответил Шарп. – Потеряем при этом человек пятьдесят, плюс раза в два больше раненых. И это будут лучшие люди. Не посылать же против закрепившихся ублюдков нетренированных волонтеров.

Вивар кивнул.

– Значит, полковник д'Эклан ушел на юг?

– Так утверждает Курсо.

Вивар повернулся в сторону горожан, собравшихся на выходящих к площади улицах. Хор голосов подтвердил, что ночью французская кавалерия оставила город и ушла на юг. Вивар спросил, сколько их было, и ему ответили, что сотни, сотни и еще сотни всадников проехали через город.

Майор посмотрел на дворец. Красота здания его не волновала, он пытался оценить толщину и прочность стен.

– Этот флаг должен быть спущен, – Вивар показал на пробитый пулями триколор над центральным входом. – Кроме того, им придется закрыть все ставни. Могут оставить по одному наблюдателю у окон по краям здания, и это все.

– Удастся нам забаррикадировать двери снаружи? – спросил Шарп.

– Почему бы и нет? – Майор посмотрел на часы. – И почему бы мне лично не передать им наши условия? Если я не появлюсь через пятнадцать минут, начинайте штурм.

Шарпу хотелось самому поприветствовать Луизу и вывести ее из французского штаба.

– Может, все-таки следует пойти мне?

– Я думаю, со мной ничего не случится, – ответил испанец. – Хочу осмотреть дворец. Дело не в том, что я вам не доверяю, лейтенант, просто я весу ответственность за все.

Шарп знал, что будь он на месте Вивара, он бы обязательно сам провел осмотр. Встречу с Луизой придется отложить.

Вивар не сразу отправился во дворец. Вместо этого он хлопнул в ладони и исполнил неуклюжий, радостный танец.

– Мы это сделали, мой друг! Мы это сделали!

Они победили.

За победой последовала работа. На площади сложили в кучу трофейные французские карабины и мушкеты. Пленников поместили в городскую тюрьму под охраной зеленых курток. Принесли брошенные стрелками в вязовой роще шинели и ранцы. Трупы оттащили к городскому рву и выставили надлежащую охрану.

Шарп переходил от одного поста к другому, проверяя несение службы волонтерами Вивара. Несколько вырвавшихся из города французов появились на южной окраине города, но их отогнали ружейной стрельбой. Дорога на юг была разбита копытами и щедро унавожена, что доказывало отсутствие полковника д'Эклана. Шарп приказал стрелкам почистить ружья и наточить штыки.

Победа была завоевана, теперь предстояло сорвать ее плоды.

В квартирах, где стояли на постое французы, было много формы, в конюшнях томились лошади. В каждом доме, где квартировали захватчики, хватало еды: лежали сумки с пропеченным хлебом, мешки с мукой, копченая колбаса, ветчина, соленое сало, сушеная рыба, бурдюки с вином и круги сыра. Почти все растащили горожане, касадорцам Вивара удалось собрать лишь дюжину корзин с провизией.

Шарп искал более солидные запасы – то, что накапливалось в течение последних недель для маршала Сульта. В двух церквах хранились сено, мука и вино, однако их количество явно не соответствовало запросам армейского корпуса. В третьей церкви лейтенант обнаружил признаки более солидной подготовки: через засыпанный овсом пол тянулись следы выволакиваемых мешков. Настоятель на ломаном английском объяснил, что со вчерашнего вечера французы начали перетаскивать мешки во дворец Раксой.

– Дворец Раксой? На площади?

– Si, senor.

Шарп тихо выругался. Французы перетащили запасы в одно место. Штурм города остановил этот процесс слишком поздно. Большая часть драгоценного продовольствия находилась в мешках, которые видел Шарп во дворце. Из них защитники строили брустверы у окон.

Шарп был вне себя. Для штурма города существовало лишь три причины. Хоругвь – безумие и предрассудок. Освобождение Луизы – личная причуда Шарпа, не имеющая отношения к ходу военных действий. И только третья причина – уничтожение запасов армии Сульта, могла послужить достаточным оправданием предпринятых рискованных шагов. Именно она большей частью и не осуществилась. Тем не менее, требовалось лишить Сульта всего, что французы не успели затащить во дворец. Тюки сена были отданы лошадям Вивара, муку раздали горожанам. Вино Шарп приказал вылить на землю.

– Вылить вино? – Харпер не мог поверить своим ушам.

– А ты хочешь, чтобы люди перепились перед штурмом города?

– Все равно это грех, сэр. Непростительный грех.

– Вылить все до капли! – В подтверждение приказа Шарп проткнул палашом несколько бурдюков. Красная жидкость хлынула на мощеный пол церкви. – Если кто напьется, – повысил голос лейтенант, – пусть пеняет на себя!

– Слушаюсь, сэр! – Харпер дождался, пока Шарп уйдет, и подозвал Гэтейкера. – Найди трактирщика, приведи его сюда и выясни, сколько он даст за вино! Быстро!

Со взводом стрелков Шарп продолжал обыскивать город, надеясь найти еще какие-нибудь запасы зерна или сена. Вместо этого они обнаружили склад французских пехотных ранцев из бычьей кожи, значительно превосходящих по качеству английские, а также три дюжины пар кавалерийских сапог, оказавшихся, к великому разочарованию Шарпа, малыми по размеру. Стрелки также нашли несколько ящиков с патронами. Французские пули, несколько меньшие по размеру, чем английские, годились для винтовок Бейкера, но низкокачественным французским порохом стрелки старались пользоваться в последнюю очередь. Они нашли также шинели, чулки, рубашки и перчатки. Ни сена, ни зерна больше не попадалось.

Горожане тоже искали чем поживиться. Разодевшись в награбленное, они превратили зимний день в настоящий карнавал. Казалось, весь город населяла веселая толпа полураздетых вражеских солдат. Даже женщины красовались во французских шинелях и киверах.