Бернард Корнуэлл - Саксонские Хроники

• Название: Саксонские Хроники
• Автор: Бернард Корнуэлл
• Жанр: Историческая проза

«Саксонские хроники» — литературный цикл из десяти книг, написанный английским писателем и репортером Бе́рнардом Ко́рнуэллом с 2004 по 2016 год.

Цикл повествует о борьбе между саксами и норманнами (датчанами и норвежцами) за Британские острова. Действие цикла происходит с 866 примерно по 956 год (в последних книгах год не указывается).

После ухода римлян с островов в пятом веке, Британия оказалась раздробленной на множество мелких королевств. Проникновение северных народов на Британские острова вызвало волну кровопролития, затяжных войн и разорения.

---

Люди вычерпывали воду, а другие гребли, и наблюдатели с высоких укреплений могли бы заметить, что команда истощена, что на корабле всего десять пар весел, хотя и этих десяти было достаточно, чтобы безопасно провести его вокруг Линдисфарены и по бушующим водам в мелководную гавань позади Беббанбурга. Так что примерно через час после того, как Радуга пропала из вида, Получночник проскользнул в гавань Элфрика.

Итак, люди Элфрика увидели два корабля. Два корабля, выжившие в чудовищном шторме. Два корабля, ищущие укрытия. Вот что увидели люди Элфрика, вот что я хотел, чтобы они увидели.

Я по-прежнему находился на борту Радуги, а Финан командовал Полуночником. Он знал, что когда зайдет в гавань Беббанбурга, ему зададут вопросы, но ответы были наготове.

Он скажет, что они датчане, направляющиеся на юг, в Восточную Англию, и готовы заплатить лорду Элфрику за возможность укрыться на время починки корабля, пострадавшего от шторма.

Эта история была вполне удовлетворительной. Элфрик не будет много расспрашивать, но несомненно потребует высокую плату, и Финан держал золотые монеты наготове. Я не думал, что Элфрик запросит больше этой суммы.

Он жил среди датчан, и хотя они и являлись его врагами, ничего бы не выиграл, провоцируя их гнев. Он взял бы золото и вел бы себя тихо, и всё, что нужно было сделать Финану, это поведать свою историю, заплатить и ждать.

Он должен был встать на якорь как можно ближе к входу в крепость, а его люди растянулись бы, показывая явную усталость. Ни один не был в кольчуге и не носил меч, хотя и кольчуги, и мечи были под рукой.

Итак, Финан ждал.

А я позволил Радуге уткнуться в пляж к югу от мыса Бедехал и тоже ждал.

Теперь дело было за Элфриком, и он сделал именно то, что я ожидал. Послал своего управляющего на Полуночник, и управляющий забрал золотые монеты и сказал Финану, что тот может остаться на три дня.

Он настоял на том, что не больше четырех воинов могут одновременно спускаться на берег, и ни один не должен быть вооружен, и Финан согласился на всё это. А пока управляющий занимался Полуночником, мой дядя послал людей на юг, найти потерпевшую кораблекрушение Радугу.

Кораблекрушения приносили прибыль, там была древесина и груз, можно было разжиться снастями и парусиной, и хотя жители ближайших деревень были бы счастливы получить такой неожиданный прибыток, они прекрасно знали, что лучше не стоять на пути у людей, которые правят огромной крепостью и потому обладают преимуществом заявить свои права на трофей.

Итак, я ждал на севшей на мель Радуге, дотрагиваясь до молота на шее и моля Тора даровать удачу.

Из-за дюн к северу от пляжа, к которому пристала Радуга, показались люди. Там на берегу моря стояла какая-то потрепанная непогодой деревушка, населенная по большей части рыбаками, чьи маленькие лодки укрылись от шторма за грядой скал, что шла к югу от низкого мыса Бедехал, и некоторые из деревенских наблюдали, без сомнения, озадаченные, поскольку мы отвязали кожаную веревку, что шла от верхушки мачты к корме Радуги.

Они могли разглядеть лишь троих из нас. Они наблюдали, как мы опустили мачту, позволив ей упасть поперек судна со всё ещё прикрепленным к ней изорванным парусом. Было время отлива, но вода уже начала прибывать, и Радуга раскачивалась и кренилась по мере того, как на пляж накатывались волны.

Бедняга Блекульф оплакивал свое судно, опасаясь, что каждый удар о песок вызовет еще одну течь или увеличит существующие пробоины.

— Я куплю тебе другое судно, — пообещал я.

— Я его построил, — мрачно ответил он, будто предполагая, что ни одно купленное мной судно не будет и вполовину так же хорошо, как то, что он построил собственными руками.

— Тогда молюсь, что ты построил его крепко, — произнес я, а потом велел Осферту, спрятавшемуся в глубине Радуги, принять на себя командование.

— Ты знаешь, что делать.

— Да, господин.

— Ты останешься здесь с Осфертом, — сказал я Блекульфу, а потом приказал Ролле, свирепому датчанину, выбрать оружие и следовать за мной. Мы спрыгнули с кормы и потащились вверх по пляжу в сторону дюн. Со мной был Вздох Змея.

Я знал, что скоро появятся люди, что придут из крепости, и это значило, что настает время Вздоха Змея. Деревенские жители, должно быть, заметили, как мы идем по пляжу с мечами, но не сделали ни шагу ни в нашем направлении, ни в сторону приближающихся с севера всадников.

Я вгляделся сквозь раздуваемую ветром траву, покрывающую дюны, и различил семерых воинов на семи лошадях. Все были в кольчугах, шлемах и с оружием. Плащи семерых всадников развевались на злом ветру, а песок разлетался из-под копыт.

Они шли галопом, стремясь побыстрее выполнить свою задачу и вернуться в крепость. Начался дождь, колючий дождь с моря, и это было к лучшему. Он заставит тех семерых поторопиться закончить свое дело. Он сделает их беспечными.

Семеро въехали на пляж. Они увидели севшее на мель судно с упавшей мачтой и бесполезно хлопающим на ветру разорванным парусом. Мы с Роллой теперь быстро двигались на север, пригнувшись за дюнами.

Никто нас не видел. Мы подбежали к тому месту, откуда из-за дюн появились всадники, той же дорогой они отправятся и обратно в крепость, и мы ожидали там, опустив мечи, а я взобрался на песчаный склон и глядел с его гребня.

Семеро всадников приблизились к Радуге, придержав своих коней почти на границе с пенящимися волнами, накатывавшими на берег позади опрокинутого судна. Пятеро спешились. Я видел, как они окликнули Блекульфа, единственного, кого было видно.

Разумеется, Блекульф мог бы предупредить их, но и его сын, и член его команды были на борту Полуночника, и он боялся за жизнь мальчика, поэтому ничего не сказал о нас.

Вместо этого он рассказал им, что потерпел кораблекрушение, и пятеро мужчин побрели к кораблю. Мечи были в ножнах. Двое всадников ожидали на пляже, и тут Осферт атаковал.

Семеро моих воинов появились внезапно, перепрыгнув через нос Радуги, держа наготове мечи, топоры и копья. Пятеро мужчин рухнули вниз с пугающей быстротой, сраженные ударом топоров, а Осферт тем временем метнул копье в ближайшего к нему всадника. Тот увернулся и унесся вскачь, спасаясь от внезапной резни, окрасившей кровью морскую пену. Его товарищ всадил шпоры в коня и последовал за ним.

— Двое скачут сюда, — сказал я Ролле.

Мы притаились по обеим сторонам дороги. Я слышал топот приближающихся копыт. В моей руке был Вздох Змея, а в душе — гнев.

Я смотрел на Беббанбург, пока на Радуге шло сражение, и видел свое наследство, свою крепость, свой дом, место, о котором я мечтал с тех пор, как покинул его, место, украденное у меня, и теперь я верну его и убью людей, которые отняли его.

И я приступил к мести. Показался первый всадник, и я прыгнул на него, замахиваясь мечом, лошадь попятилась и свернула в сторону, поэтому я промахнулся, но лошадь упала, вскидывая копытами песок, и вторая лошадь столкнулась с ней и тоже упала, а Ролла, скрежеща зубами, вонзил свой клинок в грудь всадника.

Лошади, закатив глаза, пытались встать на ноги, и я схватил одну за поводья, наступил ногой на грудь упавшему всаднику и прижал Вздох Змея к его горлу.

— Глупец, — сказал он, — Разве ты не знаешь, кто мы?

— Я знаю, кто вы, — сказал я.

Ролла схватил вторую лошадь и теперь разделался с ее всадником одним коротким, сильным ударом, обагрившим песок. Я оглянулся, чтобы посмотреть на Радугу, и увидел, что Осферт поймал оставшихся пятерых лошадей, а его люди вытащили трупы с мелководья и снимали с них кольчуги, плащи и шлемы.

Я наклонился к своему пленнику и снял с него перевязь, бросил ее Ролле, затем приказал мужчине встать.

— Как тебя зовут? — спросил я его.

— Ценвал, — пробормотал он.

— Громче!

— Ценвал, — ответил тот.

Дождь зарядил сильнее, тот злой дождь, что пришел с бурного моря. И внезапно я засмеялся. Это было смешно. Маленькая группа вымокших отчаянных людей против самой мрачной крепости Британии? Я ткнул Вздохом Змея, так что Ценвалу пришлось сделать шаг назад.

— Сколько в Беббанбурге воинов? — спросил я.

— Достаточно, чтобы убить тебя раз десять, — прорычал он.

— Так много? И сколько же именно?

Он не желал отвечать, а потом решил, что может меня обмануть.

— Тридцать восемь, — сказал он.

Я махнул рукой, так что острие Вздоха Змея разорвало кожу его шеи. На ней показались бусинки крови, закапавшей на кольчугу.

— А теперь попробуй сказать правду, — предложил я.

Он приложил руку к струйке крови.

— Сорок восемь, — угрюмо произнес он.

— Включая тебя и этих людей?

— Включая нас.

Я рассудил, что он говорит правду. Мой отец держал гарнизон в пятьдесят-шестьдесят человек, и Элфрик вряд ли имел больше, потому что каждого воина в крепости нужно было вооружить, одеть в кольчугу и платить ему.