Дарья Матрохина - А завтра – конец…

• Название: А завтра – конец…
• Автор: Дарья Матрохина
• Жанр: Научная Фантастика

Апокалипсис произошёл немного не так, как все ожидали. Вырвавшаяся из-под контроля болезнь сразила физически сильных, но не обладающих достаточным уровнем развития людей. Вирус принялся выкашивать тех, чей мозг оказался не в состоянии с ним бороться, превращая их в жаждущих человеческой плоти монстров. И, попав в круговорот поголовного истребления, некоторые выжившие повели себя не так, как другие…

---

И однажды она решила всё-таки выйти на улицу…

Он выскочил в тот самый момент, когда она открыла ворота. И с облегчением вздохнул, когда понял, что там никого нет. Тишина и пустота. Ника в последнее время была тихой, иногда за день вообще не произносила ни звука, только куталась в ткань и тоскливо смотрела в окно. Казалось, что это окно по каплям высасывало из неё жизнь. А ещё она начала судорожно кашлять. Крови не было, но всё равно, слыша этот кашель и чувствуя хриплое дыхание, он чувствовал безмерное чувство вины: не смог, не удержал, не сберёг. А ведь мог вовремя заметить, что не всё так гладко и спокойной, что она замёрзла, что села на холодное, что отдала ему свой ужин. Может, тогда он бы смог заметить и остановить болезнь, которая сейчас медленно выедала её изнутри. А она – если бы она обратилась, что бы он делал? Выгнал бы, опасаясь за свою жизнь или держал бы рядом, тратя еду, и тешась надеждами о возможности излечения? Её, которая столько всего сделала ради человека, который ничем не может ей помочь, даже с теми полными записей тетрадями. Если подумать, то именно она всё это время поддерживала порядок и старалась по максимуму защитить его от тяжёлого и угнетающего труда.

Теперь же она замерла перед открытыми воротами, будто высматривая там кого-то. Лицо её ничего не выражало.

– Ника, что ты делаешь? – воскликнул мальчик, кидаясь к ней, но не успел.

Девушка сделала стремительный шаг вперёд, рывком освободилась от целого кома ткани, в который была закутана, и начала освобождать карманы. Щёлкали застёжки, гематит, тускло светясь, падал на землю. А потом падать стало нечему. Она обернулась и улыбка появилась на лицо, стремительно заливающемся румянцем.

– Мне хорошо. Теперь мне хорошо.

– Что? О чём ты говоришь? Там же холодно! Оденься!

Но она его уже не слушала. Она подняла руку вверх, показывая пальцем в небо, и удивительно чётко произнесла:

– Спасение там.

И вышла за ворота…

Глава 2

Бубну первые два дня пришлось несладко. Долгое время он не мог понять, что произошло, а, когда смог, не смирился, выскочил на улицу и бегал по полю, выискивая её лицо среди заражённых. Но ничего не нашёл. А потом пришло осознание одиночества. Нахлынуло внезапно. Он открыл утром глаза и никому не пожелал доброго утра. Ни с кем не разделил завтрак.

Работать он не смог. Сел перед её окном и долго смотрел вдаль, надеясь, что это была просто шутка и вот сейчас она появится, со своими рассказами и смешинками в глазах. Тишина была его наказанием. Она давила на виски и мальчик начал разговаривать сам с собой. В первый раз он понял многочисленных сумасшедших, которые только и делали, что бормотали себе под нос.

– Как она смогла жить в этой тишине? И зачем? Неужели… – замер он, внезапно прозрев, – Неужели я сам вынудил её так жить? Да, точно! Я постоянно уходил, а она не могла начать разговаривать при мне, потому что я всё время заставлял её спать. Значит, она заболела из-за меня?

На осознание этого факта у него ушла целая неделя. Решение нашлось быстро. Петлю он смог сделать с третьего раза, а на закрепление конца на крюке люстры ушло больше часа. Но это того стоило.

– Я всё равно остался один, – убеждал он тебя, становясь на табуретку перед верёвкой, – Шансы выжить минимальны. Никто не придёт меня спасать. Потому что я никому не нужен. Теперь. Что там полагается говорить в подобных случаях? – он рассмеялся, – Мама, папа, спасибо, что подарили мне жизнь. Мне жаль, что она должна так рано и нелепо оборваться. Прошу никого в этом не винить. Это решение я принял не под давлением обстоятельств, оно тщательно обдумано и взвешено. Всё.

Бубен сделал шаг, но табурет, вместо того, что выскользнуть, перевернулся и подставил ножку. Сам не понимая, зачем, он пытался до тянуться до единственного спасения, вцепившись руками в верёвку и задыхаясь. Спасаясь, он несколько раз дёрнулся на верёвке и люстра, одинокий белый плафон под самым потолком, не выдержал подобного издевательства. Его ударило по затылку с такой силой, что весь мир померк, а перед глазами заплясали звёзды…

Он увидел город, покрытый снегом, с бесконечным рядом одинаковых домов. Людей, спешащих по своим делам, меланхолично настроенных менеджером, мамочек с детьми, упирающимися и кричащими, что не хотят в детских садик. Школьников с рюкзаками, проходящих мимо офисных служащих и стоящих в окнах с чашками кофе в руках только проснувшихся отпускников. Этот мир, находящийся настолько далеко, насколько это возможно, заставил его понять, что он – ничтожество, которое не имеет права жить. Он спрятался, заперся за железными стенами в ожидании смерти, вместо того, чтобы жить полной жизнью, превозмогая всё, радоваться каждому дню и мечтать. Он предал всю свою жизнь.

Вдруг, будто по мановению волшебной палочки, он полетел мимо всего этого великолепия, прямо над крышами, в сторону окраин, где город выглядел не так радужно. Он замер перед стареньким небольшим домом, из окон которого доносилась цветастая ругань. Раздался выстрел и дверь распахнулась, открывая человека со шрамом на всё лицо. Мужчина улыбнулся, сунул пистолет за пояс и прогулочным шагом направился по направлению к центру. Сзади из-за двери ему в спину метнулась чёрная цель. Он вскрикнул, заваливаясь на спину и силясь достать оружие, но острые зубы уже пропороли шею сзади, вгрызаясь в сочную плоть. Из соседнего дома вышла женщина с мусорным ведром. Заметив эту картину, она громко охнула и выронила свою нашу. Синее ведёрко покатилось по дороге, подпрыгивая на каждой кочке и издавая противный скрежет. Вдруг лицо женщины изменилось, она оскалилась и бросилась вперёд, отталкивая охотника, занимая его место. Теперь окровавленное тело рвали на части уже с двух сторон. Открылось окно на первом этаж и к ним спрыгнул мужчина средних лет в трениках с растянутыми коленками. Но пристроиться рядом он не смог, поэтому медленно двинулся в сторону горящей неподалёку вывески.

Кто-то закричал совсем рядом, замелькали тени. Через каких-то десять минут всё пространство оказалось покрыто трупами и людьми, с упоением в них копошащихся. Где-то зазвонил телефон, раздалось деловитое «Алло, да, я почти подошёл», которое оборвалось визгом на грани ультразвука…

Он снова летел над городом, который теперь не казался таким прекрасным. Совсем недавно выглядящий белым снег покрылся кровью. Она была повсюду: на тротуаре, на подоконнике, на ручке двери магазина. Над городом стоял гул охотников, ищущих свою добычу и крики загоняемых людей…

Приходить в себя было мучительно тяжело. Воздух в пересохшее горло практические не попадал, так что он потёр плохо слушающейся рукой горло, почувствовав верёвку. С трудом открывая глаза, он размышлял о том, где всё-таки находится, на к однозначному выводу так и не пришёл.

– Для ада тут слишком холодно.

Собственный голос немного привёл его в норму, возвращая сознание нелепыми кусками. Вот он смотрит вслед уходящей Нике, вот закрывает ворота, не найдя её, вот вешает петлю на крюк. Крутящаяся вокруг реальность, наконец, остановилась. Он по-прежнему висел в петле, но ноги уже не дёргались, стараясь спасти ускользающую жизнь. Весь мир как будто перекрасился в другие цвета, став незнакомым и необычным. Он умер, но выжил. Удивительно. Значит ли это что он не может умереть?

– Ты теперь бессмертный, – сказал он сам себе и дёрнул верёвку.

Падение было не слишком болезненным, треск вырываемого из потолка крюка ударил по нервам сильнее, чем стремительно приближающийся пол.

«Будут синяки» – мелькнуло в голове.

Протянув пальцы к ледяной стене, он провёл пальцами по серой стене и ярко-синей полосе на ней.

– Полоса? Зачем она здесь?

Поднял голову. Полоса оказалась концом стрелочки, который уходил к самому потолку и надписи «Спасение там».

– Она говорила это. Значит, она имела ввиду не рай, а крышу! Почему я раньше не догадался?

Он бегом бросился у окну и, распахнув его, уставился на тень от здания. Там, застыв на одном месте, лениво поскрипывал ветрогенератор.

– Боже, она даже в таком состоянии умнее, чем я. И она смотрела не на лес, а на тень, чтобы быть уверенной, что с генератором всё в порядке. А я не понял, и решил, что она спятила напоследок. А она просто не знала, как сказать…

Генератор не был выведен из строя, а просто связан несколькими изолентами и проволокой. Связывающий постарался на славу и Бубну пришлось попотеть, прежде чем он смог вернуть всё в первоначальное состояние. Но, едва лопасти оказались на свободе, генератор тихонько зашуршал и внизу, в цеховом отделении, заработала автоматическая поилка. В общем, всё указывать на то, что жизнь только начиналась…

Зиму, благодаря генератору, удалось пережить вполне комфортно. Как только появилась электроэнергия, он смог спокойно мыться и поить кур, потому что внезапно в подвале заработал насос из собственной скважины. До этого он был просто куском металла, укрытым плёнкой, а теперь подарил возможность не покидать тёплое убежище днями напролёт. Чем Бубен и воспользовался, закрывшись в кабинете, как только стало возможно настроить автоматическую подачу корма из подземного резервуара, который (как оказалось) всё это время был заполнен комбикормом…