» » » Вета Ножкина - Небо на ниточке. Роман-дневник

Вета Ножкина - Небо на ниточке. Роман-дневник

Здесь можно купить и скачать "Вета Ножкина - Небо на ниточке. Роман-дневник" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Русское современное, издательство ЛитагентРидеро78ecf724-fc53-11e3-871d-0025905a0812. Так же Вы можете читать ознакомительный отрывок из книги на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Рейтинг:

Название:
Небо на ниточке. Роман-дневник
Издательство:
ЛитагентРидеро78ecf724-fc53-11e3-871d-0025905a0812
Год:
неизвестен
ISBN:
нет данных
Скачать:
fb2 epub txt doc pdf
Вы автор?
Книга распространяется на условиях партнёрской программы.
Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Небо на ниточке. Роман-дневник"

Описание и краткое содержание "Небо на ниточке. Роман-дневник" читать бесплатно онлайн.



Ты сам решишь, дорогой читатель, надо ли тебе знать о болезни, наименование которой боятся произносить вслух. Но помни, что не думать о чём-то плохом – ещё не значит оберечь себя. Героиня романа Анна ищет и находит формулу от недуга, прощупывая каждый миллиметр жизни, подсказывая, что тебе стоит изменить, чтобы жизнь пошла по другому сценарию. Эта книга – предупреждение. Эта книга – оружие. Она пригодится тебе, если придётся сражаться за жизнь близких или собственную с врагом по имени рак.






Небо на ниточке

Роман-дневник


Вета Ножкина

Дизайнер обложки Наталья Фаворская


© Вета Ножкина, 2017

© Наталья Фаворская, дизайн обложки, 2017


ISBN 978-5-4485-0152-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Поезд-сон

Поезд у меня с детства – в снах. Вдалеке сначала был. Проезжающий. Тороплюсь попасть в него. Но там, далеко, он мчится мимо, и чужой такой. Можно понять – опоздала. Всё равно тороплюсь, и одной рукой билет в кармане сжимаю. Вижу – из поезда выбрасывают какие-то большие белые, в рост человека, мешки… Просыпаюсь в холодном поту.

Позже, когда подростком была, – поезда в снах стали ближе… Вот уже насыпь, но крутая, и вагоны – мимо-мимо.

И вдруг, совсем недавно – раз! – в поезде оказалась. Сквозь сон почувствовала удивление: «Неужели успела?».

Но женщина подошла, вся в чёрном, лица не видно под платком:

– Выходи! – говорит, и выталкивает.

Кубарем качусь по какому-то деревянному настилу, похожему на те, что папа в детстве моём сколачивал – как тротуарчики перед домом, от грязи…

Таких снов за сорока семилетнюю жизнь пересчитать можно по пальцам. Они надолго оседают в памяти, как будто просят о чём-то, или предупреждают.

И – на! тебе, – уже в жизни – рак.

Больше поезда не снятся.

Теперь мысли-вопросы лежат в голове – неподъёмные, как рельсы: как это могло произойти? Почему со мной?

И сна нет, и спать невозможно: теперь вся жизнь словно поезд, ездит в воспоминаниях по кругу туда-сюда, туда-сюда. И будто вагоны, вопросы: «Почему сейчас? Неужели это конец?».

Серёжка – мой муж, как-то сказал, осторожно так, будто боясь градусник уронить:

– Ты бы записывала свои ощущения… вдруг кому-нибудь пригодятся…

Я-то понимала, что это он советует, чтобы меня занять чем-то, чтобы я не окуклилась, как он высказывается о домохозяйках, превратившихся в нечто. И я, где-то внутри себя, соглашаюсь. Но сколько раз садилась за записи, а всё не то. Как-то странно это – писать о себе, пытаясь найти «не зная что», превратившееся в три буквы. С этим невозможно ужиться. Хочется отбросить это, как будто ничего не было. Проснуться однажды и ощутить, что всё, что произошло – сон. Но это не грипп, который заканчивается через семь дней. Это не сон. И начинаешь мысленно прощупывать всё своё тело, прислушиваясь к каждому изменению внутри. А мозг, чтобы уйти от действительности, перепахивает прошлое, выискивая там точку отсчёта, будто можно что-то изменить… И одни ощущения, ощущения, и сослагательное наклонение – «вот это не так бы сделала, вот то». Видимо, эксперимент какого-то огромного механизма, где жизненные лабиринты, в которые попадаешь – для чего-то нужен. Может быть, для тебя, тебя, тебя… для детей моих и внуков, для тех, кто уже заболел, или тех, кто здравствует и может быть предупреждён, чего не надо делать, что можно было бы избежать…

Мысленно я стала постоянно разговаривать со своим прошлым. В него я совершаю бегство из настоящего, которое остановилось и движется, как в замедленной съёмке. Стою, рассматриваю всё вокруг и вижу – кто из моих друзей, или близких, уходя вперёд, оглянулся. Я стою, или медленно двигаюсь, и будто делаю шаг вперёд, но уже понимаю – далеко не уйти. Каждый метр прожитого, будто на ощупь подошвой чувствуется – галькой, песком, трухой, грязью, пылью и даже углями. И руками удержаться не за что – кругом только воздух, душный воздух воспоминаний.

Может быть, это и есть ад… А что же тогда такое «жизнь»?

Попробую эти ощущения в руках передать своим записям. Они разные – от прикосновения к разным событиям жизни. Это в руках. А душа, тело… Об этом – в первую очередь. Только не думай, что это бабское нытьё… Папа в ожидании появления меня, хотел, чтобы родился сын. Может, потому и испытания эти не как слабый пол выношу…

В описании того, что происходит, как будто оголяешься перед теми, кто, возможно, будет читать всё это. Но эта оголённость не куска провода, с которого содрана изоляция. Иная. Продолжаю чувствовать, что я в жизни, но и одновременно, где-то по-над ней, за пределами осязаемого. Взгляд будто через стекло: все там, а я здесь. И не понятно, кто за кем наблюдает, но, скорее, я за вами. Потому что у меня появилось свободное время для наблюдений. Всё, что заботило прежде – остановилось. Жизнь – в раме оконной. И моя галерея обладает этой единственной картиной. Я – наблюдатель. Вынужденно – наблюдатель. Что меня связывает с этой картиной – только воспоминания. Мне зябко от этого. Но не кожей. Кожа перестала быть чувствительной к прикосновениям, к холоду, боли. Это похоже на прилюдное раздевание. И нет ни стеснения, ни стыда.

Может, потому что и реальные раздевания уже стали совсем не такими, как были до мая две тысячи одиннадцатого года, когда на комиссии на инвалидность, снимая одежду, я вдруг поняла, что мне в здоровом состоянии это делать было стыдно. А теперь – после операций, химий, многочисленных узи, рентгенов, МРТ и других процедур этот процесс превратился в обыденность.

Я стою голая, с перечеркнувшим моё прошлое грубым красным швом через весь живот, как рисунок одной рельсы со шпалами… За столом, передо мной сидят несколько врачей, вперившись в меня изучающими взглядами. Я не о-щу-ща-ю ни-че-го. На меня смотрят несколько пар глаз. Что-то говорят. Что-то пишут. Я смотрю на них без капли стыда. А, может быть, это уже не я.

16 июля 2012. Марина

Позвонила Марина:

– Беда у нас, Ань… У старшей моей дочери Юльки рак обнаружили…

Марина плакала, а я растерянно сопела в трубку, пытаясь сообразить – что же говорить, и начала лепетать что-то несуразное:

– Может, это не точно?

– Я тоже надеюсь. В среду вылетаю к ней. Ты расскажи… ну, когда у тебя всё это случилось, ну… что надо было…

Юлька жила в другом городе, где обустроилась сразу после окончания университета. Там же замуж вышла, родила Марика, которого каждый год, вот уже в течение почти десяти лет, отправляла на лето к своим родителям, на юг. Стройная, красивая, деловая и скромная. Она легко, игриво откидывала падающую на лоб чёлку. Заходя в людное помещение, где все знали друг друга, пробиралась краем в удобное место и просто наблюдала. Такой я запомнила её с две тысячи седьмого года, когда ездила по приглашению на томский фестиваль.

Наш южный город когда-то радовал всех приезжающих обилием яблок. Серёжка, вспоминая о детстве, рассказывал о яблоках, размером с кочан капусты. Яблоками спасались в голодные времена. Они были и едой, и символами радости, счастья. Но не только яблоки влекли в этот город. Он был особенный во всех отношениях. Долгое лето. Относительно морозная зима. Размеренность и спокойствие.

Приезжая сюда погостить к родственникам, ещё школьницей, – я восхищалась всем: ровными улицами, у которых есть верх и низ – где горы – верх; монументальными зданиями, нависающими грузными, но одновременно лёгкими конструкциями, и украшенными восточным орнаментом жилыми многоэтажками; скверами с плавающими в небольших водоёмах лебедями, арыками, в которых летом журчит талая вода с ледников, возвышающихся над жарким городом. Фонтаны… Вот уже несколько десятилетий их запускают по всему городу двадцать пятого апреля, в День Фонтанов, и дети уже норовят засунуть в них ноги, а взрослые радуются, как дети. Благодать, одним словом.

Я и предположить тогда не могла, что буду жить в этом южном городе.

Марина и её муж Лёнька стали одними из первых, с кем мы с Сергеем познакомились после моего переезда сюда.

Я увидела их впервые на концерте. Они исполняли песни Юрия Визбора и Ады Якушевой – Леонид бегло играл на гитаре, а Марина уверенно подпевала, и создавалось ощущение полного попадания ими в характеры авторов песен. Тогда же, после концерта, мы и познакомились. Первой подошла Марина, улыбнулась и протянула руку:

– Привет! Тебя, я слышала – Аня зовут? Поедемте к нам в гости? Мы на машине…

Леонид уже что-то бурно обсуждал с Сергеем, и так по-свойски, что мне показалось – мы давно знакомы.

А летом вместе поехали на Иссык-Куль, потом ещё куда-то, потом вместе праздновали день рождения мой, потом Марины… Время завертело наше знакомство настолько, что казалось, так было всегда.

Марина и Лёня стали рано бабушкой и дедушкой – младшая дочь Полина уже в шестнадцать подарила им внука, а вскоре и внучку.

Поэтому, во все последующие годы Марина, как заботливая бабушка, почти на всё лето выпадала из нашей дружеской компании. Да это и понятно – такая гвардия дома: Марик и двое Полинкиных детей – Марат и Аля. Со стороны это смотрелось именно так. А Лёнька – это для нас он был Лёнька. Глядя на его большую громоздкую фигуру, наверное, и язык бы не повернулся назвать его в глаза так. Да и на работе он – руководитель отдела большого предприятия, и звание его не хухры-мухры – кандидат химических наук. Потому и не Лёнька вовсе, а Бережной Леонид Александрович. Марина тоже успела покандидатствовать, и тоже, как химик. У всей династии Бережных – химическое призвание и звания. И сестра Лёньки Рита, или как мы её зовём Марго – химик, и поэт по совместительству, и она была в нашей компании.


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Небо на ниточке. Роман-дневник"

Книги похожие на "Небо на ниточке. Роман-дневник" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Вета Ножкина

Вета Ножкина - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Вета Ножкина - Небо на ниточке. Роман-дневник"

Отзывы читателей о книге "Небо на ниточке. Роман-дневник", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.