Питер Гамильтон - Обнаженный Бог: Финал

• Название: Обнаженный Бог: Финал
• Автор: Питер Гамильтон
• Жанр: Научная Фантастика

Перед вами – одна из значительнейших и масштабнейших космических эпопей современности.

Перед вами – «Пришествие Ночи» Питера Ф. Гамильтона.

...Середина третьего тысячелетия.

Человечество колонизировало десятки планет по всей Галактике. Генные инженеры довели до совершенства технику клонирования. Ученые научились создавать разумные межзвездные корабли и разумные «искусственные планеты».

...Середина третьего тысячелетия. Люди разделены на две враждующие федерации – эденистов и адамистов, сторонников и противников новых технологий, но Совет Конфедерации планет еще поддерживает мир в космосе.

Но уже разработан таинственный Нейтронный Алхимик – могущественное сверхоружие, которое в корне изменит баланс сил в Галактике. Оружие, за обладание которым начинают борьбу эденисты и адамисты...

---

– Какие-то угрозы?

– Пока что нет.

– Продолжай наблюдение.

«Леди Макбет» заколыхалась над городом и начала снижать скорость.

Во время фазы приближения на Тоджолте-ХЛ медленно выстроились спутники, давая экипажам «Леди Макбет» и «Энона» ясное представление о том, как был построен массивный город-диск. Осевой лист, который сам по себе образовывал этот диск, представлял собой слияние плотных тканей, сделанных из трубчатых структур от двадцати до ста метров в диаметре. Хотя их уложили тесно, они не соприкасались друг с другом, кроме соединений на концах; промежутки между ними были закрыты листами фольги, они препятствовали проникновению света красного гиганта и ослабляли тени, рисунок в основном был кругами, варьирующимися по размеру, и отдельные детали заходили одна на другую кривыми узлами. Спектрографический анализ определил, что составные трубки были большей частью металлическими; на протяженной поверхности встречались также детали из силикона и угля; около пяти процентов были из хрусталя, отражающего слабый фосфоресцирующий свет в туманность. На темной стороне иногда встречались области, где переплетение трубок вырастало в сложные абстрактные узлы шириной в несколько километров. Это выглядело так, как будто эти трубки поддерживали прочные поперечные устройства, хотя радарное изображение не показывало никаких трещин.

В плотной тени неосвещенной стороны неукоснительно властвовало регулирующее температуру машинное оборудование. Излучающие панели, вделанные в конусы километровой высоты, стояли рядом со скругленными вентиляционными башнями из слабо поблескивающих торчащих пластин, минареты из спиралевидных стеклянных трубок с циркулирующими по ним нагретым газам завершали пространство оснований инкрустированными черными колоннами, похожими на острые кристальные растения, их острые концы флюоресцировали розовым. Извивающиеся ряды образовывали нечто вроде горных хребтов, которые могли соперничать с каким угодно ландшафтом, созданным планетной геологией, и они тянулись на сотни километров вдоль поверхности. В долинах между ними на длинных мостиках располагались гигантские промышленные предприятия. Машины и предметы оборудования яйцевидной и трапециобразной формы из темного металла, внешняя поверхность которых представляла собой прочное кружево из труб и кабелепроводов, поднимались к рассеивавшим высокую температуру стабилизаторам или панелям (прямая линия происхождения этих машин могла быть прослежена до промышленных предприятий на «Танжунтик-РИ»). Хотя внешний вид города-диска был задан рисунком сети-плоскости, служившей его основанием, ни один район, ни одно здание не повторяли друг друга, технология каждой из построек была так же неповторима, как форма. Стандартизация и совместимость, бывшие синонимами у тиратка, явно изменились в доминионах еще миллионы лет назад.

Чем больше они приближались, тем отчетливее становилось для них видно движение по всему городу. Поезда, имевшие километры в длину, составленные из сотен цистерн, медленно скользили вдоль долин и набережных, между терморегулирующими системами. Участки местных железных дорог шли по открытому пространству, рельсы поддерживались трубами и покрытыми амальгамой листами в форме диска, эти рельсы извивались, словно в аттракционе «русские горки», углубляясь на уровень более крупных труб, позволяя поездам заезжать в них, а затем подниматься на стойки индустриальных предприятий и проезжать прямо через них.

– Да кто же тут такое построил, мать его за ногу? – в невероятном удивлении спросил Эшли, когда серые контуры преобразовались в ясно различимые образы у него в нейросети. – Айзамбард Кингдом Брунел? [Айзамбард Кингдом Брунел (1806 – 1859) – выдающийся английский инженер, особенно известный строительством железных дорог.]

– Если эта дорога хорошо работает, не пытайся ты ничего выяснять, – посоветовал Джошуа.

– Даже более того, – сказал Самуэль. – На Тоджолте-ХЛ не отвергают технику. Они избрали самую простую инженерную технологию, которая может им служить. В то время как люди, без сомнения, совершали бы прогресс, развивая до конца Дайсонову сферу более пятнадцати тысяч лет, тиратка усовершенствовали нечто такое, что может поддерживаться с наименьшими затратами. Оно даже в своем роде элегантно.

– Но оно то и дело подводит, – заметила Болью. – По всему диску можно видеть десятки мертвых участков. И каждая неудача стоит им миллионы жизней. Любое разумное существо попыталось бы усовершенствовать свое жизненное окружение до чего-то, менее грозящего катастрофами. Верно ведь?

Самуэль пожал плечами.

Доминион Анти-КЛ начал посылать «Леди Макбет» инструкции касательно своих координат для их посадки. Светокопия программы, которая была получена, указывала определенный участок на границе, бортовой компьютер справился с тем, чтобы перевести ее в зрительный образ. Доминион Анти-КЛ желал, чтобы гости приблизились к станции за два километра от похожего на причал строения, выступающего с краю.

– Как продвигается последняя программа перевода? – осведомился Джошуа у Оски. – Знаем ли мы уже достаточно, чтобы разговаривать напрямую?

– Она интегрировала все новые термины, какие нам до сих пор встречались: сравнительный анализ подпрограммы отвечает, что уже можно достигнуть уровня понимания. Я бы сказала – можно попробовать с ними поговорить.

Работа двигателя «Леди Макбет» равномерно ослабевала по мере того, как корабль выравнивался с диском. По сравнению с пустынной, прочно устроенной темной стороной, край казался чем-то незавершенным. Он весь ощетинился стройными шпилями и протяженными платформами, опутанными кабелями. Кучи всевозможных резервуаров для жидкостей были сосредоточены возле различных решеток.

– Наконец-то, – обрадовалась Сара. – Там должен быть какой-то корабль.

Судно находилось в сотне километров от того места, которое было назначено гостям для свидания. Профиль его был простым пятиугольником из пяти громадных шаров, искрящихся мягкими золотым и красным, переливающихся под газовым освещением этого гиганта, каждый имел по крайней мере два километра в диаметре. Они окружали горло продолговатого раструба, изготовленного из сетчатого угольно-черного материала; его открытое отверстие имело в поперечнике восемь километров. С позиции, занимаемой теперь кораблем «Леди Макбет», не было видно какой-то территории жизнеобеспечения.

– Улавливаю массу очень сложных магнитных флюктуации от этой штуки, – сообщил Лайол. – Что бы она ни делала, в этом участвует громадное количество энергии.

– Наверное, – ответил Джошуа. – Это была отличная идея в эру до Пространственных Системных Прыжков (ПСП), межзвездные атомные двигатели. Использовать магнитную дугу, чтобы собрать межзвездный водород и скормить его непосредственно двигателям. Дешевый и легкий путь межзвездных путешествий, можно не беспокоиться о том, чтобы брать с собой на борт какое-нибудь горючее. К сожалению, оказывается, плотности водорода недостаточно, чтобы заставить его работать.

– В нашей части галактики – возможно, – поправил его Лайол. – А какова плотность водорода в космосе, между красным гигантом и туманностью?

– Хороший вопрос. Это могло бы означать, что они находятся в контакте с ближайшими колонизированными звездами.

На самом деле Джошуа в это не верил, какой-то фактор здесь отсутствовал. Какова могла бы быть причина, чтобы предпринять путешествие к ближайшей звезде? Невозможно вести торговлю сквозь межзвездные расстояния, во всяком случае со скоростью меньше световой. А если в месте назначения будет такая же техника и такое же устройство общества, как и в месте отбытия, чем тогда можно торговать? Любыми различиями или техническими усовершенствованиями, которые возникнут в течение миллионов лет, можно поделиться с помощью коммуникационного лазера.

– Эй! – воскликнул он. – Паркер!

– Да, Джошуа? – откликнулся тот.

– Мы-то считали, что причина, из-за которой «Танжунтик-РИ» потерял контакт с Мастрит-ПД, – в упадке здешней цивилизации. Но это не так. Тогда почему они поднялись в воздух?

– Представления не имею. Возможно, один из колонизированных миров посылал сигналы из коллапсирующей туманности?

– Общество тиратка пришло в упадок? Неужели на это хоть немного похоже?

– Или его просто перебили, – предположила Моника. – Мне бы хотелось думать, что ксеноки, превращенные в рабов, в конце концов восстали и уничтожили их.

– Возможно, – однако Джошуа не был в этом уверен. – Мне не хватает чего-то очевидного.

«Леди Макбет» упала на поверхность диска. Это было преднамеренное падение, позволяющее им увидеть солнечную сторону Тоджолта-ХЛ. Здесь они наконец обрели неизменную согласованность, какой все время ждали от тиратка.