Поэтическая антология - Манъёсю

• Название: Манъёсю
• Автор: Поэтическая антология
• Издательство: ГЛАВНАЯ РЕДАКЦИЯ ВОСТОЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
• Жанр: Древневосточная литература
• Год: 1971

Манъёсю (яп. Манъё: сю:) — старейшая и наиболее почитаемая антология японской поэзии, составленная в период Нара. Другое название — «Собрание мириад листьев». Составителем антологии или, по крайней мере, автором последней серии песен считается Отомо-но Якамоти, стихи которого датируются 759 годом. «Манъёсю» также содержит стихи анонимных поэтов более ранних эпох, но большая часть сборника представляет период от 600 до 759 годов.

Сборник поделён на 20 частей или книг, по примеру китайских поэтических сборников того времени. Однако в отличие от более поздних коллекций стихов, «Манъёсю» не разбита на темы, а стихи сборника не размещены в хронологическом порядке. Сборник содержит 265 тёка[1] («длинных песен-стихов») 4207 танка[2] («коротких песен-стихов»), одну танрэнга («короткую связующую песню-стих»), одну буссокусэкика (стихи на отпечатке ноги Будды в храме Якуси-дзи в Нара), 4 канси («китайские стихи») и 22 китайских прозаических пассажа. Также, в отличие от более поздних сборников, «Манъёсю» не содержит предисловия.

«Манъёсю» является первым сборником в японском стиле. Это не означает, что песни и стихи сборника сильно отличаются от китайских аналогов, которые в то время были стандартами для поэтов и литераторов. Множество песен «Манъёсю» написаны на темы конфуцианства, даосизма, а позже даже буддизма. Тем не менее, основная тематика сборника связана со страной Ямато и синтоистскими ценностями, такими как искренность (макото) и храбрость (масураобури). Написан сборник не на классическом китайском вэньяне, а на так называемой манъёгане, ранней японской письменности, в которой японские слова записывались схожими по звучанию китайскими иероглифами.

Стихи «Манъёсю» обычно подразделяют на четыре периода. Сочинения первого периода датируются отрезком исторического времени от правления императора Юряку (456–479) до переворота Тайка (645). Второй период представлен творчеством Какиномото-но Хитомаро, известного поэта VII столетия. Третий период датируется 700–730 годами и включает в себя стихи таких поэтов как Ямабэ-но Акахито, Отомо-но Табито и Яманоуэ-но Окура. Последний период — это стихи поэта Отомо-но Якамоти 730–760 годов, который не только сочинил последнюю серию стихов, но также отредактировал часть древних стихов сборника.

Кроме литературных заслуг сборника, «Манъёсю» повлияла своим стилем и языком написания на формирование современных систем записи, состоящих из упрощенных форм (хирагана) и фрагментов (катакана) манъёганы.

---

п. 1096 “Преданий древних я не знаю” — о горе Кагуяма известны разные легенды. В “Иё куни-фудоки” приводится легенда, по которой эта гора спустилась с небес на землю (см. п. 257). Известна также легенда о любовном споре между тремя горами, одной из которых является гора Кагуяма (см. п. 13, 14).

п. 1097 Одна из песен М., отражающая древнее народное поверье — котодама-синко, т. е. “веру в душу слов”, или в магию слов.

Первые две строки — заговор.

Гора Коса — гора Приди (вежл.).

п. 1098 “На дороге дальней” — речь идет о дороге в провинцию Кии из

Ямато.

Гора Футагами — гора Двух вершин, олицетворявших два божества — мужское и женское (мужа и жену).

“Ларчик с гребнем крышкою накрыт” — окаменевший местный зачин.

п. 1099 Песня сложена в аллегорическом плане: юноша спрашивает свою любимую, может ли он рассчитывать на ее любовь, если он сделает ей предложение.

п. 1106 Речной олень — обозначение для лягушки в М. (см. п. 913).

п. 1107 В песне говорится о священных белых цветах, которые приносят на алтарь богов; их делают обычно из ослепительно белой ткани из волокон бумажного дерева кодзо.

п. 1109 Некоторые комментаторы считают, что это песня юноши (СН). Однако боязнь людской молвы чаще встречается в женских песнях М.

п. 1110 Речь идет о земледельческом обряде, когда гаданием определяли место для посева освященных в храме зерен риса, с тем чтобы получить рассаду, которая должна принести хороший урожай.

Некоторые комментаторы считают, что песня аллегорическая и поле — метафора женщины (СН). Однако нам представляется, что здесь отражена существовавшая обрядность, тем более что песня помещена среди других песен, выражающих непосредственное впечатление от окружающей действительности, без подтекста.

Завязки — речь идет о завязках, которыми подвязывают шаровары хакама у колен (СН).

п. 1112 Ханэкадзура — венок, который надевали девушкам с наступлением совершеннолетия. Точного описания его не сохранилось, одни считают, что его плели из листьев и корней ириса, другие — что это был головной убор из перьев; известно лишь, что в каждой деревне существовал свой способ плетения (см. п. 705). Обряд надевания венка происходил 5-го дня 5-го месяца (НКБТ).

В песне игра слов: Идза — название реки и в то же время обращение к кому-либо, означающее приглашение идти вместе.

п. 1113 В песне отражено древнее поверье: слова жалобы богам вызывают туман.

п. 1114 “Шнур был завязан рукою любимой”.— В песне говорится о древнем обычае, когда жена и муж или возлюбленные, расставаясь, завязывали друг другу шнур одежды, и это являлось обетом верности. Дать развязать шнур до встречи с любимым (любимой) — нарушить обет.

п. 1115 Комментаторы отмечают, что с этой рекой связана какая-то легенда. Но вероятней, что здесь, как и в предыдущей песне, говорится о старинных обрядах, связанных с данной местностью, рекой, потому что слог “ю” в названии реки значит “завязывать”, и мк для этой реки является “шнур любимой”. По-видимому, река была местом встреч возлюбленных, где, расставаясь, давались обеты верности и происходил обряд завязывания шнура.

п. 1117 Цветок — метафора девушки, возлюбленной; ветер, волны — символ преград, препятствий.

п. 1118 “В рощах священных” — т. е. в рощах хиноки — “солнечных деревьев” (см. п. 928). Перевод сделан исходя из реального содержания словосочетания мива-но хибара, так как горы Мива, сами по себе, считались священными, а храм, находившийся там, упоминается часто в песнях, в которых неоднократно рассказывается о приношении на алтарь вина, отчего “сладкое вино святое” стало мк к “Мива”.

“Венками себя украшали из листьев” — судя по другим песням М., это было связано с определенными обрядами или празднествами.

п. 1119 См. прим. к п. 118.

п. 1121 По структуре и общему характеру эту песню можно отнести к песням-заговорам.

п. 1122 Утки акиса (совр. аиса) — перелетные дикие утки; различаются: кава-аиса — речные, уми-аиса — морские и мико-аиса — возможно, так обозначались утки, жившие в горах, где обычно расположены храмы, или это были особые священные утки (мико — шаманка, жрица синтоистского храма).

Возможно, что это песня-заговор. Здесь характерно наличие в тексте “юмэ” — повелительной формы от глагола “иму” (табу), означающего запрещать производить действия, вызывающие несчастье, т. е. нарушать табу.

п. 1123 Речные олени — см. п. 913.

Тидори — японские кулики.

п. 1125 Камунаби — в старину означало “священные рощи”, и местности с таким названием имелись повсюду. Здесь — название села в уезде Такэти провинции Ямато.

п. 1128 В старину в связи с тем, что орошение рисовых полей требовало много влаги, вода очень чтилась. Священным колодцам в песнях М. уделено много внимания, причем под колодцами подразумевалось всякое вместилище воды: и озера, и реки и т. п. (см. п. 52–53).

п. 1129 Яматогото — одна из разновидностей национального японского щипкового инструмента кото (цитры). В старину это был шестиструнный инструмент, на котором играли при помощи костяных ноготков, надеваемых на пальцы; употреблялся он обычно во время представлений древних японских мистерий кагура и музыкально-танцевальных представлений гагаку (СНмд). С яматогото у автора связано воспоминание об умершей жене.

п. 1130 Песня сложена, по-видимому, паломником, пришедшим на поклонение (СН).

Микумари — гора в Ёсину, где с древних времен почитают божество Микумари, покровительствующее земледелию, но в средневековье его стали называть Микомори и почитать как божество, покровительствующее деторождению и охраняющее детей (СН) (ми—префикс, ко—“ребенок”, мори от мору—“охранять”).

п. 1133 “Я слуга из свиты божества” — т. е. из свиты императора. Японским императорам приписывалось божественное происхождение (см. п. 1).

Токородаура (совр. токоро, Dioscorea tokoro) — трава долголетия, обладающая силой вечной жизни, по поверью, возвращала жизнь.

В песне речь идет о любовании Ёсину, красивейшей местностью провинции Ямато.

п. 1134 Песня отмечается как трудная для толкования; перевод условный.

п. 1135 Ямасиро — сокр. от Ямаусиро “за горами” (по отношению к столице).

Адзиро (амисиро) — плетеный бамбуковый забор, употребляемый вместо сети для ловли рыб хио (род форелей); забор устанавливали на дне реки в виде лабиринта, и рыба, попав туда, не могла выплыть обратно. Это прославленный старинный способ ловли рыбы на р. Удзигава, им занимались в конце осени и всю зиму; ловили рыбу ночами, для привлечения ее разжигали костры.

п. 1136 Сугамо (Potamogeton polygonifolius) — речные водоросли, похожие на камыш, употреблялись в пищу, а также для плетения циновок (мусиро) и для изготовления плащей (мино).

п. 1137 Песня отмечается комментаторами как трудная для толкования. Считается народной песней, связанной с местной легендой. Красавица, к которой сватался рыбак, стороживший адзиро (см. п. 1135), отказала ему, так как к адзиро может прибиться волной только щепка от строительного леса, что сплавляют по этой реке.

п. 1139 “Люди в тихая” (тихая бито) — мк к слову удзи — род. Обращение к древним мистериям кагура позволяет толковать это следующим образом: тихая — вид накидки, надевавшейся синтоистскими жрецами при исполнении кагура, когда они изображали богов. По-видимому, здесь речь идет о роде, представители которого выполняли жреческие функции и исполняли священные танцы в тихая. Так как в названии рода обычно указывалось его занятие (юмидзукури-удзи — род, изготовлявший луки, и т. д.), то и здесь тихая бито, естественно, стало постоянным определением к удзи, что означало род, представители которого исполняли танцы в тихая.

п. 1140 Птицы синагатори — то же, что ниодори — водяные птицы, которые могут подолгу находиться под водой (си — совр. ики “дыхание”, синага-тори “птица с долгим дыханием”), имеют обыкновение сидеть рядами.

п. 1142 “Чтоб жизнь моя счастливою была” — в местности Таруми вода славилась тем, что якобы приносила долголетие и счастье тому, кто се пил.

п. 1143 Ладьи из Мацура (мацурабунэ) — ладьи особой конструкции, позднее так стали называться ладьи вообще, изготовленные и в других местах.

п. 1144 Суминоэ — одна из красивейших местностей, с которой связаны легенды, находится в провинции Танго. Однако здесь, по-видимому, говорится о другой красивой местности Суминоэ в провинции Сэтцу, так как предыдущие и последующие песни связаны с этой провинцией.

п. 1147 В песне отражено древнее поверье котодама — вера в то, что слова обладают действенной силой. Отсюда вера в то, что если раковины “забудь-любовь” взять с собой, то непременно забудешь любовь (см. также о раковинах васурэгай “раковинах забвения” п. 1149). К. считает, что здесь речь идет об очень красивых раковинах, красота которых заставляет забыть горе, любовь и др.