Николай Пржевальский - Из Зайсана через Хами в Тибет и на верховья Желтой реки

• Название: Из Зайсана через Хами в Тибет и на верховья Желтой реки
• Автор: Николай Пржевальский
• Жанр: Прочая научная литература

В издании представлены обработанные М.А.Лялиной подлинные сочинения российского путешественника и натуралиста Н.М.Пржевальского.

Издание предваряется вступительными статьями проф. Э.Ю.Петри, содержит 5 глав:

Путешествие по Уссурийскому краю

Монголия и страна тангутов

Из Зайсана через Хами в Тибет на верховья Желтой реки

От Кяхты на истоки Желтой реки; исследование северной окраины Тибета и путь через Лоб-нор по бассейну Тарима.

Второе, сокращенное издание

---

24. Дорога бэй-лу ныне превращена в автомобильный тракт, который связывает собственно Китай со столицей западного Китая — Урумчи (китайсксе название Ди-хуа). Тракт от г. Ланьчжоу направляется к Линчжэ (Ганъчжоу), Сучжоу, Аньси, Хами (Баркуль остается севернее), Гучену, Урумчи, Шихо, Кульдже и подходит к границе с Советским Союзом. Протяжение этого тракта от Ланьчжоу до Кульджи приблизительно 2 500 км.

25. Восточный Тянь-шань, постепенно снижаясь и расплываясь, уходит на восток в Гоби, где дает ряд крупных поднятий в Монголии: Атас, Чингис, Цаган-богдо и др. На юго-восток от Тянь-шаня лежит пустынное нагорье Бэй-шань, которое является связующим звеном между Тянь-шанем и Нань-шанем.

К главе четвертой

26. Такая передача Кульджи и Кульджинского края имела место в 1881 г. на основании Петербургского русско-китайского договора. Кульджа в течение долгого времени оставалась центром торговли Китая с Россией и Советским Союзом.

27. Как в данном случае, так и прежде Пржевальский пишет о знаменитом дунганском восстании, которое разрослось в большее повстанческое движение, охватившее громадные территории Западного Китая и вовлекшее и мусульманское население Кашгарии. Восстание началось в 1864 г. и было жестоко подавлено китайцами в 1878 г. Свидетелем и очевидцем конца этого движения был наш путешественник, который сообщает немало интересных для историка сведений и наблюдений об этом периоде истории Западного Китая. Особенно любопытным представляется описание встречи Пржевальского с владетелем Кашгарии Якуб-беком, которое приводится в его книге "От Кульджи за Тянь-шань и на Лоб-нор".

28. Ныне все мусульманское население Кашгарии восприняло древний этнический термин и называет себя уйгурами. Этноним "таранча" ныне не употребляется. Словом "чанту" монголы называют узбеков и уйгуров. Известно, что эти два народа очень близки друг к другу в этнографическом и языковом отношении.

29. Это замечание переводчика Абдула Юсупова соответствует истине.

30. Действительно, через Ала-шань и севернее озер Сого и Гашиун и далее на запад в Минь-шуйи Хами проходит один из известных караванных путей, на значительных участках используемый для колесного движения.

31. История показала, что Пржевальский был прав. Узловое транспортное и торговое значение оазиса Хами в Синьцзяне исключительно большое.

32. Александр Иванович Кояндер — действительный член Русского Географического общества с 1881 г., дипломатический работник, позже русский генеральный консул в Каире. Будучи главой русской дипломатической миссии в Пекине, вел переговоры с китайским правительством по поводу путешествия Пржевальского и его возможных маршрутов. Он покровительствовал путешественнику и помогал ему советом. В письме от 26 апреля 1878 г. Кояндер пишет Пржевальскому:

"Я надеюсь, что здешние китайцы написали представителям своей власти в краях, через которые Вы будете проходить, быть с вами любезнее и внимательнее, чем в Гучене. Таково, по крайней мере, впечатление, оставленное на меня последним моим разговором с ними по этом предмету. Но, многоуважаемый Николай Михайлович, не могу не попросить вас быть во время вашего путешествия насколько возможно осторожным. В настоящее время на китайцев можно еще менее полагаться, чем обыкновенно, вследствие некоторых обстоятельств, которые было бы неудобно приводить в этом письме. Считаю, однако, необходимым предупредить вас об этом, чтобы вы могли быть всегда настороже" (Н. Ф. Дубровин. Н. М. Пржевальский, СПб., 1880, стр. 275).

33. Курма — верхняя одежда (курточка) китайского солдата; далемба — хлопчатобумажная материя, очень распространенная в Монголии и Китае, бывает самой разнообразной расцветки.

34. "Нравственное очищение" китайской армии, о котором пишет Пржевальский, можно наблюдать сейчас на примере китайской красной армии, уже много лет героически борющейся за демократический и суверенный Китай. Китайцы — солдаты красной армии показывают образцы стойкости, преданности делу и целям борьбы. С другой стороны, гоминдановская правительственная армия, несмотря на оснащение ее "всеми усовершенствованиями европейской военной техники", и до сих пор сохранила многие черты той армии, которую описал наш наблюдательный путешественник.

35. Пустынные горы Бэй-шань являются промежуточным звеном в гигантской горной цепи Тянь-шань — Нань-шань. Позже Пржевальского их изучал Г. Е. Грумм-Гржимайло в 1889–1890 гг., который дает характеристику Бэй-шаня в своем "Описании путешествия в Западный Китай", т. 2, глава IV, стр. 128–155 (1899). В. А. Обручев во время своей центральноазиатской экспедиции 1892–1894 гг. также посетил Бэй-шань. Географическая и геологическая характеристика этих гор сделана этим автором во 2-м томе его книги "Центральная Азия, Северный Китай и Нань-шань" (глава 26, стр. 483–535, СПб., 1901). По Обручеву, горы Бэй-шань очень пустынны и однообразны, но нередки тут небольшие оазисы с колодцами или ключами, обладающими часто солоноватой водой. Пустынное выветривание наложило свой отпечаток, горные породы обнажены. Преобладают здесь граниты и гнейсы. Высоты в Бэй-шане поднимаются до 2 000 м в центре и опускаются до 1 350 м на северной окраине. Ландшафты Бэй-швня скудны и маловыразительны: "Почти на всем протяжении мы ехали в течение двух недель по гористой местности, причем то пересекали отдельные горные цепи, то промежуточные между ними группы и цепи холмов и рассеянные между ними долины и котловины. Нигде не было ни высоких перевалов, ни тесных ущелий; дорога шла прямо или слегка извиваясь по долинам, сухим руслам, логам, незаметно переваливая из одной в другую" (В. А. Обручев. От Кяхты до Кульджи. Путешествие в Центральную Азию и Китай. М.-Л., 1940, стр. 208 и сл.).

36. В Центральной Азии абсолютный максимум температуры 48° в тени отмечен в г. Люкчуне, в Турфанской впадине. Однако эта величина как будто не предел и объясняется слишком малым сроком и плохой регулярностью метеорологических наблюдений в Центральной Азии. Вполне вероятно, что при накоплении таких наблюдений этот максимум может быть несколько повышен.

37. Река Булунцзир, или Булун-дзир, более известна под названием Сулэй-хэ. Эта река имеет большое экономическое значение как питающая ряд богатых оазисов. Воды реки прорываются на запад в пустыню и оканчиваются в небольшом соленом озерке Халача, окруженном солончаками. В низовьях река постепенно иссякает, много ее воды разбирается на орошение, но много влаги также расходуется на фильтрацию и испарение. Легенда о том, что воды реки вновь выступают на поверхности, имеет интерес в связи с палеогеографическим прошлым долины и реки Сулэй-хэ и озера Лоб-нор. В. А. Обручев обнаружил в низовьях реки Сулэй-хэ озерные осадки, несомненно говорящие о том, что здесь были некогда водоемы гораздо больших размеров, чем современные остаточные озерки. В этих озерных отложениях, из-за отступания и сокращения озера и понижения его уровня, река Сулэй-хэ начала углубляться, образуя узкую долину, местами ущелье.

В геологическом прошлом, видимо, существовала прямая гидрографическая связь бассейна Лоб-нора и Сулэй-хэ. Для Лоб-нора доказано высокое стояние его вод, при котором уровень озера имел совсем другую глубину и размеры. Достаточно и ныне поднять уровень Лоб-нора только на 100 м, чтобы его воды слились в озеро Халачи и затопили, в низовьях р. Сулэй-хэ.

38. Оазис Са-чжеу (не нужно путать c оазисом Су-чжоу, расположенным восточнее) называется также Дунь-хуан и находится на реке Дан-хэ, вытекающей из гор Нань-шаня и впадающей слева в Сулэй-хэ. Абсолютная высота Дунь-хуаня 1 216 м.

К главе пятой

39. Пески эти действительно тянутся широтно вытянутой полосой от Са-чжеу до самого Лоб-нора. Западное окончание их видел Пржевальский, когда шел из Лоб-нора на Алтын-таг.

40. Граф Сечени — руководитель австро-венгерской экспедиции в Китай, в которой принимали участие также И. Крейтнер, упоминаемый Пржевальским, и геолог Л. Лочи; совершил в 1877–1880 гг. большой маршрут от Шанхая на запад, дошел до провинции Гань-су, но не смог пройти в Тибет и ушел на юг — в Бирму. Сачжеуские власти пытались отговорить Пржевальского итти далее в Тибет и ссылались при этом на пример экспедиции Сечени, повернувшей отсюда в сторону от предполагаемого маршрута в Тибет. Сечени был в Са-чжеу только на 2 месяца раньше Пржевальского. Но эти примеры не подействовали на Пржевальского, который пишет: "К сожалению, в данном случае китайцы напали на человека не слишком сговорчивого. У меня таких 11 (кроме переводчика — таранчи из Кульджи) молодцов, с которыми можно пройти весь свет" (из письма к русскому поверенному в Пекине от 11 сентября 1879 г.). Китайские власти рассчитывали, что Пржевальский испугается трудностей пути и последует примеру Сечени, но решимость нашего путешественника спутала все расчеты китайского правительства, которое вынуждено было в данном случае уступить настойчивости, но зато втайне предпринять меры, чтобы не допустить русскую экспедицию в Южный Тибет, Лхасу.