М. Маслин - Русская философия: Энциклопедия

• Название: Русская философия: Энциклопедия
• Автор: М. Маслин
• Жанр: Философия

Энциклопедия включает около 800 статей, раскрывающих взгляды русских мыслителей с XI века до наших дней. Статьи дают представление об основных направлениях и этапах развития отечественной фило¬софской мысли, ее своеобразии и взаимосвязях с философскими течениями других стран. Рассчитана на широкий круг читателей, интересующихся историей русской философии и культуры.

---

процессов: «История не имеет того строгого, неизменного предназначения, о котором учат католики и проповедуют философы, в формулу ее развития входит много изменяемых начал - во-первых, личная воля и мощь». Герцен считает, что осн. препятствием на пути к справедливому общественному устройству является сознание масс, к-рое не готово к установлению нового строя, т. к. новые общественные отношения требуют и нового сознания, ибо привыкшие к несвободе люди не способны понять всю несправедливость существующих порядков. Народные массы, пишет Герцен, пока что равнодушны «к личной свободе, к независимости слова», «они под равенством понимают равномерный гнет» и «желают социального правительства, которое бы управляло ими для них, а не против них, как теперешнее. Управляться самим - им и в голову не приходит». А для него главное - это обеспечение «безусловной независимости личности»: «Свобода лица -величайшее дело, на ней и только на ней может вырасти действительная воля народа. В себе самом человек должен уважать свою свободу и чтить ее не менее, как в ближнем, как в целом народе». Эта кн. Герцена, по его словам, «памятник борьбы», борьбы со своими иллюзиями, надеждами и мечтами, в к-ром он «пожертвовал многим, но не отвагой знания». Книга произвела огромное впечатление как в России, так и в Зап. Европе. В. В. Стасов писал Толстому в сентябре 1905 г.: «Я миллион раз читал это себе и другим, и всякий раз, словно в первый, в самый первый раз читаю эти скрижали завета» (Лев Толстой и В. В. Стасов. Переписка. 1878-1906. М., 1929. С. 375).

Лит.: Булгаков С. Н. Душевная драма Герцена // Булгаков С. Н. Соч.: В 2 т. М., 1993. Т. 2; Володин А. И. В поисках революционной теории (А. И. Герцен). М., 1962; Он же. Герцен и Запад. Идейное творчество русского мыслителя и социально-политический опыт Западной Европы // Лит. наследство. М., 1985. Т. 96; Гинсбург Л. Я. «С того берега» Герцена: проблематика и построение // Изв. АН СССР. Отд. лит-ры и языка. 1962. Т. 21, вып. 2; Смирнова 3. В. Социальная философия А. И. Герцена. М., 1973. С. 83-142; Berlin I. Herzen and Bakunin on Individual Liberty // Continuity and Change in Russian and Soviet Thought, 1955.

А. Т. Павлов

С

САВИЦКИЙ Петр Николаевич (15(27).05.1895, Черниговская губ. - 13.04.1968, Прага) - экономист, географ, социолог, ученик П. Б. Струве, один из инициаторов и глава евразийства. В 1917 г. окончил Петербургский политехнический ин-т. После Октябрьской революции эмигрировал в Болгарию, затем переехал в Чехословакию. С 1922 г. -приват-доцент Русского юридического ф-та в Праге, а с 1923 г. и Русского научного ин-та в Берлине. В 1925 г. стал проф. Русского аграрного ин-та в Праге, заведовал кафедрой экономики. В 1929-1933 гг. руководил отд. общественных наук Русского народного ун-та и был проф. Карлова ун-та. Во время оккупации гитлеровцами Чехословакии С. был отстранен от преподавания, арестован гестапо и направлен на работу в промышленность. После освобождения Праги в 1945 г. был арестован уже советскими чекистами, осужден на десять лет заключения и отправлен в мордовские лагеря. В 1956 г., после реабилитации, С. возвратился в Прагу, где состоял внештатным членом государственной комиссии по аграрной географии. Однако и здесь за сб. стихов «Посев», опубликованный в Париже, где получила отражение «лагерная тема», вновь был арестован. Похоронен в Праге. С. занимался гл. обр. разработкой географических и экономических аспектов евразийского учения. В осн. массиве земель Старого Света, где география традиционно выделяла два материка -Европу и Азию, С. вслед за рус. ученым проф. Ламанс-ким, указывал на наличие третьего, срединного материка - Евразии как особого «географического мира», большую часть к-рого занимала Россия. Понятию «Евразия» С. придавал не только географическое, но и культурно-историческое значение, тесно увязывая социокультурное развитие с его географически-пространственными условиями. В трудах С. констатировалось своеобразие климата, почв, растительного мира Евразии по сравнению с сопредельными территориями. Он отвергал традиционное представление о проходящей по Уралу разграничительной линии в природе и обосновывал географическое единство России-Евразии. Рассматриваемое как основа экономической, политической и культурной жизни проживающих на этом пространстве народов, оно получило название «месторазвитие». Главным итогом исследований С. стало положение о необходимости синтетического подхода к изучению рус. истории, к-рый, наряду с приданием географическому фактору системообразующей роли, предполагал доказательство всестороннего единства российско-евразийского мира. На основе идей С. евразийцы ставили перед собой задачу создания комплекса наук по изучению Евразии, в к-рый предполагалось включить такие дисциплины, как геоэкономика, геополитика, геолингвистика, геоэтнография, геоархеология. С. внес заметный вклад в изучение степей и проживающих в них народов, взаимодействия здесь социально-экономической истории и природной среды («Степь и оседлость», 1922; «О задачах кочев-никоведения», 1925). Оригинальны его суждения о перемещении культурных центров («Миграция культуры», 1921) в ходе истории в области со все более холодным климатом. В сфере экономики С. отстаивал идею «государственно-частной» системы, где частная инициатива сочетается с государственным плановым регулированием. Учитывая природные особенности Евразии (огромная территория, бесчисленные естественные богатства, а также ограниченные возможности участия в океаническом обмене), экономика будущей России, считал С, должна быть сориентирована преимущественно на внутреннее разделение труда, что приведет ее к превращению в органически слитное и независимое «материковое хозяйство». Экономический автаркизм С. вполне вписывался в философско-историческую концепцию евразийства, отталкивавшуюся от идей Данилевского, Н. С. Трубецкого и О. Шпенглера об обособленном развитии социально-культурных организмов. В противовес европейскому рационализму, решающему проблему человека в рамках экономической и правовой сфер, евразийское мировоззрение, полагал С, должно покоиться на «благой метафизике», где религиозно-философские ценности уравновешивают материальные, а экономика и право в отношении к ценностям «конечным» являются подчиненными в том смысле, что любое «действие в хозяйстве и государстве решается и освещается озарением религиозным». Принципом «подчиненной экономики» и «подчиненного права» С. стремился связать свои экономически-философские воззрения с традицией рус. религиозного творчества.

Соч.: Европа и Евразия // Русская мысль. София, 1921. Вып. 1; «Подъем» и «депрессия» в русской истории. Прага, 1925; Географические особенности России. Ч. 1: Растительность и почва. Прага, 1927; Россия - особый географический мир. Прага, 1927; Место действия в русской литературе (географическая сторона в истории литературы). Прага, 1931; Место-развитие русской промышленности. Берлин, 1932; Разрушающие свою Родину. Берлин, 1935; Сказания иностранцев о Сибири. Прага, 1933; Континент Евразия. М., 1997.

Лит.: Вернадский Г. В. П. Н. Савицкий // Новый журнал. Нью-Йорк, 1968. Т. 92; Бердяев Н. А. Утопический этатизм евразийцев // Н. А. Бердяев о русской философии. Свердловск, 1991. Ч. 2. С. 198-204; Соболев А. В. Полюса евразийства// Новый мир. 1991. № 1; Boss О. Die Lehre der Eurazier. Wiesbaden, 1961; Riasanovsky N. The Emergence of Eurasianism // California Slavie Studies. 1967. №4.

В. П. Кошарный

САКУЛИН Павел Никитич (1 (13). 11.1868, с. Воскресенское Самарской губ. - 7.09.1930, Ленинград, похоронен в Москве) - филолог, культуролог, историк рус. литературы и философии; сфера его интересов может быть также определена как философия рус. литературы. В 1891 г. окончил историко-филологический ф-т Московского ун-та, где преподавал с 1902 по 1911 г., когда покинул ун-т в знак протеста против политики правительства. После возвращения в ун-т (1917) вел обширную научную, педагогическую и общественную работу, был директором Ин-та рус. литературы (Пушкинский дом), председателем Об-ва любителей российской словесности при Московском ун-те, в 1929 г. избран академиком АН СССР. Будучи учеником Н. С. Тихонравова, С. вступил в науку как приверженец культурно-исторической школы академического литературоведения, в которой его привлекали универсализм интересов, публицистичность, трактовка истории литературы как истории общественного самосознания и духовной жизни народа. Примыкая в своих философских воззрениях к позитивизму, с 1905 г. С. проявляет интерес и к учению К. Маркса; оставаясь в стороне от политического марксизма, он выступает за «государственный социализм» и фактически отстаивает ценности либерализма. За представленную в качестве магистерской диссертации работу об Одоевском (Из истории русского идеализма. Князь В.Ф. Одоевский. Мыслитель-писатель. Т. 1, ч. 1-2. М., 1913) С. сразу была присуждена докторская степень. На примере становления мировоззрения Одоевского автор реконструирует процесс формирования рус. философской культуры 1-й пол. XIX в. в целом, характеризуя почти весь ряд ее представителей и прослеживая их взаимодействие с западноевропейскими направлениями (мистицизм, масонство, шеллингианство, социализм, национальный мессианизм и др.). Кн. «На грани двух культур. И. С. Тургенев» (М., 1918) С. продолжает серию работ, посвященных философскому истолкованию рус. классики; по его мнению, «Тургенев... бесконечно интересен как большой и мыслящий художник, стоявший на грани двух культур и - на страже культуры. Он чувствовал себя участником и свидетелем нескольких драм: это - драма беспочвенного русского интеллигента, драма России (в ее положении между Востоком и Западом) и, наконец, драма социальная, общеевропейская» (С. 31, курс, автора). С. последовательно характеризует психологию Тургенева, его художественную поэтику, социально-политические взгляды и своеобразную «философию жизни», выделяя эстетический «аполлонизм» и философский витализм писателя. В работе «Пушкин и Радищев. Новое решение старого вопроса» (М., 1920) С. рассматривает процесс перехода от наследия фр. Просвещения к философии нем. идеализма в рус. об-ве, становление идеи историзма и ее роль в миропонимании зрелого Пушкина, для к-рого оценка Радищева явилась важным моментом самоопределения: «Светлый, гармоничный и мудрый Пушкин, изрекший своим творчеством великое поэтическое «да», отверг в лице Радищева мятежное «нет». Для поэта это было преодолением в самом себе XVIII века. Центробежность побеждена центростремительностью» (С. 75). В кн. о Некрасове (М., 1928) С. выявляет его «концепцию жизни», вскрывает идейную направленность в самих композиционных приемах «социологической лирики» поэта, стремящегося объединить судьбу народа и интеллигенции в единстве общей цели. В кн. С. «Русская литература и социализм» (Ч. 1. Ранний русский социализм. 2-е изд. М., 1924) предпринимается попытка обобщающего разбора эволюции социальных идей в России в широком контексте научной, литературной и общественной мысли, начиная с XVIII в.; рассматривая социализм как своего рода «новую религию жизни», автор анализирует его сложное соотношение с христианством и прослеживает отражение этого конфликта в сознании рус. людей. Исходя из убеждения, что «дело европейской культуры есть и наше дело», считал, что России неизбежно предстоит пройти через идентичный зап. опыт социального развития. С. выделял интеллигенцию как особую надклассовую группу, «аккумулятор социально-психической энергии века», призывая большевиков обеспечить ее необходимой свободой творчества. В 20-е гг. С. занимался теорией литературы: разработал план создания фундаментального трактата «Наука о литературе», посвященного философии и психологии творчества, аспектам его восприятия и изучения. Считал литературу органической частью общественной жизни, высоко оценивал творческий акт художника. Пафосом его размышлений выступает философия созидающего человека как «творческой монады», надежда на будущий «мощный расцвет» личностного начала в человеке (Социологический метод в литературоведении. М., 1925. С. 178). В последние годы жизни С. оказался в трудном положении: выступая с защитой культурных ценностей прошлого, он подвергся резким нападкам. Был обвинен в отступлении от марксизма и методологическом эклектизме. В научной среде рус. эмиграции С. пользовался авторитетом (см. Ляцкий Е. А.. Памяти П. Н. Сакулина // Slavia. R. XI, S. 1. Praha, 1932. С. 193).