» » » » Станислав Куняев - Стихи
Авторские права

Станислав Куняев - Стихи

Здесь можно скачать бесплатно "Станислав Куняев - Стихи" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Поэзия. Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Рейтинг:
Название:
Стихи
Издательство:
неизвестно
Жанр:
Год:
неизвестен
ISBN:
нет данных
Скачать:

99Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания...

Скачивание начинается... Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Стихи"

Описание и краткое содержание "Стихи" читать бесплатно онлайн.



КУНЯЕВ, СТАНИСЛАВ ЮРЬЕВИЧ (р. 1932), русский советский поэт, литературный критик. Родился в Калуге. Мать — из семьи калужских крестьян, в советское время окончила два высших учебных заведения — институт физкультуры и медицинский, стала известным врачом в своем городе.

Предки по отцовской линии из Петрозаводска и Н. Новгорода — русские офицеры, губернские чиновники, земские врачи.

Имя деда по отцу — А. Н. Куняева, профессора медицины, увековечено на двух мемориальных досках в нижегородском краю: на здании больницы Красного Креста в центре города и на стене земской Карамзинской больницы в Арзамасском у., вблизи Дивеевского монастыря и Серафимо-Саровской пустыни, где дед и бабушка Куняева работали врачами в начале века.

Там же родился его отец, который впоследствии стал преподавателем истории и погиб в н. 1942 во время ленинградской блокады. Похоронен на Пискаревском кладбище. А дед с бабушкой умерли во время гражданской войны от тифа — их нижегородская больница в те годы была военным тифозным госпиталем для красноармейцев. Похоронены были, как известные нижегородские граждане, на кладбище Печерского монастыря. Когда монастырь в н. 30-х закрыли, то монастырское кладбище сравняли с землей, и могилы предков поэта были утеряны.

Сам Куняев закончил в 1951 в Калуге среднюю школу с золотой медалью, отучился на филологическом факультете МГУ и по своей воле уехал работать в Тайшет Иркутской обл. в районную газету «Сталинский путь». В Сибири проработал с 1957 по 1960. Сначала заведующим сельхозотделом местной газеты, а потом собственным корреспондентом областной иркутской газеты «Восточно-Сибирская правда». Стихи начал серьезно писать в университете, первые публикации в Иркутске и в Новосибирске (журнал «Сибирские огни») появились у Куняева во время сибирского периода его жизни.

Тогда же он познакомился с молодыми иркутскими писателями В. Распутиным, А. Вампиловым, В. Шугаевым.

Первую книгу стихотворений «Землепроходцы» издал по возвращении из Сибири в своем родном городе Калуге в 1960. По этой своей первой книге Куняев в том же году был принят в Союз писателей СССР.

С тех пор у него вышло более 30 книг — стихотворных сборников, книги критики и публицистики, за одну из которых — «Огонь, мерцающий в сосуде» поэт был удостоен звания Лауреата Государственной премии России.

Куняев не без оснований считается одним из самых значительных поэтов своего поколения. Некоторые его стихотворения стали широко известными — даже знаменитыми («Добро должно быть с кулаками», «Размышления на Старом Арбате», «Карл Двенадцатый» и др.).

В 60—90-х он вместе с Н. Рубцовым, А. Передреевым, А. Жигулиным, Ю. Кузнецовым неизменно входил в перечень поэтов, определяющих патриотическое, почвенное, русское начало в современной поэзии с большой «присадкой» имперской государственной идеи.

Именно в этот период его поэзия постоянно присутствовала в идейных схватках и спорах, которые велись в печати и устных дискуссиях самыми разными, порой враждующими между собой группками критиков и поэтов (В. Кожинов, А. Анинский, Т. Глушкова, С. Чупринин, Ю. Селезнев, О. Михайлов, Е. Евтушенко и др.).

Но если в поэзии Куняева властвует чувственная многоликая, противоречивая стихия жизни и даже культ свободы творчества («Отдам всю душу Октябрю и Маю, но только лиры милой не отдам»), то в своих гражданских деяниях, поступках и заявлениях он крайне резок, целеустремлен и пристрастен.

Будучи уверен в значительности и неколебимости своего поэтического мира, Куняев весьма рискованно несколько раз в жизни и в советское и в постсоветское время ставил на карту и свою литературную репутацию, и карьеру, и житейское благополучие.

В 1977 он один из главных участников знаменитой дискуссии «Классика и мы», ознаменовавшей собой первое крупное восстание русских национальных сил, борющихся за влияние на общество с силами советского еврейского культурного истэблишмента, поддерживаемого прозападной частью партийной верхушки. Продолжая эту борьбу, в 1978 Куняев написал известное подцензурное письмо в ЦК КПСС (поводом было издание группой советских писателей диссидентского склада альманаха «Метрополь»), где прямо обвинил высших партийных чиновников в политическом двурушничестве, в потворстве антирусским и антигосударственным группам писателей, процветающим в те времена в литературной жизни страны. В результате этих двух акций он в 1980 был освобожден от должности рабочего секретаря Московской писательской организации, где работал с 1976.

Все последующее десятилетие поэт жил жизнью свободного художника, много ездил по России — подолгу жил в Сибири, на русском Севере, писал стихи, рассказы, очерки, жил одной жизнью с геологами, рыбаками, охотниками, что впоследствии помогло ему в создании двухтомника своих воспоминаний и размышлений «Поэзия. Судьба. Россия».

В 1989 благодаря настойчивым требованиям писателей С. Викулова, Ю. Бондарева, В. Распутина, В. Белова ЦК КПСС соглашается с тем, чтобы Куняев стал гл. редактором популярного литературного журнала «Наш современник». На этом посту в течение последующего десятилетия в полной мере он показал себя, как русский человек и продолжавший лучшие национальные традиции государственного патриотического крыла «шестидесятников». Журнал «Наш современник» за эти годы становится поистине духовным центром, объединившим все лучшие духовные силы России.

В условиях жесточайшей борьбы за существование, открыто борясь с масонским прозападным горбачевско-ельцинским режимом, журнал искал и ищет пути возрождения России и спасения русской цивилизации.

Куняев, будучи на острие этой борьбы, как и в прежние времена принимал страстное участие в событиях авг. 1991, открыто поддержав попытку ГКЧП спасти страну от разрушения, в спасении Союза писателей России от погрома «демократов» (именно он разорвал бумажку Музыкантского, в которой было требование закрыть Союз писателей России за его поддержку антигорбачевского ГКЧП), в событиях окт. 1993 у Белого дома и в Останкино. К 100-летию со дня рождения С. Есенина Куняев вместе с сыном выпускает книгу «Сергей Есенин», выдержавшую 4 издания.

Опубликованы воспоминания Куняева «Поэзия. Судьба. Россия» (кн. 1–3).






" Живем, работаем и бродим "

Живем, работаем и бродим
с горячим ветром на устах.
И, кажется, не видим родины,
не чувствуем, как воздух вроде бы, —
все так и все-таки не так.
Нет- нет я зов ее услышу,
припомню давний свой зарок,
что где-то есть деревня Пыщуг,
которая меня зовет.
Зовет не дозовется, бросит,
иные выплывут места —
мои калужские березы
и яченские омута.
Я вспомню дом с кривыми ставнями,
а то и просто — имя станции,
где остановка — пять минут…
Мы, где бы ни были, — оставили
следы души.
Они зовут…
Все громче, все слышнее просится
в твою судьбу большой итог:
тревожная разноголосица
когда&то пройденных дорог.
И час пробьет, когда в груди моей,
как я отсрочки б ни просил,
сольются голоса в единый
всезаглушающий призыв.
Вся память
разом в сердце ринется —
дороги, люди, города,
и что-то в этом сердце сдвинется,
что — неизвестно…
И тогда
ты примешь,
лоно простирая,
и, участь пращуров деля,
я растворюсь в тебе,
стирая
черты единственного «я»,
моя суровая, сырая,
мне нареченная земля.

1956

МАРШ БРОСОК

Рот пересох,
шаг невысок,
черные сосны
да желтый песок.
Даже пилотка
от пота набрякла.
Высохла глотка.
и песня иссякла.
Раз! два!
Час… Два…
Мы идем,
а у нас под ногами,
как чешуйчатая змея,
вьется танковая колея,
и мы топчем и топчем ее сапогами.
Шуршанье песка
да стук автомата,
да пот с виска
течет у солдата.
— Привал! — и разом
кто в тень, кто в сон,
затылком наземь,
к небу лицом…
А в это время
по чужим берегам,
по картам штабным,
по материкам,
весь мир опоясав
тисненым железом,
с кровью и с мясом
границы разрезав,
как чешуйчатая змея,
вьется танковая колея!
И пока не раздавим ее,
мы получаем свое:
ни сладкого сна,
чтоб кругом тишина,
ни отдыха праздного,
ни легкого хлеба,
ни солнца красного,
ни синего неба —
нету!
Все
защитного цвету…
Знойная даль,
синяя высь.
Снова команда:
— Становись!
Песню! —
И над рядами пилоток
песня выплеснулась из глоток.
И надо всем —
над зеленой землей,
оплетенной железной змеей,
над смехом детей, над могилами
братскими,
над пылью,
над потом,
над песней
солдатскими,
и — потому что нет другого пути —
над дорогой,
которую надо пройти,
хоть умри, хоть надеждами вымость,
реет тяжелое слово —
необходимость!

1956

" Уроки военного дела "

Уроки военного дела.
Ребятам одиннадцать лет.
Война им в программу велела
вписать этот новый предмет.
Винтовки из струганых досок,
гранаты набиты песком,
в лаптях, в сапожищах отцовских,
а кто победней — босиком,
остриженные головенки,
чтоб не было вшей у вояк,
и песня разносится звонко:
— Врагу не сдается «Варяг»! —
Но больше, чем чтенье и русский,
мне нравится эта игра.
Мы молча ползем по-пластунски,
встаем — в атаку — Ура-а!
Мы целиться учимся, щуримся.
Смешно суетимся в строю.
О как это ветхое чучело
я четко и ловко колю!
…Плескалось дружинное знамя,
да голос срывался порой…
Никто не смеялся над нами,
над странною этой игрой.

1959

" Добро должно быть с кулаками. "

Добро должно быть с кулаками.
Добро суровым быть должно,
чтобы летела шерсть клоками
со всех, кто лезет на добро.
Добро не жалость и не слабость.
Добром дробят замки оков.
Добро не слякоть и не святость,
не отпущение грехов.
Быть добрым не всегда удобно,
принять не просто вывод тот,
что дробно-дробно, добро-добро
умел работать пулемет,
что смысл истории в конечном
в добротном действии одном —
спокойно вышибать коленом
добру не сдавшихся добром!

1959

ДОСКА ПОЧЕТА

Городкам в России нету счета.
Почта.
Баня.
Пыль и тишина.
И Доска районного почета
на пустынной площади видна.
Маслом размалеваны разводы,
две колонны — словно две колоды…
Работенка, скажем, неказиста
местных инвалидов-кустарей:
выцветшие каменные лица
плотников, доярок, слесарей.
Я-то знаю, как они немеют
и не знают — руки деть куда,
становиться в позу не умеют,
вот пахать и строить — это да.
Всматриваясь в выцветшие фото,
все как есть приму и все пойму
в монументах временной работы
вечному народу моему.

1959

" А все еще гудят вокзалы. "

А все еще гудят вокзалы.
Диспетчерам полно работы.
А все еще трещат причалы
и гомонят аэропорты.
Выпускники, переселенцы,
студенты, толкачи, снабженцы
берут счастливые билеты,
бегут в полночные буфеты.
Я тоже движусь в этой массе.
Я также набираю скорость.
К согражданам различной масти
в пути приглядываюсь порознь.
Мне женщина рукою машет.
Плывут перроны, люди, села.
Россия все никак не может
или не хочет жить оседло.

1960

ДОМ ЭПОХИ КОНСТРУКТИВИЗМА

Строения конструктивизма —
вы означали в те года
апофеоз коллективизма,
союз рав ’ енства и труда.
Вдаль простирались коридоры,
а в коридорах детвора,
а в коридорах разговоры
о мире правды и добра.
Не коридоры, а проспекты,
рассчитанные на века…
Но не хватило на проекты
бетона, стали и стекла.
И матерьялы заменялись,
терялось чувство высоты.
И постепенно изменялись
первоначальные черты.
Недавно в этом странном доме
снимал себе квартиру я.
Дом оказался неудобен
для современного жилья.
Здесь жили мрачные соседи,
которым за десятки лет
осточертели эти стены
и коммунальный туалет.
Я по утрам спешил к трамваю,
оглядывался, повторял:
— Великолепная идея,
несовершенный матерьял!

1960

ДАРЬЯ ЗАХАРЬЕВНА

I

Я частенько гостил у бабки.
Часто я заезжал к старухе.
Все, бывало, шепчет губами,
узнавая меня на пороге.
Мы садились за самоваром,
начинали чай с разговором.
А жила она одиноко,
от своих дочерей недалеко.
Только к ним она не ходила,
даже видеть их не хотела.
— Мои девки с ума посходили!
С матерью перебранились.
К старости перебесились —
снова замуж повыходили!..
Бабка правила нашей семьею.
Наблюдала всю жизнь за порядком.
Была домашним пророком.
Считалась верховным судьею.
Принимала в подарок конфеты.
Разрешала любые споры.
Разбирала любые конфликты.
Прекращала семейные ссоры.
Говорила кратко и мудро…
Впрочем, это было нетрудно.
Жили мы под единым флагом,
родовым общежитским миром,
шитые одним лыком,
мазанные одним мирром,
объединенные целью одною,
одной бедою, одной войною.
А теперь что случилось
со всеми?
Распадаются дружные семьи,
что детей сообща растили, обноски перешивали,
все, что надо, переживали,
невест, как могли, рядили,
швейной машинкой стучали,
служили у государства,
родственников встречали
из тридевятого царства.
А теперь кругом непорядки,
непонятные нашей бабке.
И народ не тот на базарах,
и вода не та в самоварах…
Я сижу, молча слушаю бабку.
Чай прихлебываю внакладку.
Все подробности выясняю.
Ничего ей не объясняю.

II

У музыкантов фальшивят трубы.
У музыкантов замерзли губы.
Катафалк впереди как хоромы.
Мы Захарьевну нашу хороним.
А за гробом дети да внуки,
а за гробом — ее товарки,
с девятнадцатого века старухи,
бабы, высохшие как таранки.
За плечами у них обузы,
за плечами у них ликбезы.
А учила старух лучина,
да крутила старух кручина.
По десятку детей народившие,
горы белья переворотившие,
горы горя перевернувшие,
по горло его хлебнувшие, —
идут они тесной шеренгой,
покачиваются от ветра,
салопы на них, как шинели —
длиннополые, с прошлого века.
Исчезает, проходит племя
этих женщин, вынесших бремя
всяких войн: коротких и длинных,
всех — грабительских и гражданских,
справедливых и несправедливых,
всех японских и всех германских.

1960


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Стихи"

Книги похожие на "Стихи" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Станислав Куняев

Станислав Куняев - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Станислав Куняев - Стихи"

Отзывы читателей о книге "Стихи", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.