М Лебедев - Стабильность значения

• Название: Стабильность значения
• Автор: М Лебедев
• Жанр: Философия

---

При этом доконтекстная семантика знака в естественном языке не является лингвистическим построением: она ощущается языковым сознанием как несомненная реальность. Если условный знак (знак формального языка) бессмыслен вне установленной (конвенциональной) области функционирования, то знак естественного языка всегда "уже был" и "должен приниматься таким, как он есть" (Соссюр) не только в смысле невозможности изменить его по индивидуальной интенции носителя языка, но и в том смысле, что он опережает в концептуальном пространстве свои частные контексты.

Ввиду сочетания, таким образом, в этой исходной семантике языкового знака некоторой "пред-данности" и возможности произвольного осмысления принимается, что она допускает положительное определение, но лишь в терминах перспектив, открываемых ею для "внутренней инициативы" (Бодуэн де Куртенэ) говорящего. В качестве этих перспектив описываются:

* способность языкового знака соотноситься со всем, что так или иначе значимо для мысли;

* имплицируемая его эмпирической стороной возможность мотивировать референцию через генетические и структурные взаимозависимости, узус и т.д.

С этой точки зрения произвольность языкового знака рассматривается как открытость, поскольку она допускает свободное движение мысли в среде естественного языка за рамками фиксированных значений, обеспечивая выход смысла не только к обобщенным мыслительным представлениям, но и к трансцендентному референту. Значимость не привносится в готовый знак извне, а возникает с превращением в знак не-знака, когда на последний проецируются возможности человеческого различения и истолкования вещей. С этим связывается до некоторой степени развитое понимание инструментальной функции языка в платоновой традиции: основа семантики и, в силу этого, самое существо языкового знака могут быть отождествлены с его вовлеченностью в процесс практического понимания человеком своего мира. Артикулируя это понимание, знак естественного языка впервые позволяет человеку ориентироваться в возможностях собственного бытия. Мобилизуемый как ориентир в понимании мира, возникающий знак есть уже тем самым непроявленная система36. На этом основан известный тезис Соссюра:

В языке нет ничего, кроме различий. Вообще говоря, различие предполагает наличие положительных членов отношения, между которыми оно устанавливается. Однако в языке имеются только различия без положительных членов системы. Какую бы сторону знака мы ни взяли, означающее или означаемое, всюду наблюдается одна и та же картина: в языке нет ни понятий, ни звуков, которые существовали бы независимо от языковой системы, а есть только смысловые различия и звуковые различия, проистекающие из этой системы37.

Отождествление знака с вещью происходит, согласно подобным представлениям, не в действительности, а в мысли. В соответствии с этим может признаваться, что не только значение языковых единиц, но и весь язык как таковой существует в человеческом сознании, в мозгу человека и тем самым относится к числу явлений психических. Поэтому хотя диапазон языкового значения можно считать всеобъемлющим (им может стать, вообще говоря, все, что может быть помыслено в связи со знаком, любой связанный знаком концепт), любое содержание выступает в нем не само по себе, а опосредованное через знаковость, т.е. постольку, поскольку получает место в структурах понимания; например, значением знака может стать не "сырое чувство" (А. А. Потебня), а только так или иначе осмысленное.

Знак при такой трактовке всегда "больше" своих конкретных значений, но он существует лишь постольку, поскольку осмысляется и определяется в них (герменевтика). Эта детерминация извне оборачивается внутренней произвольностью как несамостоятельностью, несамодостаточностью. Так, у Соссюра:

Всякий символ, как только он пущен в обращение, - а любой символ существует лишь в силу того, что он пущен в обращение, - в тот же самый момент подпадает абсолютной невозможности предсказания, в чем будет заключаться его значение (identite) в следующий момент38.

Радикальными вариантами такой установки будут, с одной стороны, абсолютизация языка, приписывающая обязательность "внутриязыковому" знанию, где поэтому системным был бы даже язык, состоящий из одного элемента39; с другой - "номенклатурная", по выражению Соссюра, концепция языка, видящая в знаке лишь несущественную оболочку "внеязыкового" содержания.

1.3.3 СТРУКТУРА ЗНАКА ПРИ РАССМОТРЕНИИ ЯЗЫКА КАК ДИНАМИЧЕСКОЙ ЗНАКОВОЙ СИСТЕМЫ

В современных теориях языка, начиная с И. А. Бодуэна де Куртенэ, исследование динамического начала связывается с каузальным аспектом проблемы. Если при статическом подходе для отображения языковых процессов описывается то, что может присоединить к себе исходная единица, то в противостоящей ему динамической (процессуальной) модели для этого описывается то, во что эта исходная единица превращается при применении к ней того или иного формального средства (операции), а также то, каким образом это происходит.

В соответствии с этими - конструктивистскими по сути - представлениями каждая языковая единица, входя одновременно в большое количество парадигм или ассоциативных рядов, образует многомерный пучок. В знаке, таким образом, присутствуют одновременно не только концепты с указанием на реализующие их денотаты и грамматические значения, но в нем заложены, наряду с дополнительными коннотативными значениями, и прагматические потенции, воплощенные в его лексико-грамматических, стилистических и т.д. валентностях.

Ч. У. Моррис отмечает, что, согласно учению стоиков, процесс семиозиса описывался как включающий три или же четыре фактора: то, что выступает в качестве носителя (субстанции, или "тела") знака; то, на что указывает знак, или то, к чему он отсылает; воздействие знака и, наконец, его интерпретатора40. Знак только потому знак, что он интерпретируется как знак неким интерпретатором, т.е. имеет некую интерпретанту. Более того, понять то, к какой интерпретанте готовит интерпретатора знак, можно только путем обращения к другим знакам. Знаки живут в системе, данной интерпретаторам, и не случайно одно из определений знака гласит, что знак существует исключительно как единица определенной семиотической системы. Но систему эту создали люди: без человека нет знака. Вот почему в адекватной концепции знака к его определению, заключающему об устройстве знака и особенностях его функционирования, должны быть подключены сведения и об интерпретаторе, и о воздействии знака.

Также может предполагаться, что в развитых знаковых системах знак имеет особенно сложное устройство потому, что со знаком контактируют, по крайней мере, еще две системы, которые, к тому же, контактируют и между собой. Знак - это посредник между человеческим разумом и миром, а системы знаков объединяют их в еще более высокую целостность. Отсюда и все более сложные модели знаков.

В этой связи динамическое представление знака может включать, например, пять компонентов:

1) имя (означающее);

2) денотат (референт), т. е. предмет внешней действительности, обозначаемый именем;

3) десигнат (концепт), представляющий собой смысл, понятие о предмете или явлении;

4) коннотат, охватывающий дополнительные экспрессивно-оценочные, прескриптивные, а также эстетические значения;

5) прагматические потенции знака.

При этом имя образует план выражения, референт, концепт и коннотат формируют план содержания, а прагматические потенции выявляют план интерпретации знака.

В соответствии с этим процесс функционирования знаковой системы складывается из следующих шести компонентов:

1) отправителя (источника), который, будучи готовым к порождению сообщения и располагая, с одной стороны, тезаурусом, т.е. некоторой совокупностью знаний о внешнем мире и возникающих в нем типовых ситуациях, а с другой - лингвистической компетенцией, т. е. знанием системы языка и ограничивающей ее нормы, реализует функцию порождения сообщения (вопроса или ответа);

2) канала с шумом, который соединяет источник с адресатом и по которому может быть передано сообщение;

3) сообщения, т.е. несущей информацию последовательности знаков; их означающие передаются по каналу связи в виде импульсов, воспринимаемых органами чувств;

4) внешней (референциальной) ситуации, которая стимулирует появление сообщения и которая хотя бы частично описывается в сообщении и используется при его расшифровке (эту часть ситуации называют обычно контекстом);

5) реципиента сообщения;

6) внешнего наблюдателя (метанаблюдателя)41.

Согласно схемам такого рода, процесс функционирования знаковой системы реализуется в следующих четырех этапах:

1. порождение сообщения отправителем под влиянием внешней ситуации (в реализации этого этапа участвуют первый, третий и четвертый компоненты);