Николай Капченко - Политическая биография Сталина. Том III (1939 – 1953).

• Название: Политическая биография Сталина. Том III (1939 – 1953).
• Автор: Николай Капченко
• Издательство: Информационно-издательский центр «Союз»
• Жанр: Биографии и Мемуары
• Год: 2009
• ISBN: 978-5-9033373-08-6

Третий, завершающий, том охватывает наиболее важный и наиболее насыщенный событиями период жизни и деятельности И.В. Сталина. И хотя уже минуло более пяти десятилетий со дня его смерти, тень Сталина как бы витает над нашей страной, вызывая ожесточенные споры, порождая диаметрально противоположные оценки как самой его личности, так и всей его деятельности: он как бы по-прежнему остается активным участником политических баталий, развертывающихся в современной России.

Автор освещает в третьем томе такие фундаментальные проблемы, как заключение пакта с Германией, дает ретроспективную оценку того, кто оказался в выигрыше от заключения этого пакта – Германия или Советский Союз. Особое внимание уделено раскрытию роли Сталина в достижении победы, его деятельности на посту Верховного Главнокомандующего: здесь, с одной стороны, проанализированы его несомненные стратегические просчеты и ошибки, с другой, – показано поистине колоссальное значение твердости, решительности и железной воли Сталина в достижении победы. История, конечно, никогда не простит Сталину его ошибок и просчетов, связанных с войной. Но в не меньшей степени она никогда не забудет и его вклада в великую победу над гитлеровской Германией. Особое место занимает показ деятельности Сталина в развитии отношений с союзниками, где он продемонстрировал присущую ему способность гибко и в то же время бескомпромиссно отстаивать национально-государственные интересы Советской России. Во многом именно благодаря последовательности и твердости Сталина нашей стране удалось в международном плане закрепить итоги купленной столь дорогой ценой победы.

В томе проанализированы истоки «холодной войны», процесс складывания социалистического лагеря, основные цели и принципы, на которых базировалась внешняя политика Сталина в тот исторический отрезок времени. В целом формирование биполярной системы международных отношений после второй мировой войны – одна из исторических заслуг советского лидера, которая пока еще не нашла адекватного отображения в работах о нем. Отдельная глава посвящена долгосрочной стратегии Сталина в вопросах отношений с новым Китаем.

Из поля зрения автора не выпали ключевые вопросы развития внутриполитических процессов в стране в этот период, в первую очередь в сфере духовной жизни. Достаточно детально освещены послевоенные репрессии, в частности, «ленинградское дело», «дело врачей» и другие ключевые аспекты политической жизни страны на закате жизни Сталина. В томе читатель найдет ответ на вопрос о том, почему Сталин не выбрал и в силу каких причин не мог выбрать себе преемника. Финальная часть тома посвящена смерти вождя. Автор высказывает и мотивирует свою точку зрения на злободневную и в наши дни проблему – умер ли Сталин своей смертью или же ему «помогли» умереть.

В целом третий том как бы венчает собой многоплановый анализ политической и государственной деятельности Сталина. Вся она соткана из противоречий, которым нельзя дать однозначную оценку. Примечательно и признание автора, что и для него личность Сталина, даже после написания трехтомной биографии, по-прежнему остается в определенном смысле загадочной. Иными словами, перед историками проблема объективного и всестороннего исследования жизни и деятельности Сталина остается актуальной и в наше время. История еще не вынесла окончательного вердикта этой одной из самых значительных личностей минувшего столетия. Да и едва ли в ближайшее время такой вердикт будет вынесен. Многие сегодняшние оценки и выводы относительно Сталина, несомненно, будут переосмыслены. В конечном счете, последнее слово принадлежит не историкам, а самой истории, где время выступает в роли неподвластного конъюнктуре судьи.

---

С конца 40-х – начала 50-х годов в стране начала осуществляться грандиозная (даже слишком грандиозная!) программа преобразования природы и осуществления амбициозных планов великих сталинских строек. Наряду с насущными и чрезвычайно важными проектами (например, сооружение Волго-Донского канала, ряда лесозащитных полос, возведения в Москве знаменитых сталинских высоток и т.д.) задумывались и проекты явно несуразные в своей основе: создание искусственного моря в Западной Сибири, строительство плотины в районе Тихого океана, чтобы отвести холодные течения от берегов Сибири, и ряд других. Жизнь сама показала бесперспективность, а то и бессмысленность такого рода проектов. Но здесь важно подчеркнуть одну мысль – наряду с действительно нужными мерами в сфере экономического развития страны Сталиным или по его указанию принимались и явно непродуманные, выражаясь современным стилем, волюнтаристские решения.

Положительно оценивая итоги четвертой пятилетки, Сталин наряду с достижениями видел непреодоленные до конца послевоенные трудности, недостатки в деятельности плановых органов, ведомств и предприятий. Особое беспокойство вызывало у него состояние сельскохозяйственного производства. В промышленности не всегда соблюдалась плановая дисциплина. Не удалось полностью преодолеть дефицит электроэнергии, металла, высокопроизводительной техники. Большой оставалась текучесть рабочей силы. Недостаточно эффективно действовал ряд научно-исследовательских институтов и проектных организаций. Словом, практика внесла определенные коррективы в его амбициозный план форсированного развития экономики страны. Хотя это обстоятельство ни в коей мере не преуменьшает экономических достижений страны в послевоенный период. Всего за 5 – 7 лет страна вновь встала на ноги и превратилась в одно из сильнейших в экономическом плане государств мира. И это несмотря на все разрушения, причиненные невиданной в ее истории войной.

Выполнение программы восстановления и дальнейшего подъема экономики страны имело важный международный аспект. Этому аспекту Сталин придавал первостепенное значение, поскольку в мире стали сгущаться грозовые тучи и обстановка не переставала накаляться. Выполнение четвертого пятилетнего плана означало упрочение позиций Советского Союза на мировой арене, расширение его возможностей для оказания поддержки восточноевропейским странам, вступившим на путь социализма. Итоги пятилетки благоприятствовали активным действиям, направленным на защиту государственных интересов, укрепление международных позиций и престижа Советской России. Сталин однозначно исходил из тезиса, согласно которому с окончанием войны решающим участком противоборства двух противоположных общественных систем вновь стала экономика. В западных странах многие всерьез сомневались в реальности осуществления сталинских планов восстановления и развития экономики России после столь разрушительной войны. Надежды на то, что Советский Союз не сумеет самостоятельно преодолеть трудности восстановления народного хозяйства, достаточно ясно выразил орган английских деловых кругов «Уорлд ревью». Весной 1946 года в одной из статей, помещенных в журнале, утверждалось, что Советский Союз «не в состоянии осуществить свой новый пятилетний план одними лишь собственными средствами»[787]. Многие политики и идеологи западного мира пытались представить дело так, будто у СССР имеется только один выход – получение крупного американского займа. Советский Союз разрушил эти расчеты. Несмотря на причиненный народному хозяйству СССР огромный ущерб, система хозяйства, создателем которой являлся Сталин, еще раз доказала свои преимущества. Советский Союз занял одно из первых мест в мире по темпам роста промышленной продукции. Возобновился процесс повышения его доли в мировом производстве.

Многие западные специалисты по советской истории, анализируя трудности и успехи в экономическом развитии страны в первые послевоенные годы, неизменно делают акцент на том, что проблем и провалов в этой области было значительно больше, чем достижений. Они утверждают, впрочем, не без некоторых оснований, что Сталин ориентировал страну на развитие в соответствии с теми моделями, которые были опробованы в 20-е и 30-е годы. При этом из поля зрения начисто выпадает обстоятельство первостепенной важности – многие регионы страны лежали в развалинах и на их восстановление нужны были колоссальные материальные и людские ресурсы. Именно эта задача и предопределяла в силу естественной необходимости ориентацию на развитие ведущих отраслей промышленности. Как это было в первые советские пятилетки. В этом ключе можно допустить подобного рода сопоставление. Что же касается существа, главной стратегической линии в экономической области, то она не могла в силу естественных причин быть повторением опыта прошлого: реальная обстановка и жизнь были совершенно иными, чтобы можно было оперировать полезным в свое время, но уже кое в чем исчерпавшим себя опытом стратегии экономического развития.

Дж. Боффа пишет, например: «Решающим фактором стала политика массированных капиталовложений государства в экономику: их объем превзошел даже тот гигантский поток инвестиций, который был направлен в народное хозяйство в 30-е гг. Для получения столь поразительных результатов сталинское правительство, однако, установило такие критерии и ориентиры в процессе восстановления, которые неизбежно приводили к деформации и диспропорциям. Продолжение развития по довоенным схемам… означало прежде всего возобновление линии на индустриализацию. Она была ещё далеко не завершена к тому моменту, когда страна подверглась гитлеровскому нападению. Следовательно, основным направлением развития снова становилось форсирование роста тяжелой промышленности за счет и в ущерб развития производства потребительских товаров и сельского хозяйства; такой же была сталинская политика в период перед войной. В еще более радикальной форме эта линия проводилась в жизнь после победы»[788].

Читая такого рода строки, невольно начинаешь думать, что их автор как бы абстрагируется от реальностей тех лет. Кроме того, он без всяких оснований игнорирует сложившуюся к тому времени международную ситуацию, чего, естественно, не мог себе позволить сделать Сталин. И, на мой взгляд, неправомерно вести речь о возврате к прежней экономической политике, проводившейся перед войной на протяжении полутора десятков лет. Условия коренным образом изменились, и этого игнорировать не мог даже всемогущий диктатор, каким слывет среди них Сталин.

Французский историк Н. Верт также придерживается примерно такой же схемы. Но эту схему он дополняет довольно любопытным, но, на мой взгляд, поверхностным и лишенным реальной базы тезисом. Согласно этому тезису в советском руководстве шла жесткая борьба по вопросу о том, проводить ли радикальные реформы либерального направления или же ориентироваться на сталинские установки в сфере стратегии экономического развития государства. В качестве аргумента он приводит изложенную выше историю с Хрущевым и Андреевым, которая якобы и является свидетельством внутренней борьбы в руководстве, в частности по вопросам создания агрогородов и фактического превращения, таким образом, крестьян в своего рода рабочих, следствием чего являлось уничтожение крестьянина как такового[789]. Возврат к модели развития 30-х годов вызвал значительные экономические потрясения – вот его вердикт.

Мало чем отличаются и умозаключения на этот счет другого западного автора – английского профессора Джеффри Хоскинга, книга которого, как и упомянутого выше Н. Верта, в начале и середине 90-х годов была рекомендована в качестве учебника для российских школ и вузов. (В скобках могу заметить, что чем большим духом неприязни и даже ненависти к Советской России проникнуты были западные издания, тем более охотно они навязывались нам для соответствующей обработки молодого поколения.) Но возвратимся к высказыванию Хоскинга. Его фундаментальный вывод сформулирован лаконично: «Таким образом, та модель, которая была избрана для послевоенного возрождения экономики, отбрасывала страну к тридцатым годам, и это несмотря на то, что слабые стороны экономики война выявила полностью»[790].

Не стану вступать в полемику с этими авторами уже хотя бы той причине, что, как было показано в предшествующих главах, именно благодаря интенсивному и эффективному развитию советской экономики в предвоенный период был заложен прочный фундамент нашей победы в войне. Конечно, в развитии отдельных ее отраслей, как и всей экономической системы, были свои минусы и недостатки. Однако неоспоримым фактом остается то, что победителем из войны вышла именно наша держава, и отнюдь не благодаря помощи союзников, как стремятся доказать некоторые слишком уж «объективные» специалисты по Советскому Союзу. Читая их, поражаешься не тому, что они излагают исторические события предвзято, положив в основу своих выводов заранее выработанные антисоветские, а подчас и явно антирусские концепции. Поражаешься другому – как много еще легковерных людей, которым «пудрят мозги» посредством не столько с помощью самих фактов, а посредством их произвольного подбора и интерпретации. На первый взгляд, вроде факты в самом деле реальные, но из этих фактов комбинируются такие хитросплетения и выводы, что от исторической истины ничего не остается.