Уолтер Элвелл - Теологический энцеклопедический словарь

• Название: Теологический энцеклопедический словарь
• Автор: Уолтер Элвелл
• Издательство: Ассоциация "Духовное возрождение"
• Жанр: Религия
• Год: 2004

Составитель словаря — У. Элвелл, профессор богословия Уитон Колледжа — одного из лучших христианских университетов США.

Словарь включает 1200 статей и содержит не только богословскую, но и историческую, биографическую, а также другую полезную справочную информацию. Словарь написан доступным языком. Он интересен специалистам и понятен непрофессионалам. В его подготовке участвовали около двухсот человек, взгляды которых могли не во всем совпадать, и это лишь подтверждение того, что в современном христианском сообществе существует немало разногласий. Однако ни одна из фундаментальных ценностей христианской веры не подвергается сомнению.

---

Понятие monogenesотносится к разным сферам: (1) существо или природа (единственный Сын Божий); (2) откровение Бога человеку (Ин 1:18); (З)спасениечерез Сына (Ин 3:16; 1 Ин4:9).

В Апостольском символе говорится о "единородном Сыне"; это обычная форма Старого Римского символа. В древней латинской версии НЗ monogenesпередано словомunicus,но в Вульгате под влиянием Никейского христологического определения Иероним перевел его какunigenitus.

E.F. Harrison (пер.А. К.) Библиография: D. Moody,"God's Only Son: The Translation of John 3:16 in the Revised Standard Version", JBL72:21319;B.F. Westcott,Epistlesof John: G. Vos,The SelfDisclosure of Jesus;F. Buchsel, TDNT, IV, 737 ff.; K.. H. Bartels,A׳/D׳V77,־ II, 723 ff.; E. Best,One Body in Christ.

См. также: Троица.

Единосущный (омоусион) (Homo

ousion). Это слово стало важным теологическим термином, когда на Никейском соборе в 325 г. его использовали, чтобы обозначить соотношение между Сыном Божьим и Богом Отцом. Позднее оно стало обозначать также отношение Св. Духа к Отцу и Сыну и сделалось важнейшим средством в развитии учения о Троице.Homoousios буквально переводится с греческого как "такой же" (homo)"по сущности"(ousia),или, как принято переводить, "единосущный".

Однако, чтобы понимать, что имеют в виду, когда утверждают, что Сын единосущен Отцу, необходимо точно уяснить смысл понятий тождественности и сущности. Едва ли отцы Никейского собора рассматривали homoousiosс точки зрения категории первой сущности (ousia)у Аристотеля, к-рый подousia paзумел просто отдельную вещь. В противном случае утверждение о том, что Отец и Сын сутьhomoousios, означало бы, что эти два термина служат выражением одной и той же единственной реальности, без всякого в ней различения. Сохранилось свидетельство о том, что Антиохийский собор (268) осудил употребление homoousios, поскольку Павел Самосатский использовал его именно в этом смысле.

Точно так же отцы Никейского собора не принимали во внимание аристотелевскую категорию второй сущности, края у Аристотеля была родовым понятием, подчиняющим себе различные виды. Вероятно, ариане истолковали утверждения никейцев как раз в этом смысле. Они выдвинули следующее возражение учение никейцев о homoousiosпротивно логике, ибо оно предполагает разделение неделимой божественной сущности. Отцы собора прибегали к помощи многих аналогий для выражения соотношения между ипостасями в аспекте аристотелевской категории второй сущности (напр., человек и человечество), но они пользовались и другими аналогиями, выражающими гораздо более тесные отношения, чем между отдельными индивидами, подчиненными роду (напр., отношение лучей к солнцу или реки к источнику). Во всяком случае, они постарались указать пределы использования подобных аналогий для утверждений о Боге.

В учении никейского и постникейского православия сущностное отношение между Отцом и Сыном (в постникейский период и Св. Духом) рассматривалось как такое, в кром Сын заимствует своюousiaот Отца, в силу чего Отец и Сын уже не совсем одно и то же, а Отец подлинный источник бытия Сына. Тем не менее утверждалось, что в этом (вечном) заимствовании Сын единосущен (homoousios) Отцу, а значит, то, что есть Отец, и то, чем Он обладает, то же самое, что есть и чем обладает Сын. Т.о., согласно определению А. Робертсона, речь идет о "полном и нерушимом продолжении Бытия Отца в Сыне". Хотя такое употреблениеhomoousiosоставляет многие вопросы нерешенными, использование этого термина считалось необходимым, ибо он лучше любого другого отображал описанное в Библии отношение между Отцом и Сыном, и отображение это решительно опровергало арианское представление о Сыне как о творении, всецело отличном от Отца и имеющем свое начало.

С.A. Blasing(пер.В. Р.) Библиография:Athanasius, Defense of the Nicene Council;J. N. D. Kelly,Early Christian Doctrines; G.C. Stead,Divine Substance.

См. также: Никейский собор; Единство ипостаси.

Единство (Unity).

Это слово крайне редко встречается в Библии, однако представление о единстве, о едином народе Божьем играет чрезвычайно важную роль. В ВЗ повествуется о том, как Израиль произошел от одного отца, и, хотя впоследствии он разделился на отдельные племена, псалмопевец воспевает блаженство братского общения (Пс 132:1), а Иезекииль провидит времена, когда соединятся жезлы Израиля и Иудеи и будет "один жезл" (Иез 37:17). Единство имеет не только политический и этнический характер, ибо Авраам избран самим Богом, а Исаак дитя Божьего обетования Аврааму и чудо.

В НЗ понятие единства употребляется в более широком смысле, в соответствии с изначальным божественным обетованием. Рухнула преграда, разделявшая евреев и неевреев, греков и варваров, рабов и свободных, мужчин и женщин. Отныне существует единый народ Божий, включающий в себя людей всех наций (Еф 2:1213; Гал 3:28).

Однако это новое единство не сводится только к единству доброй воли, или общих интересов, или церковной организации. Оно говорит о предельном расширении изза максимального сжатия и сосредоточения. Это единство в одном семени (Гал 3:16), в Том, Кто пришел как истинный Господь, утешение Израиля (Лк 2:25) и второй Адам (Рим 5:1213). Прежние "язычники по плоти", к-рые некогда были "отчуждены от общества Израильского", стали едины во Христе Иисусе с бывшими иудеями (Еф 2:15). Иисус Христос основание единства Его народа.

Они едины в Иисусе Христе, Который примирил их, умерев за них и воекреснув. Еще недавно отчужденные от самих себя, от Бога и от всех прочих людей, они впервые встречаются друг с другом в Его распятом Теле, в кром их прежняя ветхая жизнь завершается смертью и уничтожается. Они примирены с Богом в одном Теле "посредством креста" (Еф2:16). "ИболюбовьХристоваобъемлетнас, рассуждающих так: еели один умер за всех, то все умерли" (2 Кор 5:14). Иисус Христос не только умер, но и воскрес, и как воскресший Он единственно истинная жизнь Его народа (Кол 3:34). Поэтому они ветречаются в Его воскресшем Теле, в кром все они единый новый человек.

Если центр этого единства Иисус Христос, то оно с необходимостью становится единством Св. Духа. Верующие имеют новую жизнь во Христе, поскольку они родились от одного Духа (Ин 3:5; Еф 4:4). Но это означает, что они братья Иисусу Христу и друг другу в одной семье Бога. У них "один Бог и Отец всех" (Еф 4:4). У них не только общее рождение, у них "должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе" (Флп 2:5). Они ведомы одним Духом, будучи устроены "в жилище Божие Духом" (Еф 2:22).

О полноте и реальности этого единства свидетельствует тот факт, что ап. Павел сравнивает Церковь с невестой Христа, имеющей с ним одно тело и один дух (ср. 1 Кор 6:17; Еф 5:30). Поэтому единство Церкви апостол называет одним телом, а всех христиан различными членами этого тела (Рим 12:4). Поскольку христиане принадлежат ко Христу через веру, то их единство есть "единство веры" (Еф 4:13). Это находит выражение в двух таинствах: подобно тому как может быть только одно крещение (Еф 4:5), должен быть один хлеб и одна чаша (ιΚοΡ 10:17).

В Библии представление о единстве неразрывно связано с народом Божьим, и вполне справедливо, что оно находит выражение в вероучении (одна Церковь) и в заботе о христианском единстве, края должна проявляться во все исторические эпохи в соответствии со словами молитвы самого Иисуса Христа (Ин 17:21). Однако для обретения подлинного единства необходимо учитывать следующее.

Вопервых, христианское единство это данный факт новой жизни, к-рый надо принять в вере во Христа. Это единство не сотворенное, гарантированное или получившее силу и влияние благодаря человеческим установлениям и организациям. Его нельзя просто приравнять к той или иной структуре Церкви, форме служения или догме. Как праведность христианина, оно обретается, прежде всего, только во Христе.

Кроме того, христианское единство не тождественно однообразию. В нем нет места разделениям, но оно их не исключает. Один Дух дает различные дары (1 Кор 12:45). В едином Теле Христовом сосуществует множество членов. Единство, укорененное во Христе, не ограничивает сферу приложения различных действий и функций и требует лишь одного иметь "те же мысли, что и во Христе Иисусе" (Флп 2:5) и руководиться одним Духом.

И наконец, единство, принятое в вере, должно выражаться в исторической жизни и действии. Здесь не должно быть никаких антиномистских уступок в разделенных или соперничающих друг с другом христианских организациях или группах. В этом смысле правильно и необходимо активно стремиться к достижению практического, а не только теоретического единства, но это следует осуществлять лишь на основании единства уже данного, как можно более полно внимая Христу и со всей готовностью подчиняясь Его Духу.