Ирина Якимова - Carere morte: Лишённые смерти

• Название: Carere morte: Лишённые смерти
• Автор: Ирина Якимова
• Жанр: Фэнтези

Carere morte — что это? Это значит: быть бессмертным, отказавшимся от смерти, лишённым смерти… Вампиром. Carere morte — господа Земли Страха, страны, возникшей и существующей, благодаря проклятию вампиризма. Её смертные жители свыклись с таким положением дел, даже охотники на вампиров не верят в возможность полного избавления от владычества carere morte. Мир Земли Страха кажется незыблемым, но появляется человек, обладающий странным Даром исцелять вампиров, — и всё меняется. Споры о Даре раскалывают и вампирскую цитадель, и оплот Ордена охотников. У Избранного — обладателя Дара, появляется защитница — вампирша, а его главной противницей оказывается ревностная охотница. Прежние противники объединяются в союзы, отчаявшиеся бросаются за помощью к злейшим врагам. Но Владыка вампиров уверен, что победа, как всегда, достанется ему…

Исправленный и окончательный вариант (по крайней мере, окончательный на ближайшие годы). По 1-му 2-му тому есть новые сцены.

---

Мира чертыхнулась: о том, что этот ход будет закрыт Орденом без особых усилий, ей следовало бы догадаться! А вампиры, наконец, заметили чужие отражения… Дикари кинулись на чужаков, и Мира приготовилась драться, но вбежавший в церковь охотник точно послал две стрелы, и твари, потеряв крылья, рухнули вниз. Один загрохотал на перевёрнутые скамьи, другому повезло меньше — он угодил в открытый колодец.

Мира заговорила. Первый раз она пробовала передать сообщение чужими устами. Получилось странно — тягуче, напевно:

— Идите к нижнему ходу, я подойду!

Охотник, хоть и недавно восхищался её умениями, вздрогнул от этого голоса.

Нижний путь к Источнику. Здесь распоряжалась Солен, и три отражения вампирши отлично подчинялись её громким командам не требуя безраздельного внимания хозяйки. Сейчас первый из трёх подземных залов был позади, они бежали коридором. Прислушавшись, уловив шум приближающейся битвы, Мира направила к ним кукол из церкви.

Второй подземный зал. Самый большой из трёх. Сегодня, наверное, самый мокрый. Здесь развернулось сражение. Вода лилась с потолка, с верхней галереи, ею были полны провалы в полу. Carere morte наступали, не обращая внимания на ожоги, которые она оставляла. Здесь были только рабы Владыки, дикари все остались выше, побоявшись боли. Мира тронула воду ладонью куклы. Да, она жгла, но вполовину не так сильно — словно была разбавлена или лишена какого-то важного компонента…

Защитников Источника было немного, не более двадцати человек, и едва Мира ступила в зал, с верхней галереи в неё полетели стрелы. Прежде чем она успела сориентироваться, два её отражения были поражены. Поднимать их было некогда, и она приказала трём другим обратиться крылатыми, надеясь, что охотники, бывшие когда-то на тренировках, вспомнят её чудовищное обличье.

Оружия здесь было в достатке — в неглубоком колодце впереди серебрился меч. Рукой последнего отражения, оставшегося в человеческом обличье, Мира быстро выдернула его из воды. Она вскрикнула, обжёгшись, и на мгновение остановилась на себе, всё также неподвижно стоящей перед церковью. Охотник, не ушедший к Источнику, защищал её и Габриель от неизвестно откуда налетевших кукол Митто.

Мира хотела кратко рассказать охотнику, что сейчас происходит у Источника, но пожалела на это времени. Габриель, поймав её взгляд, спросила:

— Как это говорила Лита? Просто: "Исцеляю?"

Вампирша не успела ответить, отвлёкшись на двух последних кукол, расчерчивающих небо широкими кругами. Новый поворот. Дикие предгорья внизу…

— Можно, я попробую позвать дикарей? — Габриель сильно ухватила её за руку, нарочно отвлекая. — Они боятся меня, но и тянутся ко мне… Можно?

Теперь ответить не успела Мира. Габриель рванулась куда-то, выпустив руку вампирши.

Мыслью Мира возвратилась в подземный зал. Охотники признали её кукол и даже организовали им защиту. Три её куклы гоняли крылатых тварей. Сосредоточившись на них, Мира скоро сорвала с чужих кукол чудовищные оболочки и добила рабов на полу. Её оставшееся на земле отражение, неловко орудуя мечом, снесло им головы.

Было мгновение ужаса, когда не отступающие carere morte оттеснили её от охотника. Их чёрные крылья замелькали перед самым лицом, закрывая весь мир, и вампирша упала на колени, схватившись за голову, чувствуя, что не удержит… не удержит все нити… Было мгновение надежды — там, в подземном зале, когда она поняла, что вампиры дрогнули и готовы отступить. Было мгновение боли, когда её куклу в небе разорвали carere morte, и Мира, возвращённая болью в своё тело, нашла себя, скорчившейся на камнях, как ребёнок в материнской утробе, как то её отражение… И было мгновение радости — когда свет от маленькой фигурки Габриель разросся и окутал стаю дикарей-вампиров, кружащих над Избранной. Их крылатые тени растворились в сиянии Дара, а вампиры попадали на землю. Те, что посильнее, поднимались, другие остались лежать, слабо шевелясь. И Мира услышала биение их сердец — уверенный, быстрый стук, она почувствовала тепло их дыхания. Эти carere morte были исцелены, а другие дикари теперь стеной встали перед Избранной, защищая её от кукол старейших…

Вскоре куклы старейших были изгнаны из подземных помещений. Дикари, вставшие на сторону охотников, точнее, на сторону Избранной, прогнали их с территории церкви Рафаэля. Но Мира знала, что радоваться рано. Её куклы, патрулирующие окрестности, разглядели вдали большой отряд carere morte. Дэви не собирался сдаваться. Всё же в битве наметилась передышка и она, устало вздохнув, отпустила кукол и пошла к Источнику. Вампирша ступала осторожно, боясь, что от малейшего сотрясения вновь рассыплется на осколки-отражения. Она не замечала ничего вокруг.

Знакомый прохладный ветер погладил лицо. Боковым зрением Мира заметила: какой-то человек быстро прошёл рядом с ней. Он куда-то торопился, прочь от старой церкви. Проходя, он коснулся её руки своей, его тёмные глаза весело блеснули. Вампирша узнала тепло его кожи и узнала его улыбку.

— Карл! — она обрадовалась, хотя к радости примешивалось удивление: как это она не разглядела его издалека? Она развернулась к нему… и увидела пустошь и город за нею. В нескольких шагах позади вампирши замер недавний знакомый — охотник. Больше никого.

"Не печалься, мышка", — шепнул знакомый прохладный ветер и унёсся прочь. Мира ошеломлённо провела ладонью по лицу, будто умывалась.

"Покров! Здесь есть Покров!" — Она хотела крикнуть это охотнику, а тот, сняв нелепую полумаску, уже шёл к ней. Он был серьёзен и собран. Отчуждён. И Мира промолчала.

— Пора мне представиться вам, леди. Вы меня слышите? — Мира кивнула. — Я — Давид Гесси.

— Давид?

— Вы должны были знать моего младшего брата, Даниеля.

Мира впервые как следует пригляделась к нему. Да, пожалуй, Гесси. Выше Даниеля и волосы не такие тёмные — в рыжину, но те же синие глаза.

— Вы не похожи на Гесси, — всё же заметила она. — Где презрение к вампирам?

— Меня не готовили к пути охотника с детства. Я прошёл посвящение в Карде несколько лет назад, а сегодня приехал в столицу в связи со смертью брата и… — он осёкся. — Мира, вы почувствовали сейчас границу Покрова, не так ли?

— Да. Как вы…

"Узнали" — она не договорила. Охотник указал вверх, в туманное небо. Дикари, то ли сражавшиеся, то ли просто игравшие с немногими оставшимися куклами, теперь избегали пролетать над церковью и рядом с нею, а один, оказавшийся внутри купола в момент его восстановления, упал на землю без чувств.

— Карл восстановил Покров! Как хорошо…

— Нет, леди Вако, — Гесси покачал головой. — Покров восстановили вы.

— Что?!

— Идёмте к охотникам, скорее. У нас мало времени.

Он схватил её за руку — Мира ждала, что хватка будет злой и цепкой, но нет — его рука была мягкой, прикосновение — вежливым, и она успокоилась. Охотник увлёк её за собой. Они быстро пошли, потом побежали.

Клочья тумана в небе обретали чёткость и форму — новые твари с перепончатыми крыльями…

Глава 41 Цитадель

Оказывается, подобное уже случалось, в самом начале Ордена. Когда Лоренс Гесси, первый глава охотников умер, последователи долго не могли выбрать нового главу. Конечно, кандидатов было много, но никому строптивый Покров не дался в руки. Часть главы в нём оставалась зияющей пустотой целых два месяца, а потом… Среди новичков появился сын Лоренса, Константин. Едва он переступил порог Академии, над зданием сверкнул серебристый купол Защиты, приветствуя нового главу — охотникам осталось лишь признать юношу им. Лоренс отдал сыну свою часть в Покрове перед смертью. Старик понимал: никто, кроме Гесси, верных всем своим клятвам, не защитит молодой Орден от интриг родов Арденса и Асседи, сцепившихся в борьбе за власть. Говорят, чтобы передать Покров сыну, Лоренсу пришлось отречься от всего, чем он жил, от самой жизни… но, главное — его действие возымело эффект: при Константине Орден укрепился в Доне. — Это торопливо рассказывал Давид, пока они шли к Источнику. Мира слушала краем уха. Она собрала всех своих рабов и отправила их в небо над церковью. Куклы Дэви были совсем близко.

Избранная убеждала в чём-то дикарей. И Мира понимала, почему лица вампиров так изменились, почему они слушаются незнакомую маленькую девчушку… Габриель была солнцем, особенным солнцем ночи — не смертельно жгучим, лишь тёплым. Свет окрепшего Дара пронизывал всё вокруг, он проникал в холодные сердца вампиров и пробуждал их. Мира вспоминала далёкую ночь в Призрачном парке, вспоминала Хрустальный вальс Бала Карды и только молила это солнышко: не гасни, не уходи…

"Ты так нам нужно сейчас!"

Послушные дикари поднялись к куклам Миры… Ай да Габриель! А они с Давидом подходили к нижнему ходу. Навстречу им вышел Бовенс.

— Скорее, — с тревогой сказал он. — Всё уже готово.