Ирина Якимова - Carere morte: Лишённые смерти

• Название: Carere morte: Лишённые смерти
• Автор: Ирина Якимова
• Жанр: Фэнтези

Carere morte — что это? Это значит: быть бессмертным, отказавшимся от смерти, лишённым смерти… Вампиром. Carere morte — господа Земли Страха, страны, возникшей и существующей, благодаря проклятию вампиризма. Её смертные жители свыклись с таким положением дел, даже охотники на вампиров не верят в возможность полного избавления от владычества carere morte. Мир Земли Страха кажется незыблемым, но появляется человек, обладающий странным Даром исцелять вампиров, — и всё меняется. Споры о Даре раскалывают и вампирскую цитадель, и оплот Ордена охотников. У Избранного — обладателя Дара, появляется защитница — вампирша, а его главной противницей оказывается ревностная охотница. Прежние противники объединяются в союзы, отчаявшиеся бросаются за помощью к злейшим врагам. Но Владыка вампиров уверен, что победа, как всегда, достанется ему…

Исправленный и окончательный вариант (по крайней мере, окончательный на ближайшие годы). По 1-му 2-му тому есть новые сцены.

---

Вампир склонялся над убитым охотником, слизывал с ран последнюю вылившуюся кровь, беззвучно шептал что-то, смаковал, долго задерживая на языке. Он не заметил ещё одной тени у себя за спиной. Солен, уже привычно, небрежно взмахнув мечом, с одного удара отрубила ему голову.

— Мы не проедем тут, — сказал подошедший охотник, до сих пор сохраняющий больше всех самообладания. — И леди Габриель говорит, здесь скоро будут вампиры. Много carere morte… В Термине после ночи Большой Охоты они всегда забирали убитых. Им нужны новые рабы. Много новых кукол.

— Габриель? Где она?

— Я здесь, — прошептала Избранная и коснулась руки вампирши. Это прикосновение отозвалось болью, как от сотен крохотных иголочек. — Я немного разобралась. Сюда летит небольшая группа вампиров. Их много в Центре и много на западе. Но основная часть торопится далеко на восток, за город, похоже, к церкви Рафаэля.

— Источник! — вместе прошептали Мира и Солен, и вампирша обхватила плечи руками, точно мёрзла. Всё плохо. Она не думала, что всё будет так плохо! Что же делать? Чем она может помочь умирающей столице, погибающему Ордену? Долго Мира вглядывалась в камни мостовой, и ей казалось, что перед ней пропасть и тьма — как в ночь обращения. В голове звенело странно далёкое эхо: "Много-много новых кукол", и вампирша думала: странно, что она не пришла к этому решению раньше…

— Я буду сражаться с carere morte их же оружием, — сказала она и темно, отчаянно поглядела на нового знакомого. — Уезжайте все, я не хочу, чтобы кто-то это видел.

Мира выбрала первого мертвеца — женщину такого же роста и телосложения, замотала ей голову шалью, оставив узкую щель для глаз. Спутники не уходили, и у вампирши не было силы и решимости гнать их. Может, кто-то другой остановил бы её сейчас, но эти люди молчали. Она чувствовала одобрение Солен и приятие — мужчины-охотника.

Ей остался один шаг. Как и всякий последний шаг — страшный своей простотой. Мира замерла перед ним. К смелому прыжку в бездну она оказалась не готова. Не сумев оттолкнуться и на мгновение взлететь, она висела в пустоте над пропастью и не могла заставить себя разжать руки — такие слабые всегда, а сейчас нечеловечески цепкие. Она чувствовала ожидание и скрываемое любопытство спутников.

"Сражаться с ними их же оружием", — снова подумала она, зубами разрывая вены на своём запястье. Потом она отыскала резаную рану на груди мёртвой и влила в неё свою кровь.

Перед её мысленным взором встала церковь Рафаэля — последнее убежище Ордена, атакуемое вампирами. Она подумала о Карле, о Даниеле, о Тони и Диане, о тех, кто ещё мог быть жив…

"Я иду!"

Она бездумно закрыла глаза и разжала руки…

Когда вампирша вновь собралась с мыслями, то поняла, что смотрится в зеркало. Женщина в зеркале над ней была худа и бледна, резкими, тонкими штрихами было дано её лицо, огромные, тёмные от расширенных зрачков глаза глядели пристально, болезненно-сосредоточенно… слегка безумно. Тускло-чёрное платье терялось, размывалось в тускло-чёрном небе. Мира сорвала с лица мешающую смотреть ткань, прищурилась, желая разглядеть детали, и ей явилась другая, лежащая на земле, — другой, мягкий овал лица, другие, пустые глаза… Мира отшатнулась и в тот же миг раздвоилась. Она хотела сосредоточиться на одной половинке, а потеряла власть над обеими. Потеряла себя. Она не чувствовала ни своего тела, ни тела куклы. А другая "она" шевельнулась, поднялась, излишне резко выпрямилась над Мирой, упавшей, беззвучно кричащей в ужасе…

"За спиной… Просто встань у неё за спиной…" — успел посоветовать слабеющий рассудок.

Мира послушалась. Она закрыла глаза. Закрыла глаза кукле. Осторожно встала и, всё не открывая глаз, сделала два шага вперёд и чуть влево, рассчитывая очутиться за спиной куклы, но задела её плечом. Содрогнувшись от страннейшего ощущения двойного прикосновения, она чуть было не бросила всё… но вместо этого сделала ещё шаг. Повернулась, вскинула голову, чтобы глядеть над головой куклы. Открыла глаза.

По крайней мере, теперь она не видела своего отражения в чужих глазах… Перед ней, в рамке из черепичных крыш, мерцали звёзды. Сейчас вампирша почувствовала, сколько сил отняла одна минута раздвоения — закружилась голова, ослабели ноги. Мира опустилась на мостовую и отпустила куклу. Та мешком сползла на камни рядом.

Отдохнув с минуту, Мира попробовала снова. И сейчас, прежде чем поднять куклу, она сперва изучила чужое тело, ставшее её продолжением. Оно оказалось тёмным, приемлемо пустым и совсем замёрзшим. Конечности с трудом поворачивались в тугих суставах. Зрение нечёткое, глаза словно залиты мутной водой. Мира боялась наплыва чужих эмоций и воспоминаний, но этого не было. Быстро освоившись после первой заминки, вампирша перешла к следующему мертвецу.

Восемь кукол. Мира полагала, что сил хватит и на девятую, но что-то в ней противилось этому. Она разделила своё крылатое обличье на всех восьмерых, подняла их в воздух, закружила над улицей.

— Мира Вако! — прошептал охотник у неё за спиной. — Не узнал вас! Вы не похожи на carere morte. Я… — его голос утонул в шелесте тонких крыльев кукол: Мира приказала им спуститься и закружиться воронкой вокруг хозяйки, потом снова бросила вверх.

— Получается, вы управляете ими своей кровью? — заинтересованно спросила Габриель. — Как необычно.

— Дадим вампирам первый бой здесь, — звала Солен, но Мира заметила:

— Я не уверена, что меня хватит надолго. К церкви Рафаэля, немедленно.

Она удивилась тому, как ровно, монотонно, бездушно прозвучал её голос, в ушах отразившийся восьмикратным эхом. Ей пришлось согласиться с поддержкой охотника, чтобы дойти до экипажа. Неопытный кукловод, она сама была куклой в его руках. Восьмикратно отразившаяся, она плыла над городом, кружилась в вихре хороводом из восьми теней. Её тревожил восьмикратно возросший голод. Пока только дразнил, но…

— Как можно быстрее, — спокойно попросила она спутников.

Дорога шла в гору, глазами летящей стаи Мира уже видела далеко впереди белую церковь — жемчужину в оправе из грубых камней. Каменистые холмы — предгорья, стёртые временем, где она стояла, казались по-древнему дикими — в трёх шагах от столицы! Они приближались, и Мира начала замечать в небе чужих рабов. Ими управляло несколько хозяев, и в суматохе они пропустили и её кукол, и экипаж, приняв за подмогу. В одном из хозяев Мира узнала Митто, он её — нет, и всё же там, на земле, она поспешила укрыться от него, хотя в закрытой карете в этом не было необходимости. Она сгорбилась, постаралась спрятаться за светлой нарядной занавесью…

— Здесь три кукловода, — шёпотом сообщила она Солен. — И дикари. Хм… странно: чем Дэви мог их увлечь?

Скоро им пришлось оставить экипаж. Последние полмили они бежали. Показалась церковь Рафаэля. Похожая на церковь Микаэля в Карде как сестра, но кажущаяся выше, стройнее, даже притом, что не стояла на искусственном возвышении и была окружена садом. Под стенами здания Мира, к своей большой радости, не увидела разъярённой толпы. Только знакомые твари с перепончатыми крыльями кружили в облаках, редкими стрелами прорезали голый зимний сад, мелькали за узкими окнами.

— Они уже внутри, — заметила Габриель.

— Держи меня за руку, не отпускай, — Мира тут же поморщилась от боли прикосновения Избранной.

Вампирша помнила, что к Источнику ведут два хода. Она направила трёх кукол к нижнему, в глубине сада. С ними ушла Солен. Ещё три, послушные её воле, просочились в окна здания. Оставшихся двух хозяйка отправила патрулировать небо над церковью.

Церковь. Мира на мгновение опешила. На пути сюда, пока её куклы летели тесной группой, она радовалась открывшейся ей непривычно широкой панораме. Сейчас картина, видимая одновременно из трёх углов, ошеломила Миру. Она стиснула чьи-то пальцы… Оказалось, мужчины-охотника.

Тогда она стала распределять внимание понемногу, поочерёдно беря то одну, то другую куклу, не выпуская в то же время остальных из поля своей воли, и ей начали являться чёткие картинки происходящего. Церковь Рафаэля была подготовлена к битвам лучше, чем Академия, хотя и в прежние времена carere morte, желающих взглянуть на источник единственной опасной для них воды, не находилось. Разрушения здесь ограничивались разбитыми витражами над алтарём и сломанными перевёрнутыми скамьями. Под сводами церкви носилось множество крылатых тварей. Они сражались между собой: куклы Владыки против дикарей. Спускаться вниз никто не рисковал. На залитом на полпальца полу ещё шевелились изуродованные тела потерявших звериное обличье carere morte, пойманных ловушками здания или растерзанных собратьями. Их кожа местами была сожжена водой до костей. Вода поднималась из большого четырёхугольного отверстия в полу. Верхний путь к Источнику был полностью затоплен.