Лаврентий Берия - За нефть и хлопок

• Название: За нефть и хлопок
• Автор: Лаврентий Берия
• Издательство: Партиздат
• Жанр: Государство
• Год: 1933

Лаврентий Павлович Берия — советский государственный и политический деятель, Генеральный комиссар госбезопасности, Маршал Советского Союза.

В данной брошюре приведены речи и статьи Л. П. Берия за 1933 год, в бытность его секретарем ЗКК ВКБ(б).

Материалы, собранные воедино и представленные в данном издании, позволяют ознакомиться с методами работы и стилем руководства выдающегося партийного руководителя и хозяйственного деятеля Сталинской эпохи.

---

То же утверждает и другой инженер Ленинского промысла:

«Наварка долотьев для бурения твердыми сплавами, — говорит он, — проводится в различных районах различными методами. Применяются способ Рощина, способ АзНИИ, Дуэля, Краснощекина и т. п. В результате — неэкономное расходование твердых сплавов, отрицательное влияние на качество работ по бурению, увеличение времени проходки, ряд аварий с долотьями и т. д. Вместо этого надо было ввести по всем районам единый, проверенный и наиболее целесообразный способ, что является прямой обязанностью промыслового управления».

Характерно, что на бюро БК АКП(б) ни разу не заслушивался доклад Азнефти о работе Центрального промыслового управления, как одного из основных отделов Азнефти.

Кто виноват в этом? Прежде всего виноваты районы, которые в 1932 году решили, что мы «сами с усами», и потому обращаться к промысловому управлению нет особой надобности. С другой стороны, виновато само промысловое управление, не сумевшее добиться должного авторитета. В этом ему иногда помогало и руководство Азнефти, зачастую обходившее промысловое управление. Я говорил на эту тему с тов. Бариновым, и он вполне согласен со мной. Промысловое управление не может быть органом только регистрирующим или же только снабжающим оборудованием и материалами. Промысловое управление должно быть, повторяю, оперативным контролирующим штабом, должно по-настоящему руководить районами. Обходить его нельзя. За последнее время тов. Баринов взялся за это дело, но пока что промысловое управление выглядит именно так, как я вам его описал.

Возьмем другой пример: как построен руководящий аппарат геологоразведочной работы? Оказывается, в Азнефти нет общего руководства всеми геологическими работами. Есть геолого-разведочная контора, возглавляемая выступавшим сегодня молодым, способным инженером тов. Никитиным, который непосредственно подчинен тов. Баринову. Контора ведет разведки на новых площадях. Дела у нее идут неплохо. Кроме того, существует геологическое бюро, возглавляемое тоже молодым и способным геологом тов. Кремсом, который, находясь в системе промыслового управления, подчинен тов. Крылову и ведет работу на старых площадях.

Особо тесной связи между конторой и бюро нет. Работы друг друга они не знают и координировать не могут. Одному уделяется больше внимания, другому меньше. В результате наблюдаются такие казусы. О них можно было бы и не говорить, как о мелочи, но они достаточно характерны. Геологическое бюро ежедекадно собирает совещания бюро геологов. Казалось бы, что подобного рода совещания в виду очевидной важности обмена мнений участников на них должны были бы стенографироваться. Между тем финансовое управление сделало замечание Кремсу за выплату стенографистке в феврале текущего года 80 руб. Стенографистка ныне снята. Из сметы, поданной Кремсом на содержание геологического бюро в 250.000 руб. — примерно, стоимость одной буровой, — было вычеркнуто почти все, кроме зарплаты: 50.000 р. на издание трудов, 20.000 рублей на научно-исследовательскую работу, 1.100 руб. на выписку специальной литературы и т. д. Около года тянули с разрешением на выдачу 7.000 руб. специально на издание геологических разрезов для промыслов. Лишь по личному распоряжению тов. Баринова отпустили как эти деньги, так и деньги на литературу.

О чем говорят эти факты? Они говорят о совершенно недостаточном внимании, которое уделяется столь важной отрасли работы Азнефти, как разведка на старых площадях. А это произошло из-за того, что геологическое бюро организационно построено неправильно.

Возьмем еще один пример структурной неувязки непосредственно на промысле: наличие автономных организаций в районе.

На территории промысла на договорных началах ведут работы: Электроток, управление промысловыми дорогами, строительная контора, дорожный отдел и утилизация. Если взаимная работа с Электротоком и УПД не вызывает особых недоразумений, то этого нельзя сказать про остальные три организации. Строительная контора ведет вышечное строительство и ряд других построек. С вышками у промыслов постоянные неполадки: опоздание с постройкой, невыполнение требования промысла и проч. Промысел «жалуется» тов. Баринову. Тов. Баринов назначает комиссию для проверки, так как стройконтора «опровергает» заявления промысла. В результате волокита и простой. По словам некоторых районных работников, строительная контора — «готовая об'ективная причина» для промысла в случае невыполнения плана. Такие же неувязки и с дорожным отделом, в виду чего, например, Сталинский промысел на 2-й квартал договоров с дорожным отделом не заключал. Неполадки и в утилизационном цехе. Были случаи, когда утилизация продавала промыслу части, «найденные» на том же самом промысле. Между тем, работу по сбору утиля с успехом может проводить сам промысел по плану и под контролем центрального управления.

Мы ликвидировали организационные неувязки в «тридцатках» по эксплоатации, но такие же неполадки имеются и в цехах по бурению. Вот что говорит об этом старший геолог Сталинского района тов. Листенгартен:

«Большинство аварий происходит из-за нечеткой организации, невнимательности, отсутствия технической грамотности у людей, ведущих бурение. Безусловно необходимо, в первую очередь, реорганизовать цехи бурения, ликвидировать распыление сил по многочисленным маленьким группкам, т. е. надо ликвидировать „тридцатки“ бурения. Существующая схема должна быть отменена. Квалифицированные люди должны быть приближены к буровой, должны отвечать за работу буровой без промежуточных инстанций. Секторы нужно ликвидировать, а группы сильно укрупнить — до 15–20 буровых. Этим самым мы получим усиление технического руководства на группах, и этот технический персонал будет ведать непосредственно скважинами. Группы без всяких промежуточных инстанций будут подчиняться непосредственно управляющему цехом или его заместителю».

Я об этом говорил тов. Баринову, и он согласился с правильностью такой реорганизации.

Несомненно, организационные неувязки, подобные описанным мною; имеются и в других отделах и частях Азнефти. Я не предрешаю вопроса о том, какова должна быть новая структура Азнефти и каких частей и отделов должна коснуться реорганизация. Одно совершенно ясно: необходимо тщательно просмотреть и обсудить организационное построение Азнефти, с привлечением к этому делу широкой рабочей и инженерно-технической общественности, всех заинтересованных товарищей и добиться такой организации руководства и управления, которое бы максимально помогало выполнению плана, тем более, что еще в решениях ЦК ВКП(б) от 31 октября 1931 года было записано о медлительности Азнефти в перестройке своей работы и бюрократическом централизме.

В организации Азнефти должно быть больше гибкости, больше четкости. Ошибается тот, кто думает, что можно один раз реорганизоваться и затем ждать целые годы. Надо постоянно в процессе работы вносить те или иные изменения и коррективы, подсказываемые самой жизнью. В этом вопросе многое уже сделано, многое делается, но и многое еще недоделано. Однако, предупреждаю, что к разрешению этого вопроса надо подойти с сугубой осторожностью, чтобы необдуманными решениями не повредить делу, как это было при организации «тридцаток» в эксплоатации. Следует, по-моему, об этом записать и в резолюции, которая вами здесь будет принята.

УЛУЧШИТЬ СИСТЕМУ РУКОВОДСТВА ВО ВСЕХ ЗВЕНЬЯХ.

Улучшение организационного построения Азнефти, несомненно, приведет и к улучшению системы руководства во всех звеньях Азнефти. А ведь здесь на целом ряде участков все еще продолжает господствовать система руководства «в общем и целом»: нет конкретности, нет гибкости, нет четкости, нет повседневного оперативного контроля исполнения.

Возьмите, например, Локбатан. Заведывающим там сидит тов. Караев, как говорят, способный парень, но он одновременно совмещает руководство и бурением и эксплоатацией. Бурению уделяет внимания меньше, чем эксплоатации, добиваясь повышения добычи. Был случай снятия им рабочих с буровой и перевода их на эксплоатацию. На Ленинском промысле среди администрации нет четкости в распределении конкретных участков работы. В связи с этим ряд работ дублируется. Например, эксплоатацией скважин занимаются и Соловьев, и Войтехов, и Гейман.

Или бывает так: если в какой-нибудь буровой производится ответственная работа, то к ней стекается вся администрация промысла и цеха, человек 10–11. В результате — толчея и суета, отдача противоречивых указаний, в то время как для производства нормальной работы требуется присутствие 2–3 человек.

Когда я и тов. Рубен были в Баку, мы говорили директорам промыслов, что они должны ежедневно отчитываться в своей работе перед тов. Бариновым, хотя бы по телефону. Тов. Баринов должен находиться в курсе хода работ, так как иначе руководить невозможно. Если звонят по телефону, что такая-то, например, буровая снизила проходку или такая-то скважина недодает нефти, то нужно на другой же день спуститься вниз, проверить по хозяйственной линии, что произошло, чем можно помочь, что нужно сделать. То же самое нужно сделать и по партийной линии, проверяя авангардную роль каждого большевика и выявляя причины промахов. Это будет подлинное конкретное руководство.