Виктор Венский - Правоохранительные и судебные системы глазами рецидивиста

• Название: Правоохранительные и судебные системы глазами рецидивиста
• Автор: Виктор Венский
• Жанр: Государство
• Год: 2010

Читатели знакомы с моими книгами, рассказывающими о последних достижениях науки и об исследовании территории непознанного — человеческой психики и в целом возможностей Человека.

Но видимо Судьба всегда пытается достичь равновесия между Небом и Землей, между Богом и Дьяволом. Видимо поэтому я вынужден был погрузиться в самые обыденные вещи, на самое дно нашей цивилизации, — там, где обитают преступники и приравненные к ним люди.

И этот опыт позволил мне понять, почему в народе всегда складывались былины и сказки про удалых разбойников, про людей, которые выступали против давления общества, против его абсолютного диктата и несправедливости жизни, навязываемой нам нашими правителями.

---

Возникает естественное сомнение в конституционности положений ч.1 ст. 17 УПК РФ.

16) Согласно ст. 17 ч.2 «Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы».

На деле это требование закона никогда не выполняется. Например, в нашем случае, заключения экспертов, не смотря на то, что они носят вероятностный характер, в части даты получения повреждений, в части диагнозов «дисторсия» и «ушиб» и в части более 21 дня излечения, — фактически признаны и следствием и судом «доказательством, имеющим заранее установленную силу», поскольку наши попытки опровергнуть это заключение были просто отвергнуты. Хотя как раз это заключение должно быть отвергнуто судом и следствием на основании ст. 14 ч.4 УПК РФ.

Не говоря уже о том, что суд официально узаконил «заранее установленную силу» для судебных решений, вступивших в силу. И если человек один раз несправедливо осужден, как в моем случае, то второе несправедливое осуждение его ждет с еще большей вероятностью, чем первое. Это решение законодателя в корне противоречит ст.17 ч.2 УПК РФ.

17) Согласно ст.21 ч.2 «В каждом случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают предусмотренные настоящим Кодексом меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления».

Согласно ст.29 ч.4 «Если при судебном рассмотрении уголовного дела будут выявлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия или при рассмотрении уголовного дела нижестоящим судом, то суд вправе вынести частное определение или постановление, в котором обращается внимание соответствующих организаций и должностных лиц на данные обстоятельства и факты нарушений закона, требующие принятия необходимых мер. Суд вправе вынести частное определение или постановление и в других случаях, если признает это необходимым». В нашем случае мы имеем очевидные признаки преступлений, совершенных свидетелями по данному делу, в ходе тех событий, по которым они «свидетельствуют» в данном судебном разбирательстве:

— Дача заведомо ложных показаний свидетеля по данному делу — Вайнер;

— Незаконное участие в исполнительном производстве, события которого разбираются в данном уголовном деле, пристава Тимченко. Незаконное ее нахождение в нашей квартире;

— Сговор свидетелей в лжесвидетельстве.

Однако, несмотря на эти очевидные преступления, ни следователи, ни прокуратура не только сами не завели уголовные дела, как того требует закон, но и никак не отреагировали на наши заявления. Утверждая, что для Вайнер истек срок давности. А по поводу Тимченко нас просто припугнули, что если мы и дальше будем настаивать, то нас посадят, а не её. Судья также оставил данные факты без рассмотрения. О какой тут законности речь?!

18) Согласно ст.24 ч.1 «Уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по следующим основаниям:

1) отсутствие события преступления;

2) отсутствие в деянии состава преступления».

Согласно ст. 27 ч.1 «Уголовное преследование в отношении подозреваемого или обвиняемого прекращается по следующим основаниям:

1) непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления;

2) прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1–6 части первой статьи 24 настоящего Кодекса

Мы неоднократно в ходе досудебного разбирательства пытались законными способами прекратить данное уголовное дело. Однако нам либо не отвечали на соответствующие ходатайства либо отказывали без рассмотрения наших аргументов, без предоставления своих аргументов в пользу отказа. Я считаю такое поведение следствия и прокуратуры незаконным и необоснованным. Жалобы в прокуратуру ни к чему не привели, поскольку они регулярно возвращались в следственный отдел РОВД (собственно тому, на кого мы жаловались), который писал, что «повода для жалобы не видит».

В судебном разбирательстве мы также неоднократно указывали на отсутствие события преступления и на отсутствие состава преступления, предусмотренных «г» ч.2 ст. 112 УК РФ.

Обосновываю свою позицию следующими фактами, исследованными в том числе и судом:

1) Совместность «деяний» обвиняемых не имела места (не применимость п. «г» обвинения).

2) Длительность излечения «потерпевшей» составляет меньше 21 дня (не

применимость ст.112 УК РФ — нет признаков «средней тяжести»).

3) Умысла, исходя из материалов дела, в действиях подсудимых не усматривается (не применимость ст.112 УК РФ).

4) Травма (дисторсия) не доказана объективными данными и, кроме этого, не может быть однозначно соотнесена с датой разбираемых в суде событий.

5) Все доказательства, полученные следствием (дознанием) УВД не имеют законной силы, в силу существенных нарушений УПК РФ, допущенных следствием, согласно ч.3 ст.7 УПК РФ.

6) Показания свидетелей обвинения являются необъективными, недостоверными и заинтересованными.

Судья, имея эти данные, должна была прекратить данное уголовное дело, что почему-то не произошло и не происходит.

19) Согласно ст. 41 ч.4 «Указания прокурора, данные в соответствии с настоящим Кодексом, обязательны для дознавателя. При этом дознаватель вправе обжаловать указания начальника органа дознания прокурору, а указания прокурора — вышестоящему прокурору. Обжалование данных указаний не приостанавливает их исполнения».

Зампрокурора Лаухин дал распоряжение дознавателю провести комиссионную экспертизу. Однако это было не выполнено, поскольку комиссию возглавляла та же самая эксперт, заключение которой Лаухин подверг сомнению. Естественно, что выводы эта комиссия получила фактически те же самые, но ни Лаухин не обратил на это внимание, ни начальник отдела дознания, хотя мы им об этом неоднократно сообщали.

Т.е., полученная экспертиза 2889Д, несмотря на то, что как и раньше, по утверждению прокурора, она «не позволяла классифицировать действия обвиняемых», так и теперь не позволяет, — никому до этого дела нет. Все выполнили формально свои функции и довольны, а что из этого вышло, как всегда никто не анализировал, и никто за это не отвечает. Хотя согласно ст.37 прокурор должен был проверить выполнение его распоряжения и принять соответствующие меры. Этого не произошло. Суд этому не дал своей оценки.

20) Согласно ст. 46 ч.4 «Подозреваемый вправе:

4) представлять доказательства;

5) заявлять ходатайства и отводы».

Согласно ст. 7 ч.4. «Определения дознавателя должны быть законными, обоснованными и мотивированными».

Т.е., дознаватель должен был рассмотреть все наши ходатайства и дать на них обоснованный и мотивированный ответ. Этого не произошло. Большая часть наших ходатайств осталась просто без ответа, а на часть мы получили отписки, в которых и нет намека на обоснование. Например, дознаватель должен был удовлетворить наше заявление об осмотре места происшествия, о возобновлении очной ставки с Тимченко и т. д. Этого не произошло.

21) Согласно ст. 47 ч.4 «Обвиняемый вправе:

3) возражать против обвинения

4) представлять доказательства;

5) заявлять ходатайства и отводы;

14) приносить жалобы на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда и принимать участие в их рассмотрении судом;

17) знакомиться с протоколом судебного заседания и подавать на него замечания; 21) защищаться иными средствами и способами, не запрещенными настоящим Кодексом». Все эти права остаются на бумаге, поскольку суд их не выполняет:

— Мои возражения суд не считает возражением, а относит их к категории «вмешательство в судопроизводство» и просто заставляет замолчать, угрожая приставом или удалением из зала;

— Наши доказательства суд не намерен рассматривать, видимо именно потому, что дело тогда надо будет прекращать за невиновностью;

— Когда я заявляю ходатайства, то чувствую себя как «ходок с голодного Поволжья на приеме у Дзержинского». Мало того, что суд не намерен вникать в мои ходатайства, исследовать их по существу, так он еще и отказывается даже прилагать их к материалам дела. Суд, кроме того, произвольно определяет время, когда ему можно подавать ходатайство, а когда нет, хотя закон (ст.120 УПК РФ) не предусматривает такого ущемления моих прав;

— Приношу я и жалобы на судью ему же и что — когда-нибудь судьи в такой ситуации признавали себя виновными?! Пожаловался председателю Заельцовского суда на явное нарушение закона, тот также отмахнулся — мол не имею права вмешиваться в ход судебного заседания. По всему получается, что судья «царь и бог» и право обжаловать его «мелкие» незаконные решения у меня просто нет: только обжалование приговора и только по формальным признакам.