Джозеф Д’Лейси - DARKER: Рассказы (2011-2015)

• Название: DARKER: Рассказы (2011-2015)
• Автор: Джозеф Д’Лейси
• Жанр: Русская классическая проза
• Год: 2015

DARKER — российский литературный онлайн-журнал (вебзин) посвященный «темному» фэнтези, мистике, литературе ужасов и хоррор-культуре в целом. Создан в 2011 году на основе pdf-журнала «ТЬМА». Выходит с периодичностью раз в месяц. Публикует жанровые рецензии, статьи, обзоры, а также рассказы и повести отечественных и зарубежных авторов.

В данный сборник вошли избранные рассказы зарубежных и отечественных авторов (от классиков до современных), опубликованные в онлайн-журнале «DARKER» в течение 2011–2015 года.

Многие произведения публикуются на русском впервые.

*Внимание! Присутствуют произведения категории 18+.

Сайт онлайн-журнала: http://darkermagazine.ru/

[Электронное издание, 2015]

---

Содержимое желудка разъедало мой пищевод.

— Знаешь, странная штука вышла. Какой-то баран с верхов случайно их выпустил. То ли с документами напутали, то ли еще какая-то фигня. Начальство рвет и мечет. Охренеть просто, а?

— Ага, — отозвался я актерским тоном. Так я реагировал, когда мозги буксовали, а ситуация требовала вежливого ответа. Крус и Харт о чем-то спорили и не слышали моих слов. А я и не собирался их просвещать — ей-богу, да они тут же начнут спорить, не стоит ли развернуться и рвануть обратно в Канаду. В любой момент нам могли позвонить из конторы и сообщить те же вести; наверное, пытались уже не первый час — Харт ненавидел мобильники и свой, как правило, держал в бардачке.

В трубке зачирикали помехи.

— …перезвонить тебе. Проверяй автоответчик. Не поверишь, я обедал с чувихой, которая работала секретаршей у Джонни Карсона. И она сказала, что ее лучшая подруга живет с одним тузом, который просто тащится от того, как ты сыграл в «Клэнси и Спот». Тащится! Я попросил девку, чтоб сболтнула об этой твоей охоте за головами — может, что и выйдет.

— М-м-м, спасибо, Роб. А что за туз?

— Дай-ка припомню… э, Гарри Бьюфорд. Помнишь такого? Проворачивал сделки для «Альфа Тим», ну и еще кое-что. Четкий чувак. И тащится от тебя!

— Гарри Бьюфорд? Это который похож на Человека-слона, только старше и жирнее, одевается в пастельные тона и половину времени проводит в Мексике, ибо уважает малолеток-чикано? Тот, что написал какую-то там обличаловку о Голливуде и словил себе волчий билет? Ты о нем?

— Ну да. Но он до сих пор держит нос по ветру. И он от тебя…

— …тащится. Понял. Передай своей подружке, что как-нибудь пообедаем все вместе, ну или типа того.

— Ну а вообще, как ты там с гориллами этими?

— Э-э, отлично. Хотим вот заехать на Майма-Маундс.

— Чего? Вы там в натуралисты заделались?

— Это Крус предложил.

— Майма-Маундс. Вау. Даже и не слышал. Могильники, что ли?

— Да вроде бы земляные бугры. Их по всему миру полно — в Норвегии, Южной Америке, в Вашингтоне на востоке, уж не знаю где еще. Потерял буклет.

— Круто. — На какое-то время повисла тишина. — И твои дружки хотят поглядеть на эти, как их…

— Ледниковые отложения.

— Так они вместо стрип-клуба хотят поглазеть на какие-то там камушки? Ты серьезно?

— Ну, это, да.

Мне сразу представилось, как Роб сидит с ногами на столике у себя в патио, пялится на свои шлепки и помешивает лед в роме с колой, пытаясь осмыслить услышанное.

— Ну тогда оттянитесь там по полной.

— Можно попросить тебя об услуге?

— Да, брат. Валяй.

— Зайди в сеть и поищи там «икс-гаплотип». Прямо сейчас, если время есть.

— Икс-что?

Я проговорил слово по буквам и добавил:

— Перезвони, ладно? Если буду недоступен, надиктуй на голосовую почту.

— С удовольствием. — Он замолчал, только ручка скрипела по бумаге. — Это типа лекарства новые, или?..

— Или, скорее всего.

— Угу. Ну ладно, я рад, что канадцы не стали тебя делать почетным гражданином. Жду не дождусь услышать все из первых уст.

— А я все вывалить. Сигнал пропадает, отключаюсь.

Он сказал: не беспокойся, брат, и связь оборвалась. Мне все равно было беспокойно.

4

И вправду, чуть позже у Харта зазвонил телефон, заставив того разразиться потоком однообразной брани и размолотить кулачищем приборную панель. Он все еще кипел, когда мы заехали в Поджер-Рок заправиться и уточнить дорогу. Крус, в то же время, воспринял новости о «досрочном освобождении» Рассела Пирса с бесстрастностью дзен-буддиста, нисколько ему не свойственной.

— Ну и пофиг. Давайте выпьем, — таков был официальный комментарий.

Поджер-Рок располагался в лощине милях в пятнадцати к югу от столицы штата, Олимпии. Впечатляться тут было нечем: всего-то с дюжину дряхлых, запущенных зданий, выстроившихся вдоль мелкой речки, повсюду знаки с запретом на стрельбу. Все кругом шелушилось, ржавело и разваливалось, устремляясь к центру Земли. Только начальная школа выбивалась из общей картины: утопическая постройка из кирпича и черепицы, стоящая чуть поодаль и на возвышенности; сквозь заросли ольхи и кизилового дерева виднелась свежая краска. Как будто приземлились инопланетяне и оставили по себе монумент.

Крус залил бак на семейной заправке с допотопными колонками, которые выдавливали из себя топливо целую вечность. Я купил вяленой говядины и пакет молока с истекшим сроком годности, чтобы успокоить свои бурлящие внутренности. За прилавком стояла женщина с желтоватыми волосами и нагрудным значком, на котором красовалась размытая фотография младенца в слюнявчике. Она барабанила по клавишам с нервной улыбкой, яростно пыхая сигаретой. Меня не узнала, слава Богу.

Зазвенел дверной колокольчик, и в магазин ввалился Крус. Его взгляд метался по помещению, рубашка прилипла к телу, словно ее обладателя облили из шланга. Он протиснулся мимо меня, оставляя за собой запах подмышек и дешевого одеколона, буркнул что-то кассирше и всучил ей кредитную карточку.

На улице мне пришлось прикрыть глаза от солнца. Харт стоял привалившись к капоту.

— Заскочим сейчас в бар, пивка глотнем.

Он закашлялся, как кашляют курильщики, и сплюнул в гравий, рядом с разбитой банкой из-под джема. Среди осколков сновали пчелы.

— А как же Майма-Маундс?

— Никуда они не денутся. Ну и вообще, не время еще.

— Не время?

Харт прищурился — глаза у него были розовые, как у хорька, — и едва заметно улыбнулся. Покончив с сигаретой, он прикурил от бычка еще одну.

— Так Крус сказал.

— Ну и что это значит? «Не время»?

— Без понятия, Рэй-бо. Вообще без понятия. Чего Круса не спросишь?

— Ну ладно. — Я сделал большой глоток теплого молока, размышляя о том, как обернулась эта поездка — пока что самая дикая в моей жизни. — Как ты себя чувствуешь?

— Зашибись.

— Только выглядишь хреново. — Когда рядом не было Круса, я еще кое-как мог с ним общаться. А потом я соврал: — Сильвия волнуется.

— Насчет чего?

Я пожал плечами и оставил тему. По его лицу, по опухшим глазам было ничего не понять. По правде говоря, я не совсем узнавал его — эту обдолбанную тушу, нависшую над машиной, с искаженными, как у горгульи, чертами.

Харт веско кивнул, словно постиг внезапно какую-то великую, вековечную загадку вселенной. Улыбка вернулась на прежнее место.

Оглянувшись, я увидел за окном магазинчика смутную тень Круса.

— Чувак, что мы тут делаем? В три мы могли бы уже быть в Портленде.

Что на самом деле означало: прыгаем в машину и погнали в Калифорнию. А Крус пусть остается на заправке вместе с хреном своим и грозится нам вечной местью — мне по барабану.

— За книжку свою хочешь засесть?

— Даже если книга и будет, писатель из меня не очень. Не уверен даже, выйдет ли из этого бардака какой-нибудь фильм.

— Да и актер из тебя не очень. — Он расхохотался и похлопал меня железной ручищей по плечу, показывая, что шутит. — Эй, слушай сюда. Ты вот знал, что Крус учился на геолога в Калифорнийском? А он учился. Здорово шарит в ледниках, камушках и всякой такой фигне. Думал работать в нефтянке на Аляске. Зашибать по-крупному. Но ты же знаешь, как в жизни бывает, Рэй-бо.

— Он закончил Калифорнийский?

Я старался не выдать своего изумления. Я-то учился в Вашингтонском университете. Там сильная медицина, но экзаменаторы рассудили, что это не мой конек. Остались политология и драма.

— По футбольной стипендии. Он же пробивной и злой как черт. В гетто таких как грязи.

Это кое-что объясняло. У меня почему-то полегчало на душе.

Появился Крус, на ходу кромсая ножичком плитку жевательного табаку.

— Айда, Харт. Щас от жажды сдохну.

И, совсем как ковбой, который отвязывает лошадь, хотя ему только-то и надо, что на ту сторону улицы, он завел мотор, проехал четверть квартала до «Таверны Муни» и по диагонали загнал машину между сеновозом и универсалом с наклейками на бампере: нет демократам, да — ношению оружия.

Харт спросил, хочу ли я составить им компанию, и я ответил — можно, только попозже, хочу ноги размять. Залезть в эту душную нору и надуться до одурения вместе с местными забулдыгами и моими милыми приятелями — при одной мысли об этом мой желудок затосковал пуще прежнего.

Захватив из салона чемоданчик, я двинулся вдоль улицы. Прошел мимо помятых почтовых ящиков с поднятыми флажками, красными от ржавчины; мимо мастерской по ремонту лодочных моторов, перед которой стояла пыльная патрульная машина; мимо Фермерской ассоциации Поджер-Рока — заброшенной, судя по всему: окна заколочены, а где нет, там мальчишки выбили стекла камнями и бутылками, и еще кто-то намалевал на побеленных досках три шестерки и другие сатанистские символы — наверняка те же самые мальчишки, хотя, может, и настоящие сатанисты постарались. Мимо «Алкогольного магазина Боба» — хибары из гофрированного железа с решетками на крохотных окнах; мимо прачечной, забитой усталыми женщинами в футболках не по размеру и чумазыми детками, с визгом снующими среди стиральных машин — фоном им служил повтор передачи Раша Лимбо[121] из АМ-приемника; мимо прицепа, заваленного полусгнившими дровами «за 75 баксов!». Наконец я присел на расшатанную скамейку под какими-то деревьями, возле одинокого светофора — так близко, что было слышно его мерное щелканье.