Джозеф Д’Лейси - DARKER: Рассказы (2011-2015)

• Название: DARKER: Рассказы (2011-2015)
• Автор: Джозеф Д’Лейси
• Жанр: Русская классическая проза
• Год: 2015

DARKER — российский литературный онлайн-журнал (вебзин) посвященный «темному» фэнтези, мистике, литературе ужасов и хоррор-культуре в целом. Создан в 2011 году на основе pdf-журнала «ТЬМА». Выходит с периодичностью раз в месяц. Публикует жанровые рецензии, статьи, обзоры, а также рассказы и повести отечественных и зарубежных авторов.

В данный сборник вошли избранные рассказы зарубежных и отечественных авторов (от классиков до современных), опубликованные в онлайн-журнале «DARKER» в течение 2011–2015 года.

Многие произведения публикуются на русском впервые.

*Внимание! Присутствуют произведения категории 18+.

Сайт онлайн-журнала: http://darkermagazine.ru/

[Электронное издание, 2015]

---

Светлана подняла на него глаза. Натан продолжил:

— Вы — голодная, испуганная, преданная миром женщина, которую изменил, продолжает менять вчерашний день. Но вам по-прежнему мешает мораль, понятие человечности, гражданский долг. Я прав? Вы по-прежнему видите в смерти лишь неоправданную крайность? Когда останетесь одна, вспоминая наш разговор, подумайте о горящей книге и сидящем у огня человеке, который прочитал книгу, прежде чем бросить ее в пламя.

— Вы позволите мне уйти?

— Я не стану позволять или запрещать. Вы просто уйдете, если захотите.

— Даже зная, что я…

Мужчина кивнул, перебив.

— Даже зная, что вы можете обратиться в НКВД. — Натан улыбнулся. Было в этой улыбке что-то одновременно грустное и опасное. — В этом городе стоит страшиться иных вещей. В этом есть своя мрачная ирония, не находите?

— В чем именно?

— В том, кем мы являемся и кого боимся. Антропофаги от веры опасаются людоедов от голода, тех, кто ищет в чужой плоти лишь насыщение, а не опыт поколений. Впрочем, философы всегда боялись волков.

— Вы боитесь, что вас съедят?

Натан рассмеялся в голос. Почти по-отечески.

— Дорогая моя, из жемчужин вашей наивности можно сделать не одно прекрасное колье. Повсеместный каннибализм — это излишние внимание, крик улиц, утробный рев города. Это как искать убежище в квартире, которую грабят другие. Понимаете?

— Наверное…

— Я не хочу, чтобы вы уходили.

— Я еще здесь.

В комнате вкусно пахло вареным мясом. В натопленной печи стояли горшок и кастрюлька с водой, на столе — начисто вылизанные тарелки. Светлана сидела сонная, сытая. Когда Натан замолкал, она почти скучала по его голосу, словно он был братом или возлюбленным, уплывающим далеко-далеко.

Еще здесь. Еще с ним. С ними.

Где еда и тепло. О ней снова кто-то заботится, кто-то держит ее руку… как мама во время первых бомбежек, в подвале их дома, под потолком которого горит слабая лампочка, а сырой пол устелен мостками… на нарах и скамьях люди, много людей, в халатах, в пальто, с чемоданами, с сумками… в темноте ревут самолеты, грохочут зенитки, дрожат стекла… убежище наполнено дыханием людей, шорохами, неуверенностью и страхом… Они спускались, а затем перестали. Мама не хотела тратить время на ожидание… а потом мамы не стало…

— Хотите добавки? — спросил Голод. — Потому что я хочу. Этот вечер кажется мне особенным.

Она помедлила, прежде чем ответить:

— При одном условии. Позвольте мне наполнить вашу тарелку.

Брест, Северодонецк. Ноябрь 2014 — февраль 2015

© Дмитрий Костюкевич, Владимир Кузнецов

Джо Р. Лансдейл «Ночь, когда они пропустили ужастик»

Если бы Леонард и Шептун поехали в кинотеатр под открытым небом, как и планировали изначально, то ничего бы не случилось. Но вместо этого они, подкрепившись виски с колой, решили прицепить дохлую собаку к бамперу своей машины и покатать ее по городу…

Впервые на русском — рассказ, выигравший в 1988 году «Премию Брэма Стокера».

DARKER. № 6 июнь 2015

JOE R. LANSDALE, «THE NIGHT THEY MISSED THE HORROR SHOW», 1988

Посвящается Лью Шайнеру

Если бы они поехали в кинотеатр под открытым небом, как и планировали изначально, то ничего этого не случилось бы. Но Леонард не любил такие кинотеатры. Он думал, что они годятся разве что для свиданий. К тому же, он слышал о фильме, который там крутили — «Ночь живых мертвецов» — и знал, что в главной роли снимался ниггер. А он не хотел смотреть кино, в котором ниггер играет главную роль. Ниггеры собирают хлопок на плантациях, ремонтируют квартиры и торгуют такими же черными девками. Но ни разу он не слыхал, чтобы какой-нибудь ниггер расправлялся с зомби. Кроме того, ему говорили, что в том фильме снималась белая девушка, которая будто бы даже разрешила ниггеру прикоснуться к себе. Леонарда это неимоверно взбесило. Если белая девка позволяет ниггеру трогать себя, то она хуже самых грязных отбросов. Наверное, она из Голливуда, Нью-Йорка, Уэйко или еще какого богом забытого места.

Вот Стив Маккуин справился бы и с зомби, и с девушками. Ради него и денег на билет не жалко. Но тратиться, чтобы посмотреть на ниггера? Вот еще.

О, уж кто-кто, а Стив Маккуин в своем деле толк знает. Как он произносит свои реплики — заслушаешься. Он уж точно умеет держаться перед публикой, всегда спокоен и хладнокровен.

Леонард хотел бы быть таким, как Стив Маккуин. Или хотя бы таким, как Пол Ньюман. Эти умеют красиво говорить, да и недостатка в бабах наверняка не испытывают. Они не скучают, в отличие от него. А ему так скучно, что кажется, будто и до утра не дотянет: умрет от скуки. Скучно, скучно, скучно. Мало увлекательного в том, чтобы стоять, оперевшись на капот «Импалы» 1964-го года выпуска, припаркованной возле сетевой закусочной «Дейри Куин», и тупо глазеть на дорогу. Он подумал, что, может быть, старый чокнутый Гарри, школьный уборщик, прав насчет летающих тарелок. Гарри постоянно что-то мерещится: снежный человек, многоногие мутанты и прочая чепуха. Но, может быть, насчет тарелок он прав. Он говорил, что видел одну позапрошлой ночью. Тарелка висела в воздухе над Мад-Крик, а от нее к земле тянулись лучи, похожие на липкие полосатые леденцы. Леонард подумал, что, если тарелка и была, то излучала она, скорее всего, скуку. Таким способом пришельцы истребили бы всех людей на земле: заставили бы их умереть от скуки. Лучше бы они нас жаром расплавили, это хотя бы быстрая смерть. А скучать до смерти — это все равно что ждать, пока тебя насмерть заклюют утки.

Леонард смотрел на дорогу, пытаясь представить себе летающие тарелки и лучи скуки, но не мог сконцентрироваться на этой мысли. Наконец его взгляд зацепился за какой-то предмет, лежащий на дороге. Мертвая собака.

Это была не просто мертвая собака, а МЕРТВАЯ СОБАКА. Дворнягу переехал как минимум грузовик, а то и несколько. Ее просто размазало по бетону, куски тела валялись повсюду, а одна лапа вообще отлетела к противоположному бордюру, застыв в таком положении, что казалось, будто она приветственно машет прохожим. Собрать эту псину по кусочкам не смог бы сам доктор Франкенштейн, даже при поддержке университета Джона Хопкинса и НАСА.

Леонард склонился к своему верному пьяному спутнику Билли, известному среди своих под прозвищем Шептун, потому что он был чемпионом Мад-Крик по поджиганию собственных газов, и сказал:

— Глянь на ту собаку.

Шептун посмотрел туда, куда указывал Леонард. Раньше он этой собаки не замечал и отреагировал на зрелище вовсе не так спокойно, как Леонард. Ошметки пса пробудили в нем воспоминания. Это напомнило ему о собаке, которая жила у него, когда ему было тринадцать. Большая, красивая немецкая овчарка, которая любила его сильнее, чем собственная мать.

Глупая псина запуталась в собственной цепи, пытаясь перепрыгнуть через забор из колючей проволоки, и задохнулась. Язык собаки вывалился из пасти и свисал, будто черный носок. В таком виде Шептун и нашел ее. Посмотрев под ноги, он увидел, что перед смертью она пыталась дотянуться до земли, но могла лишь царапать ее когтями. Создавалось впечатление, будто собака оставила на грязи какое-то зашифрованное послание. Позднее, когда Шептун, захлебываясь слезами, рассказал об этом своему старику, тот рассмеялся и сказал: «Наверное, чертова предсмертная записка».

И теперь он сидел, глядя на дорогу, чувствуя, как в животе разливается тепло от выпитого виски с колой, а по щекам катятся слезы. Последний раз он так расчувствовался, когда, вооружившись десятисантиметровой зажигалкой, выиграл чемпионат по поджиганию газов, спалив себе все волосы на заднице, за что парни вручили ему пару цветных спортивных шорт. Одни были коричневые, а другие — желтые, так что их не пришлось бы слишком часто стирать.

Так Леонард с Шептуном и стояли, прислонившись к «Импале» Леонарда, припаркованной возле «Дейри Куин», потягивая виски с колой, испытывая скуку, грусть и возбуждение и глядя на мертвую собаку. Пойти было некуда, кроме фильма с ниггером в главной роли. Даже это было бы не так уж плохо, если бы их сопровождали девчонки. Свидания могут исправить многие грехи — или наоборот, способствовать совершению новых, в зависимости от мировоззрения человека.

Но эта ночь была не из таких. Свиданий у них назначено не было. Хуже того, с ними не захотела бы встречаться ни одна девчонка из школы. Даже Мэрилу Флауэрс, которая вроде чем-то больна.

И это действовало Леонарду на нервы. Он понимал, в чем проблема Шептуна: он урод. На такое лицо только мухи слетаются. Хотя титул чемпиона по поджиганию газов что-то да значил в компании парней, девчонок это не привлекало.

Но Леонард, хоть убей, не мог понять, что не так с ним самим. Он хорош собой, одевается со вкусом, и машина у него быстрая — если не экономить на бензине. У него даже завалялась пара баксов в кармане после взлома прачечной. Но, несмотря на все это, он по-прежнему продолжает «накачивать» правую руку. Последний раз он был с девушкой месяц назад, и он не был уверен, можно ли считать это свиданием, поскольку помимо него там было еще девять парней. Эта мысль не давала ему покоя, и он спросил у Шептуна, можно ли считать это свиданием. Шептун, который тогда был пятым в очереди, сказал, что вряд ли. Но, если Леонарду так хочется считать это свиданием — то пусть считает, а ему по барабану.