Александр Арбеков - О, Путник!

• Название: О, Путник!
• Автор: Александр Арбеков
• Жанр: Любовно-фантастические романы

Этот эпический фантастический роман, состоящий из трёх книг, предваряет собой целую серию романов под общим названием «Квинтет. Миры». В неё так же включены романы «Баллада о диване», «Девушка, которая, якобы, не умела любить», «Две ипостаси одной странной жизни» и «Призрак и Леший». Все эти произведения объединены общей идеей, которая заключается в том, что всё вокруг нас, как говорил один умный человек, кажется нам таким, каким оно не является на самом деле. Душа человеческая так же велика и загадочна, как и Космос, а может быть и больше, чем он. Всё в этом мире, вроде бы простом и прозаичном на первый взгляд, скрыто под мистической и загадочной вуалью. Приподними всего лишь её краешек и перед тобою откроются бесконечные и неведомые ранее пространства, полнящиеся тайнами, загадками и гипнотически притягивающие к себе так, что уже невозможно будет не сорвать решительно и бесповоротно вуаль, дабы познать всё скрытое под ней до конца. И так. Настоящий роман, предлагаемый вашему уважаемому вниманию, обо всём. О Земле и о Вселенной. О жестоких и кровавых битвах на тверди и в небе. О стремлении к познанию, о мужестве, о пороках, о трусости, о чести, о долге и совести. Он полон приключений, тайн, необычных поворотов сюжета и, конечно же, он в первую очередь о великой и всепобеждающей любви на фоне грандиозных и невероятных событий. Конец романа очень неожидан. Да, и ещё два момента… Во-первых, автор романа на его страницах неоднократно беседует с Богом в дружеской обстановке. Это несколько необычно, но почему бы и нет? Во-вторых, автор претендует на некоторую философичность своего творения. Прав он или не прав, судить вам.

---

— Какой смех!? Я полон печали и восторга, радость моя! — сказал я, глядя в высокое небо. — А ты знаешь, как хорошо иметь любимого человека, да ещё при этом быть им любимым!

— Знаю, мой дорогой. Знаю… — ласково поцеловала меня ГРАФИНЯ. — Пойдём, покушаем. Я очень голодна.

— Ну вот! Я о любви, а ты о чём!?

Расположился я со своими спутниками в рыбацкой деревушке. Во избежание возможной утечки информации о моём появлении в данном благословенном месте я разместил встреченных мною воинов по периметру вокруг деревни, отдав им строжайший приказ никого из поселения не выпускать, а всех людей, прибывающих извне, задерживать и немедленно доставлять ко мне! На всякий случай я поручил СОТНИКУ осуществлять тщательный контроль за действиями и поведением дозорных. Вдруг кто-то из них сам покинет деревню с какой-либо целью!? Бережёного, как известно, — Бог бережёт!

Затем я сразу же пригласил к себе КОМАНДИРА и в присутствии ГРАФИНИ, ПОЭТА и ШЕВАЛЬЕ расспросил его о всех последних событиях, произошедших в Графстве. И вот что мы узнали…

Вторжение вражеских сил на Второй Остров, слава Богу, не оказалось не для кого неожиданным, благодаря довольно эффективно налаженной пограничной службе. Приближающаяся к Острову военно-морская армада противника оказалась вовремя замеченной патрульными судами ещё на значительном отдалении от нашего побережья. Сразу же во все концы трёх Южных Провинций были посланы гонцы с вестью о приближении врага.

Были предприняты все необходимые меры для отражения агрессии, а вернее, для сохранения наших войск. Собирать объединённую армию Южных Провинций и вступать в открытое большое сражение с противником не имело смысла, так как силы были явно неравны. На общем Военном Совете под председательством БАРОНА представители Провинций приняли решение рассредоточить войска по замкам и крепостям, отражать атаки неприятеля и ждать помощи Центра.

Местное население, насколько это было возможно, частично эвакуировали через Чёрное Ущелье на север, частично — в леса и горы. Практически всё продовольствия забрали с собою или спрятали, скот также перегнали в леса и в горы. Почти весь имеющийся флот отплыл на север, ближе к Центральным Провинциям. Туда же были направлены гонцы с известием о вторжении. Все горные перевалы и тропы находились под тщательным контролем. У входа в Чёрное Ущелье устроили большой завал из камней и брёвен, прокопали широкий ров, препятствующие прохождению врага, расположили за ними три сотни тяжеловооружённых пехотинцев, по столько же лучников и конников. На другой, широкой стороне Ущелья сосредоточились за завалами ещё несколько сотен лучников и пол тысячи пехотинцев.

«Вот как?! Значит, меры по защите ущелья были приняты заблаговременно и во время!?», — отметил я про себя. — «Зря мы с ГРАФИНЕЙ грешили на ГЕРЦОГА! Передовой отряд… По триста воинов… Почему именно триста? Странно… Напрашивается, однако, прямая аналогия с тремя сотнями спартанцев. Кто же там, в нашем Ущелье, играл роль царя Леонида?! Кто был командиром? Боже мой, история действительно склонна к повторам, а, особенно, в самых неожиданных условиях и при самых неожиданных обстоятельствах! Так, царь Леонид, царь Леонид… Спарта… Греция… Эгейское море… Ну, ну, же! Работай, моя упрямая башка!».

— Интересно, интересно, — прервал я докладчика. — И что же с ними стало, со всеми этими бойцами?

— Сир, ничего по этому поводу Вам сказать не могу. Ущелье от нас далеко, никаких сведений о происходящих там событиях не имею. Но вчера через горы по тайной тропе прибыл к нам с юга агент, наш местный рыбак, я его специально на разведку посылал.

— И что агент рассказал?

— Короче, вся наша Провинция занята врагом. Войск — видимо-невидимо, отродясь такого количества не наблюдалось. Все укрепления и замки находятся в осаде. Те, что послабее, уже взяты, те, что посильнее, пока уверенно держатся. Но, что самое удивительное, со слов нашего разведчика, осада эта производится как-то неактивно, вяло. Враг как будто чего-то выжидает или кого-то ожидает, пока бережёт силы. Ущелье, очевидно, захвачено и перекрыто, так как в сторону севера никакого движения не наблюдается.

— Да ничего странного здесь нет, — пробормотал я задумчиво. — Молниеносный поход на нашу Столицу по ряду причин временно откладывается. Одна из них, — боятся меня и ЗВЕРЯ. Резон в этом есть… Конница против Пса не выстоит. А какая мобильность, молниеносность и мощь удара без кавалерии, особенно, без тяжёлой? Никакой! Это всем понятно… А вот чего или кого они всё-таки ждут? Может быть, просто подхода дополнительных сил? Всего лишь? Но сил у противника в настоящее время вполне достаточно, чтобы вести активные военные действия на Юге Королевства.

Я встал, нервно заходил по комнате. Надо немедленно действовать, иначе мне удачи не видать!

— А что с морем, как на нём обстановка?

— Сир, всё побережье блокировано пиратами. Их корабли повсюду! Представляете, объявились, не запылились, эти долбанные, извините за выражение, мерзавцы! Какими же надо быть идиотами, чтобы заключить с ними союз! Уж били мы их гадов, били, да так до конца и не добили! Беда, беда… Флот у этих супостатов сильный, вояки они отменные, особенно на море. Но к нам сюда почему-то не суются. Странно… Действительно, будто ждут чего-то, а чего, непонятно!?

— Сударь, а как вы, вообще, оказались здесь? Сколько вас, кто командир? — поинтересовалась ГРАФИНЯ.

— Ваше Сиятельство, наш отряд численностью в пятьдесят человек по соответствующему приказу ди… сло… ци… ро… ван, — это слово Командир выговорил с трудом, но с явным удовольствием, — в горах, здесь, неподалёку. Наблюдаем мы, значит, за обстановкой, несём патрульную службу с целью выявления шпионов и сбора разведывательных данных. Командир отряда перед вами, то есть, значит, — я!

— А скажите-ка, сударь…Проходимы ли горы вдоль побережья? Я вижу, что там высятся весьма неприступные отвесные скалы, — спросил я.

— Сир, — так оно и есть. Скалы эти преодолеть никак нельзя, только разве что на крыльях. Через горы перевалить можно, но чуть дальше, к востоку, по пастушьим тропам. А обогнуть можно по морю. Но море, как я говорил, полностью блокировано пиратами. Конечно, брешь всегда найдётся. Если Вы намереваетесь достичь Третьей Провинции по морю, то в принципе такой вариант возможен ночью, — аккуратно и осторожно.

— Ну и что, много шпионов вы поймали? Какие-либо войска в здешних местах появлялись?

— Никак нет, Ваше Величество! Но бдительность мы не теряем, находимся в постоянной боевой готовности, ждём дальнейших указаний!

— Ну что же, слушайте мои указания!

КОМАНДИР вскочил и вытянулся по стойке смирно.

— Мне нужна крепкая и быстроходная парусная лодка средней величины, желательно, галера, ну, чтобы была с вёслами. Не маленькая, но и не большая, не тяжёлая. Самая крепкая и быстроходная в этих краях! И ещё! Потребуются два-три десятка гребцов, в зависимости от габаритов судна. Но не просто гребцов, а таких молодцов, которые, в случае чего, и мечом умело помахать смогут, и стрелу метко пустить сумеют. Ну что, имеются какие-либо мысли по этому поводу? Подумайте, но только быстро! Времени у нас очень мало…

— Государь, что же здесь долго думать, я уже всё придумал! — бодро ответил КОМАНДИР после недолгого сосредоточенного молчания. — Значит так… Обозначенное Вами судно в наличии имеется. Не поверите, но это яхта жены нашего ГРАФА, дай бог им обоим крепкого здоровья. Самая быстроходная лодка на Втором Острове, а, может быть, и во всём мире, я Вам клянусь! Двух парусная, двадцати вёсельная галера. Произведение искусства, последнее слово в кораблестроении! Стоит здесь недалеко, в потаённой, тщательно замаскированной бухте. Сооружал её, кстати, один пленный старый пират. Большой мастер был в этом деле, хоть и злодей порядочный. Сколько душ загубил… Долго его отлавливали! Отловили, наконец, мерзавца! Но, зато, сколько секретов нам поведал, под пытками, конечно. А напоследок, уже перед смертью, ему, окончательно обессиленному, ГРАФ вдруг сделал неожиданное предложение. Сказал он пирату: «Сотворишь чудо-корабль для моей ненаглядной и любимой девочки, ну, то есть для Графини, — отпущу с миром! Не справишься с задачей, — повешу самым медленным способом».

— И как же, справился? И что это за медленный способ такой, интересно, очень интересно, — усмехнулся я.

— Сир, об упомянутом способе я Вам расскажу чуть позже, без присутствия Вашей прекрасной и, несомненно, очень чувствительной дамы. А насчёт мастера… Справился-то он справился, яхта получилась отменная, в гонке её проверили. Умельца нашего наградили и освободили, но маленький казус с ним приключился. Перед отбытием, значит, на родную землю, напился он до чёртиков, видимо от радости, пошёл искупаться и… утонул. Вот Вам и пират…