Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Внимательно изучив четыре карты, зажатые у него в руке, Джаспер добавил пару монет в банк.

— Я возьму еще одну, вслепую, — сказал он, положив карты на стол рубашкой вверх.

Брэннон сдал Джасперу еще одну карту и, повернулся к Мейнарду:

— Принимаешь или пас, дружище?

— Принимаю, — усмехнулся Мейнард, добавляя в банк свою ставку. — Я, пожалуй, поменяю две, — добавил он, сбрасывая пару карт и принимая от Брэннона две новые.

— Как насчет тебя? — обратился Брэннон к Форстеру. — Ты все еще рассчитываешь на удачу?

— Разве я могу отказаться от такого заманчивого предложения, — улыбнулся Шлагенер. — Дай мне две.

Взяв карты, юноша обнаружил, что имеет на руках Проклятие Слепца — очень хорошая комбинация. Пожалуй, сильнейшая среди тех, что могли быть в этой раздаче.

— Итак, дамы, посмотрим, кому повезло на этот раз? — с насмешливой ухмылкой открыл свои карты Брэннон, выставляя на всеобщее обозрение Блеф Нищих.

— Кажется, сегодня не твой день, солнце мое, — заметил Джаспер, предъявив, в свою очередь, Кающегося Грешника. Хорошая комбинация — в иной раз, имея такие карты, можно запросто взять банк но, не сегодня. Нервно облизнув разом пересохшие губы, Джаспер разочарованно смотрел, как, улыбаясь, вскрывается Мейнард — Кровь Стриган — очень сильная рука. Была лишь одна маленькая проблема с этой комбинацией — для нее требовалась карта «Слуга Стриган», которая была также частью Проклятья Слепца и, как это ни странно, находилась также и у Форстера. Мошенничество — догадался Шлагенер. Вспомнив, какие штуки Мейнард проделывал, показывая различные фокусы с монетами — юноша вновь невольно восхитился ловкостью рук старого шулера.

— Э,… кажется, друзья, сейчас мы увидим маленькое чудо, — сказал Форстер, открывая одну за другой свои карты — выложив последней «Слугу Стриган», юноша с улыбкой ткнул в нее пальцем.

— Ах ты, сукин сын! — пробормотал Джаспер, уставившись на Мейнарда.

Разоблаченный шулер усмехнулся и молча пожал плечами. Потянувшись через стол, Брэннон схватил Мейнарда за запястья, пытаясь понять, что за хитроумный механизм, позволяющий обманщику незаметно подменять карты, спрятан в рукавах его куртки:

— Я хочу назад свои деньги! — зарычал он.

— Конечно, нет проблем, — примирительно кивнул Мейнард. — Я и не собираюсь забирать их.

— Еще бы, — возмущенно воскликнул Джаспер.

Форстер первым почувствовал легкую дрожь земли под ногами. Бросив слушать препирания остальных игроков, он положил ладонь на земляной пол, пытаясь разобраться в своих ощущениях. Колебания были ритмичными — напоминающими тяжелую поступь сотен марширующих ног.

— Заткнитесь, — прошипел Шлагенер, обращаясь к остальным, и, став на колени, прижался ухом к земле.

В помещении воцарилась гнетущая тишина. Юноша продолжал внимательно вслушиваться — марширующие люди, если это, конечно, все же были люди — находились еще достаточно далеко… Три-четыре мили или, около того. Тем не менее — сама земля, как будто, протестовала против этой неумолимой, угрожающей поступи.

— Боже, Милосердная Шаллия, — дрожащими губами прошептал побледневший Мейнард.

— Как далеко? — отрывисто бросил Брэннон, торопливо убирая карты и складывая игральный столик.

— Не так далеко, как хотелось бы, — покачал головой Форстер.

Не только Шлагенер и его охранники заметили эти тревожные знаки — знаки приближающейся войны. Снаружи тюремного барака поднялась суматоха: испуганное ржание лошадей смешалось с криками людей, в спешке приводящих в порядок оружие и доспехи. В этот момент дверь помещения неожиданно открылась и, в тюремный барак протиснулся Акким Брандт собственной персоной. Вместо обычного невозмутимого спокойствия на его лице застыло выражение затравленного зверя.

— Хорошие новости, парни, — улыбнулся уголками губ командующий. — Новости от графа Мартина. Достигнута договоренность об обмене пленными. Вы — возвращаетесь домой.

Форстер внимательно всматривался в лицо Брандта, пытаясь понять, что, на самом деле, скрывается за этими словами — за время заключения юноша достаточно хорошо изучил Аккима и знал, когда талабекландец говорит искренне.

— Поднимайся, — указал Брандт на Форстера. — Следуй за мной, парень: есть кое-что, что ты должен увидеть. А вы, трое — составьте компанию нашему безрассудному герою.

Что-то было не так. Но, что?! И тут, мгновенная догадка озарила Форстера — Брандт боялся! Весь его внешний вид словно кричал об этом: опустошенный взгляд, в котором уже не было привычной уверенности; тяжелое, прерывистое дыхание, как у загнанного в ловушку зверя; порывистые, судорожные движения — движения деревянной марионетки в труппе каких-нибудь бродячих лицедеев. Да, судя по всему, граф Мартин привел войско к самому порогу своего врага. Что же, у Брандта были все основания, чтобы испытывать страх!

Талабекландский полководец повернулся и исчез за дверью. Юноша поднялся на ноги и поспешил за ним.

Свежий морозный воздух буквально опьянил Форстера — слишком долго времени он провел в душной, затхлой тюрьме. Юноша жадно вдыхал этот упоительный аромат свободы, с интересом осматриваясь вокруг.

Талабекландский лагерь напоминал растревоженный улей: солдаты заканчивали последние приготовления, заливая бивуачные костры и спеша занять предписанные позиции. Армия была готова к выступлению.

Вдалеке, в туманной дымке, маячили неясные очертания Ферликских Холмов — свобода была на расстоянии вытянутой руки.

— Спасибо, — с выражением искренней признательности обратился молодой человек к Аккиму Брандту.

— Не стоит благодарить меня, Форстер. Ты доказал, что являешься более чем достойным противником — во время той самоубийственной атаки, которую предпринял этот ваш сумасшедший идиот, Игнатиц. Ты проявил себя настоящим воином, и, я мечтал бы видеть тебя, парень, одним из моих солдат. Хочется верить, что в других обстоятельствах мы могли бы…, - Брандт осекся…

— Что же, жизнь порой преподносит нам удивительные сюрпризы, — после короткой заминки продолжил талабекландец. — Кажется, что ты оказался в дерьме, по самую шею, а на самом деле — оказывается, что тебе крупно повезло. Тебе, действительно, повезло, Форстер. Если бы на следующий день после той злосчастной атаки, Оскар Зензи не захватил в плен Якоба Шрэма — скорее всего, вы все были бы уже мертвы.

Брандт сделал паузу, ожидая вопросов, но Форстер предпочел подождать дальнейших объяснений. Акким кивнул и, невесело усмехнувшись, продолжил:

— Шрэм, конечно, ничтожество, но — ничтожество с хорошими связями. Насколько мне известно, он состоит в дальнем родстве с самой Оттилией. Граф Мартин согласился обменять всех, кто попал к нам в плен, на этого аристократического пустозвона. Что же, приятно видеть, что ваш командир преисполнен решимости вернуть свободу своим людям. В наше время редко можно встретить военачальника, относящегося к своим подчиненным так же, как если бы они были членами его семьи. Не правда ли? — Брандт повернулся и двинулся дальше вглубь лагеря.

Кто-то слегка подтолкнул Форстера в спину и, юноша, чуть запнувшись, последовал за командиром талабекландцев, петляя между догоравшими бивуачными кострами, походными палатками, коновязями и группами солдат, заканчивающих последние приготовления к выступлению. Через несколько минут Брандт, Шлагенер и их сопровождающие поднялись на небольшой холм, ограничивающий лагерь талабекландцев с юго-востока. С него открывался вид на извилистую долину, зажатую между соседними грядами, постепенно переходящую в обширную плоскую равнину. Огромное облако пыли поднималось на противоположной стороне равнины, медленно приближаясь к лагерю. Оно ширилось и разрасталось, постепенно заполняя собой все пространство, затмевая солнце, низко стоящее над горизонтом — пыль, поднимаемая ногами стирландских солдат! У Форстера перехватило дыхание при виде этого величественного зрелища. Там должно быть не меньше пяти тысяч солдат… Да нет, пожалуй — гораздо больше…

— Как говаривали в старину, самая достойная смерть, какую только может желать настоящий мужчина — пасть на поле боя, защищая свою Родину, — промолвил Акким Брандт, задумчиво окидывая взглядом противника, с которым ему вскоре предстояло сойтись в смертельной схватке. — Как глупо! Они ведь ничего не понимали, ведь так? В смерти нет ничего достойного или возвышенного. Просто на войне — хорошие парни подыхают без всяких на то причин, словно шелудивые псы… Ладно, пойдем, настала пора тебе и твоим людям вернуться домой.

Обмен состоялся примерно в четверти мили от того места, где граф Игнатиц предпринял свою роковую атаку.

Пленники возвращались домой, точнее, к своим боевым товарищам, чтобы вновь занять место в рядах доблестной армии Стирланда и иметь возможность умереть на правильной стороне истории.