Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

• Название: Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2
• Автор: Гэв Торп
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Фэнтези
• Год: 2016

Все началось примерно семнадцать тысяч лет назад, когда в мире появились Древние. Неведомые и могучие существа, решившие, что нашли неплохое местечко для жизни. Они повелевали пространством и, возможно, временем. Были способны творить жизнь и вообще больше всего напоминали богов. Освоившись на новом месте, они начали создавать разумных существ себе в помощники.

Однако идиллия созидания была нарушена Силами Хаоса, пожелавшими уничтожить молодой мир. Голодный и алчный, Хаос ринулся в материальный мир, сметая все на своем пути. И когда казалось, что все потеряно, силы порядка все-таки вырвали победу из лап Хаоса, заперев его путь в этот мир.

После этого разумным расам пришлось приспосабливаться к новым реалиям — Хаос, пускай и запертый, продолжал влиять, порабощать и изменять.

Однако столетия сменяли друг друга, старые раны мало-помалу заживали, эльфы, гномы, люди и прочие творения Древних знакомились друг с другом и худо-бедно учились жить вместе.

Это уже не были золотые века под защитой Древних. Войны сменяли одна другую, и кровь щедро лилась на землю, однако после кошмара Хаоса даже такое существование воспринималось, как благо.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

Подождав, когда последний пленник талабекландцев присоединится к товарищам, Форстер подошел к Аккиму Брандту и, обменялся горячим рукопожатием с человеком, еще вчера бывшим его врагом, а сегодня, — ставшим если не другом, то тем, кем юноша искренне восхищался.

— Пусть Зигмар всегда хранит тебя, мой друг, — искренне улыбнулся талабекландец.

Форстер молча улыбнулся в ответ. Повернувшись к своим бывшим охранникам, юноша кивнул им, прощаясь со своими тюремщиками, с которыми — вот удивительные зигзаги судьбы — он так близко сошелся за время плена.

— Если Вы когда-либо решите принять предложение графа Мартина, — Шлагенер вновь повернулся к Аккиму Брандту, — Надеюсь, Вы позволите мне служить под Вашим командованием! За таким командиром, я готов последовать, хоть на край света! Поверьте, я нисколько не преувеличиваю, мой друг!

Акким улыбнулся: простое выражение признательности, так естественно смотревшееся на его открытом лице:

— Если мне суждено когда-нибудь оказаться по другую сторону реки, я мечтал бы иметь такого солдата в своем отряде! А теперь, возвращайтесь к своим соотечественникам, друг мой, пока я не передумал и не оставил Вас у себя, — шутливо погрозил Форстеру талабекландец. — Знаешь Форстер, у меня такое ощущение, что нам понадобится много людей, подобных тебе, чтобы выбить армию графа Мартина с нашей земли.

— Ну, сосед, — усмехнулся Шлагенер, — если только вы сможете это сделать.

— А разве ты в этом сомневаешься, юноша? — иронично кивнул головой Акким Брандт, давая понять, что прощание слишком затянулось и, переводя разом помрачневший взгляд на приближающегося Якоба Шрэма.

Юноша старался сдерживать себя, однако, одного взгляда на этого тупицу — было достаточно, чтобы вновь вывести Форстера из себя. С этим ничего нельзя было поделать. Его злость успела утихнуть с тех пор, как Шлагенер впервые вновь увидел Ягера за спиной у графа Мартина, надувшегося, точно павлин от избытка собственной важности — пара минут в компании боевых товарищей, приветствующих его чудесное воскресение, рассеяла слепую ярость, захлестнувшую молодого человека при воспоминании о глупости и подлости этого трусливого подонка. Рассеяли, лишь затем, чтобы вспыхнуть с новой силой при очередном взгляде на этого самодовольного хлыща, имевшего наглость ожидать благодарности за их вызволение из плена. Голова Ягера была настолько пуста, что даже поверхностная оценка плачевных последствий его преступных распоряжений никак не могла проникнуть в этот атрофированный мозг. Дитрих Ягер никак не мог понять, что именно его высокомерная глупость привела к бессмысленной гибели сотен достойных солдат.

Вместо раскаяния Ягер предпочел выставить свою глупость напоказ, играя при встрече освобожденных пленников, роль благодетеля, заботливого отца, раскрывшего объятия навстречу своим блудным сынам, вернувшимся, наконец, домой.

Зигмар знает, как же Форстеру хотелось двинуть, что есть силы, по этой наглой роже, стерев приторную улыбку с пухлых губ этого тупого болвана. Новая волна бешенства накрыла юношу.

— Ты, жалкий ублюдок, — заревел Шлагенер, хватая попятившегося было в ужасе Ягера за лацканы его мундира. Юноша приподнял разом обмякшего и потерявшего всю свою спесь хлыща так, что перекошенная от страха физиономия Дитриха оказалась в нескольких сантиметрах от искаженного яростью лица Форстера:

— Лицемерный сукин сын! Как ты смеешь стоять здесь, изображая из себя лорда крови, окруженного своими благодарными вассалами?! Неужели, ты, так до сих пор и не понял, что ты натворил?!

Наконец, устав трясти Ягера, молодой человек резко отпихнул его от себя. Ошеломленный Дитрих попятился назад, пытаясь удержаться на подгибающихся ногах — в это мгновение Форстер с силой ткнул его ладонью в грудь и, потерявший равновесие Ягер, в полный рост растянулся в перемешанной сотнями ног придорожной грязи.

— Ты же не остался там, на наблюдательном пункте, посмотреть, как погибают твои люди?! Нет, конечно же, нет! — продолжал бушевать возвышавшийся над ним Шлагенер. — Ты прохлаждался в своей палатке, наслаждаясь своим чертовым вином, не так ли?! Зигмар свидетель — как же ты мне противен, жалкий червяк! Ты — тупой ублюдок, Ягер. Это было бы не так страшно, не будь ты самодовольным тупым ублюдком!

— Тот человек, является нашим врагом, — продолжил Форстер, развернувшись и ткнув указательным пальцем в сторону уходящего Аккима Брандта. — Но, он заслуживает уважения в сотню раз больше, чем ты, Дитрих! Он больше заботится о пленниках, чем ты — о своих собственных солдатах!

— Как… ты…, как ты… смеешь? — бессвязно пробормотал ошеломленный Ягер, пытаясь подняться на ноги.

— Я смею, потому что видел, как гибнут мои товарищи под ударами вражеских палашей! Смею, потому что лежал среди их еще теплых тел, видя, как вороны выклевывают им глаза! Смею, потому что ты разбираешься в военном деле, как свинья в апельсинах и, поэтому, послал всех нас на верную смерть! Тупой ублюдок! Ты послал нас прямо на их пушки! Это было безумие, но ты — набитый дурак — успешно реализовал его!

— Я сверну тебе шею! — пришел в себя Ягер: опершись на локоть он, наконец, приподнялся и уселся на землю. Лицо офицера стало сине-багровым — точно его вот-вот хватит апоплексический удар. — Как ты смеешь… неблагодарный сукин сын? Я заставлю тебя ответить за эти гнусные оскорбления.

— Неужели ты действительно настолько глуп, Дитрих?! — пожал плечами Шлагенер. — Хотя, чему я удивляюсь. Что же, тем лучше, — правая рука Форстера инстинктивно потянулась к бедру — туда, где в любое другое время висел бы его верный палаш.

— Ну, нет, заносчивый недоросль! — с ненавистью прорычал Ягер, привставая на колени. — Тебе придется сделать все по правилам! Мы встретимся лицом к лицу — как и полагается настоящим мужчинам! И я — получу извинения или сатисфакцию!

Стянув с руки измазанную грязью перчатку, Ягер швырнул ее прямо в лицо стоящему перед ним юноше.

Форстер с удивлением уставился на своего командира. Украшенная золотой вышивкой дорогая кожаная перчатка лежала между ними в придорожной грязи. Молодой человек шагнул вперед и, наступив на нее, вдавил еще глубже в густую жирную глину этот кусок кожи.

— Мы не ровны, сэр. Вы — аристократ, а я — всего лишь унтер-офицер. Между нами не может быть дуэли.

— Ну, уж нет, глупый щенок. Тебе следует преподать урок хороших манер, и я с удовольствием это сделаю, — процедил сквозь зубы Дитрих Ягер.

— Отлично, я с радостью избавлю мир от такого мерзавца как вы, сэр! — холодно кивнул в ответ Форстер.

В глубине души юноша надеялся, что кто-нибудь вмешается и положит конец всей этой бессмыслице. Наивные заблуждения молодости: стервятники слетелись, чтобы посмотреть на предстоящий спектакль.

Оскар Зензи протянул руку, помогая Ягеру подняться на ноги:

— Я буду вашим секундантом, Дитрих. Кто хочет стать секундантом этого зарвавшегося хвастуна? — бросил Зензи, обернувшись к собравшимся вокруг спорщиков солдатам.

Гробовое молчание было ему ответом.

— Хм, неужели, никто не желает?

— Я, — прорезал тишину чей-то уверенный голос.

Толпа вокруг расступилась, освобождая проход новому участнику разворачивающейся перед их глазами драмы. К величайшему изумлению Форстера это был не кто иной, как Акким Брандт собственной персоной. Лица всех присутствующих с уставились на неспешно продвигающегося через толпу талабекландца, с нескрываемым интересом изучая этого знаменитого полководца. Шлагенер невольно вздрогнул — он был уверен, что Брандт давно вернулся в расположение своего войска, как поступил бы любой другой на его месте. Увидеть Брандта здесь, пришедшего во вражеский стан, чтобы поддержать своего недавнего пленника — было знаком уважения и дружбы, находящимся за гранью понимания обычного человека. Форстер впервые подумал о том, что человек в любой ситуации способен оставаться человеком, что врагов люди, зачастую, склонны придумывать себе сами, одурманенные громкими словами о свободе, долге и чести. Ведь в других обстоятельствах, вчерашний враг способен встать рядом с тобой — плечом к плечу сражаясь с общей угрозой. Все эти мысли вихрем пронеслись в голове у юноши, вынужденного вернуться к окружающей реальности.

Брандт был не один — Мейнард, Джаспер и Брэннон — все они, тоже, были здесь.

Один лишь вид Акима Брандта привел Дитриха Ягера в еще большую ярость:

— Как он смеет? — казалось, удар все-таки хватит этого хлыща. — Как смеет этот мерзавец находиться здесь?! Неужели, ты допустишь это, Оскар? — повернулся Ягер к Оскару Зензи.

— Э…, да…, - только и сумел выдавить из себя Зензи, ошарашенный неожиданным поворотом событий.