Дэн Абнетт - Ересь Хоруса: Омнибус. Том I

• Название: Ересь Хоруса: Омнибус. Том I
• Автор: Дэн Абнетт
• Издательство: Кузница книг InterWorld'а
• Жанр: Эпическая фантастика
• Год: 2016

Это легендарная эпоха. Галактика объята пламенем. Великий замысел Императора относительно человечества разрушен. Его любимый сын Хорус отвернулся от света отца и принял Хаос.

Его армии, могучие и грозные космические десантники, втянуты в жестокую гражданскую войну. Некогда эти совершенные воители сражались плечом к плечу как братья, защищая галактику и возвращая человечество к свету Императора. Теперь же они разделились.

Некоторые из них хранят верность Императору, другие же примкнули к Магистру Войны.

Среди них возвышаются командующие многотысячных Легионов — примархи. Величественные сверхчеловеческие существа, они — венец творения генетической науки Императора. Победа какой-либо из вступивших в битву друг с другом сторон не очевидна.

Планеты пылают. На Истваане-V Хорус нанес жестокий удар, и три лояльных Легиона оказались практически уничтожены. Началась война: противоборство, огонь которого охватит все человечество. На место чести и благородства пришли предательство и измена. В тенях крадутся убийцы. Собираются армии. Каждый должен выбрать одну из сторон или же умереть.

Хорус готовит свою армаду. Целью его гнева является сама Терра. Восседая на Золотом Троне, Император ожидает возвращения сбившегося с пути сына. Однако его подлинный враг — Хаос, изначальная сила, которая желает подчинить человечество своим непредсказуемым прихотям.

Жестокому смеху Темных Богов отзываются вопли невинных и мольбы праведных. Если Император потерпит неудачу, и война будет проиграна, всех ждет страдание и проклятие.

Эра знания и просвещения окончена. Наступила Эпоха Тьмы.

Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.

https://vk.com/bookforge — Следите за новинками!

https://www.facebook.com/pages/Кузница-книг-InterWorldа/816942508355261?ref=aymt_homepage_panel — группа Кузницы книг в Facebook.

---

В зале Тра было темно и холодно. Волчий глаз уловил лишь едва тлеющие угли очагов. В отношении тепла и света Волки не придерживались человеческих понятий комфорта. Они дали ему шкуру и глаз, способный видеть в темноте. Чего еще можно было ожидать?

Он быстро понял, что не один в зале. Вокруг него собралась вся рота. Тепло их тел было едва ощутимым, слабее даже тлеющих угольков. Зал представлял собой естественную пещеру с необработанными стенами, и Астартес расположились прямо на полу, свернувшись на своих шкурах, словно стая единокровных хищников, устроившихся на ночлег и сбившихся в кучу в поисках тепла. За его приближением сквозь прорези кожаных масок следили золотые глаза. То тут, то там слышалось приглушенное ворчанье и бормотание, словно звери рычали во сне или спорили из-за добычи. Внимательно присмотревшись, вышнеземец заметил некоторое движение в зале. Руки поднимали ко ртам серебряные кубки и миски с темной жидкостью. Сидящие на корточках воины были заняты игрой в хнефтафл, за которой вышнеземец видел Скарси.

Рота отдыхала. Они собрались здесь не ради встречи с ним. Он был просто посетителем, которому надо пройти через зал, чтобы решить какой-то вопрос. Незначительная помеха.

В задней части пещеры, в самом высоком ее месте, сидел Огвай Огвай Хельмшрот. Верховный Волк. Вождь стаи. Ярл Тра. Сама внешность не оставляла сомнений в его высоком ранге. Этот огромный воин с неистощимой выносливостью мог бесконечно долго преследовать добычу по пустыне и тундре. Его длинные прямые черные волосы разделял пробор, а голова была слегка запрокинута назад, высокомерно открывая обведенные черной тенью глаза и чисто выбритый подбородок. Толстое стальное кольцо, продетое сквозь нижнюю губу, придавало его лицу выражение капризной раздражительности, одновременно детской и смертельно опасной.

Волк соскользнул с кипы старых потертых шкур и шагнул вперед, разглядывая вышнеземца.

— Вот, значит, как выглядит дурная примета, когда встречаешься с ней лицом к лицу? — спросил он, ни к кому не обращаясь.

Дыхание вышнеземца клубами пара плыло в холодном воздухе пещеры, но с губ Огвая со словами не вылетело ни одного облачка. Астартес великолепно умели сохранять тепло.

Ярл был одет в кожаную зашнурованную безрукавку. Длинные руки светились белой кожей, что говорило о недостатке солнечного света, зато на ней ярче выделялась темная татуировка. Он поднял руку и взял серебряную чашу с темной, словно чернила, жидкостью. На пальцах, обхвативших чашу, выделялись покрытые грязью кольца. Вышнеземец решил, что ярл носил их не в качестве украшения, а как дополнительное оружие.

Огвай отпил из чаши и протянул ее вышнеземцу. Тот взял сосуд в руки.

— Ему нельзя этого пить, — сказал один из сопровождающих Астартес. — Мьод[147] сожжет ему внутренности, словно кислотой.

Огвай насмешливо фыркнул.

— Прости, — сказал он вышнеземцу. — Я не хотел тебя убить, предложив выпить за твое здоровье.

Вышнеземец ощущал нефтяной запах напитка. Он догадался, что в нем содержится еще и кровь. Жидкая пища, ферментированная, химически очищенная, с невероятно высокой калорийностью… Скорее авиационное топливо, чем напиток.

— Он помогает защититься от холода, — заметил Огвай и поставил чашу. Затем он снова посмотрел на вышнеземца. — Скажи, зачем ты здесь оказался?

— Я здесь по решению Стаи, — ответил вышнеземец, воспользовавшись ювиком.

Огвай скривил губы:

— Нет, по этой причине ты еще дышишь. Я спрашиваю, зачем ты сюда прибыл?

— Меня пригласили.

— Расскажи мне об этом приглашении.

— Я посылал сигналы на маяк Фенриса, запрашивая разрешение войти в космическое пространство Фенриса. Я хотел встретиться и изучить фенрисийских Астартес.

Один из воинов эскорта фыркнул за его спиной.

— Что-то не припомню, чтобы мы отвечали согласием на какой-то запрос, — сказал Огвай. — Ты был настойчив?

— Мне кажется, что с небольшими изменениями я посылал запрос не меньше тысячи раз.

— Тебе кажется?

— Я не могу вспомнить точно. У меня был информационный планшет с точным количеством посланий. Мои вещи мне вернули, но все планшеты и блокноты пропали.

— Записанные слова, — бросил Огвай. — Записанные слова и устройства для их хранения. Здесь это запрещено.

— Совсем?

— Да.

— Значит, все мои заметки и наброски, вся моя работа уничтожена?

— Вероятно. Если ты только был таким глупцом, чтобы все это привезти сюда. Разве у тебя не осталось резервных копий за пределами этого мира?

— Девятнадцать лет назад они были. Как же вы сохраняете информацию на Фенрисе?

— Для этого существуют воспоминания, — ответил Огвай. — Итак, ты посылал свои прошения. А что потом?

— Я получил разрешение. Разрешение совершить посадку. Получил и координаты. Пропуск был заверен Астартес. Но во время высадки мой шаттл вышел из строя и потерпел крушение.

— Он не потерпел крушение, — возразил Огвай. Он сделал еще глоток чернильно-черной жидкости. — Его сбили выстрелом. Верно, Медведь?

Поблизости, почти у самых ног ярла, зашевелилась груда шкур.

— Это ведь ты его сбил, Медведь?

В ответ послышалось ворчанье.

Огвай ухмыльнулся.

— Вот поэтому ему пришлось прийти к тебе на выручку. Потому что он сбил тебя. Это ведь была ошибка, не правда ли, Медведь?

— Я понял свою оплошность, ярл, и я ее исправил, — отозвался Медведь.

— Если вы все это знали, зачем было спрашивать меня? — удивился вышнеземец.

— Просто хотелось удостовериться, что ты запомнил эту историю, как и я. — Огвай нахмурился. — Но ты не слишком красноречив. Я полагаю, это из-за того, что ты долгое время провел в ледяном ящике и твой мозг все еще не оттаял. Но трудно представить тебя скальдом.

— Скальдом?

— Да, скальдом. Я сам тогда расскажу. Я поведаю эту историю. Гедрат, бывший до меня, заинтересовался твоими посланиями. Он поговорил с Тра, и со мной, поскольку я был его правой рукой, и с другими ярлами, и даже с Королем Волков. Он сказал, что скальд — это здорово. Забавно. Скальд принесет нам новые истории из Вышнеземья и других миров. И он может выучить наши истории и рассказывать их нам.

— И ты думаешь, что я стану это делать?! — воскликнул вышнеземец.

— Разве это не то, что ты намеревался делать? — спросил ярл. — Ты хотел узнать о нас, не так ли? Что ж, мы не собираемся даром отдавать свои сказания. Мы ни с кем не делимся своими историями. А ты показался многообещающим и настойчивым.

— Было еще имя, — напомнил один из воинов эскорта.

Огвай кивнул, и ветеран вышел вперед. Это был долговязый и тощий воин с седыми волосами, синей татуировкой, выступающей за края кожаной маски, и седой, заплетенной в косички бородой.

— В чем дело, Эска? — спросил Огвай.

— Он дал нам свое имя, — сказал Эска. — Ахмад Ибн Русте.

— Ах да, — кивнул Огвай.

— Ярл Гедрат, да упокоится его нить, обладал душой романтика, — продолжал воин.

Огвай усмехнулся:

— Да, это на него похоже. И я такой же. Я был его правой рукой, и он полагался на меня. Он не хотел показаться эксцентричным или слабым, но сердце мужчины иногда может затронуть давнее воспоминание или запах истории. Ты ведь на это и надеялся, верно?

Он смотрел на вышнеземца в упор.

— Да, — подтвердил вышнеземец. — После тысячи посланий я был готов попробовать что угодно. Только не знал, будет ли это иметь какое-то значение.

— Потому что мы глупые варвары? — все так же с улыбкой спросил Огвай.

Вышнеземцу очень хотелось сказать «да».

— Потому что это очень древние и расплывчатые данные, — сказал он вместо этого. — И это было еще до того, как я узнал об отсутствии всяческих записей. Давным-давно, еще до наступления Древней Ночи, до Внешнего Порыва, до исхода людей с Терры, до Золотой Эры Технологий, жил человек по имени Ахмад Ибн Русте, или эбн Росте Исфахани. Это был ученый человек, хранитель, странствующий по миру в поисках знаний и с целью их сохранить. Он обо всем узнавал из первых рук и был уверен, что информация точна и правдива. Из Исфахана, который, как нам известно, находился в Персидском регионе, он добрался до Новгорода, где встретился с руссами. Это были народы каганата Киевской Руси, часть огромной и изменчивой генетической группы, объединявшей славян, шведов, норвежцев и варягов. Он стал первым чужаком, с кем они встретились, и он жил среди них, изучал их культуру и впоследствии писал, что они вовсе не были глупыми варварами, какими их считали прежде.

— Ты усматриваешь здесь параллель? — спросил Огвай.

— А ты разве не видишь?

Огвай фыркнул и потер кончик носа подушечкой большого пальца. Ногти у него были толстые и черные, словно осколки эбонита. На каждом то ли выгравированы, то ли высверлены сложные символы.