Андрей Попов - Кукольный загробный мир

• Название: Кукольный загробный мир
• Автор: Андрей Попов
• Жанр: Фэнтези

Фэнтезийная космология, однако.

---

Фалиил задумчиво поиграл бровями. Вообще-то, гипотетически не исключено.

— Как знать, как знать… подождем еще.

Но внезапно дождались совсем другого. На поляну вдруг ворвалось страшное создание — с криком, с шумом, с какими-то невнятными угрозами. Все лицо в безобразных морщинах, волосы растрепаны. Находящийся поблизости Хариами первое мгновение подумал, что это Юстинда добралась до своей намеченной цели. И только когда на создании увидели Геммино платье, все ужаснулись — во что она превратилась! Со стороны она выглядела не совсем вменяемой: глаза ядовито блестели, ее движения были порывистыми, нервными. Кого-то искала, что ли?

— Подруга… ты ли это? — Астемида ахнула и отшатнулась.

— Объясни, что с тобой произошло? Ты заболела? — Фалиил, как мог, изображал господина Заботливость.

Гемма небрежно оттолкнула его в сторону, крикнув:

— Где этот мерзавец?!

«Надеюсь, речь не про меня», — у трусишки Ахтинея от страха сжалось сердце, он закрыл глаза.

Она подбежала к хижине Авилекса, стала грозить, стучать по двери руками да пинать ногами.

— Открывай, злодей!! Или я сожгу твою конуру огнем!

Таких истерик на поляне еще никто никогда не закатывал, а поведение Гимземина сейчас казалось чуть ли не ангельским. Звездочет вышел наружу, совершенно не понимая, что тут творится:

— Гемма? О ужас… ты стала хуже Юстинды.

— Не называй меня так! — во весь голос рявкнула она. — Отныне мое имя Гингема! Запомни!

Все присутствующие на поляне в недоумении переглянулись, кое-кто на всякий случай отошел подальше. Риатта, самая пугливая, вообще решила скрыться за дверями своей хижины.

— Может, объяснишь…

— Объяснять сейчас будешь ты! Как вылил в озеро эликсир, отравляющий нам память! И про Девятую… кстати!! — она обратилась ко всем одновременно, чуть не спалив взглядом каждого встречного. — Вы, олухи, думаете, что являетесь ему друзьями? А знаете, кто вы есть на самом деле? Обыкновенные ноты, нужные ему лишь для того, чтобы исполнять свои зловещие симфонии! Он вам врал все это время! В древних свитках сплошная ложь! Как только будет исполнена симфония Возвращения, вы все опять превратитесь в простые закорючки и отправитесь во-он туда! — она указала корявым пальцем в сторону каменной книги. — Ну что скажешь, звездочет?! Заветные 999 еще не насчитал?

Авилекс прошел на середину поляны, взял оттуда пару передвижных пней, на один сел сам, другой любезно предоставил гостье:

— Гемма, сядь отдохни… пожалуйста.

И тут Фалиил вспомнил все: про тетрадь, про странные записи, про загадочные ноты. Только он не понимал, что сейчас важнее — успокоить взбесившееся создание, лишь отдаленно похожее на Гемму, или во всем разобраться?

— Ави, скажи честно: она говорит правду?

Авилекс печально глядел в траву под ногами, нервно дергая нижней губой. Даже его знаменитая шляпа, на которую он обычно срывал свое волнение, куда-то запропастилась.

— Да. Но это не вся правда.

— Может, пришло наконец время, чтобы ты сам все рассказал? Ави, а перестаю тебе доверять! — Винцела тоже присела на пень, недовольно сложив руки на груди.

— Послушайте меня, от начала творения приближается тридевятый интеграл дней. Обычно, миры не существуют дольше…

— Да он нам опять зубы заговаривает какими-то цифрами! — то ли прошипела, то ли проскрипела Гемма своим гневным голосом.

Звездочет продолжал:

— Вы удивитесь, если я скажу, что во всем виноват Гимземин…

— Гениальный ход! Только устаревший.

— Будь любезна, не перебивай! Проклятый алхимик в тот самый момент, как увлекся этой мерзкой алхимией, все не унимался, экспериментируя с различными травами. А я его столько раз предупреждал! Короче, давным-давно из цветков ненавии он изобрел настойку под названием «ненависть», она отравляет добро в любой душе. Сам Гимземин отпил из бутылки лишь пару глоточков, но даже этого оказалось достаточно, чтобы испортить его прежде покладистый характер. А вот с Юстиндой случилась настоящая беда — она выпила много, стала крайне раздражительной, совсем несносной. Нам от нее житья не было. Как-то раз она добралась до моих секретных записей, прочитала их и внушила себе да другим, что после Девятой симфонии вы опять превратитесь в ноты. Но это не так, поверьте! Вы даже представить себе не можете, какой ад здесь начался! В те дни в Сингулярности невозможно было находиться: все спорили, кричали, даже задумывали меня убить. Хотя это в принципе невозможно. Тогда я пошел на крайние меры: ради мира и всеобщего спокойствия мы с Гимземином изобрели эликсир, стирающий память, это-то и вернуло нам прежнюю идиллию. На поляне воцарил покой, а Юстинда ушла в ойкумену, вынашивая планы мести. Больше всех она ненавидела меня да Астемиду, которая выколола ей глаз…

— Я?!! — Асти в ужасе указала на себя и отшатнулась.

— Именно ты.

— Дьявольски великолепное зрелище!! — Гемма громогласно расхохоталась и, кажется, чуточку подобрела. — Давай, ври дальше!

— Стоп, стоп, стоп! — Фалиил выставил обе руки вперед. — Давайте разберемся для начала, что за ноты такие?

Исключая перепуганную Риатту, все куклы отложили суетные дела и сбежались на шум, встав полукругом да жадно внимая каждому произнесенному слову. Гимземин, как обычно, чтил поляну отсутствием своего присутствия. Чрезмерно накаленную атмосферу беседы иногда пыталась погасить Леафани, напоминая, что кричать совсем необязательно и что любой спор решается миром. Ее, впрочем, никто не слушал. Звездочет продолжал неуверенно оправдываться, избегая взгляда остальных:

— Слушайте. Вне всяких времен существуют 18 фундаментальных нот, мелодией которых творятся и разрушаются миры. Это 9 тонов — Gim, Fal, Han, Rai, Ing, Har, Izm, Aht, Elr, а также 9 полутонов — Ast, Gem, Vin, Anf, Ria, Lea, Kle, Tau, Ust. Для гармоничного звучания они складываются в аккорды, которые могут быть только трех видов — малый (2 тона + 3 полутона), большой (4 тона + 5 полутонов) и идеальный (9 тонов + 9 полутонов). Теперь вам должно стать понятным почему, когда мы играли пьесы, количество актеров в них всегда было равно либо пяти, либо девяти, — причем, в следующем раскладе: 2 мальчика + 3 девочки, 4 мальчика + 5 девочек. Любые другие комбинации попросту не сработали бы, а наши постановки превратились бы в самый обыкновенный спектакль. С помощью малого и большого аккорда возможно воздействие на окружающую реальность с целью ее изменения. Вы помните… — Авилекс сделал паузу, мотнув головой. Видать, он сам утомился от потока собственных слов. — Вы помните, как мы долгое время наблюдали каких-то странных Незнакомцев, невесть откуда появляющихся да исчезающих?

— Помним, помним, — подтвердила Таурья.

— А ты знал, кто они такие, и молчал! — вспыльчивая Винцела опять позволила себе повысить голос. Иногда казалось, она полностью на стороне одержимой Геммы. — Рассказывай!

— Повторяю: я молчал ради общего благополучия, но теперь уже нет смысла это скрывать. Дело в том, что играя пьесы, мы иногда фальшивим — сбиваемся с текста, не улавливаем интонацию персонажей и так далее… В результате чего возникают фальшивые ноты: они рождаются в Сингулярности, уходя через туман абстракций во внешний мир, а назад проникнуть уже не в состоянии. Теперь открою вам тайну: все население ойкумены — куклы, которые там живут — это и есть фальшивые ноты, образовавшиеся в результате нашей небрежной игры.

Фалиил понял, что пора ему тоже присесть на пень — поток информации, залетевший в голову, уже начинал физически давить на остальное тело.

— Скажи наконец: что за Девятая симфония такая проклятая?

— Одна из списка Великих произведений. После ее исполнения я должен был вернуться к Ней, а вы бы просто продолжали жить дальше. Поверьте: она не рушит миры и не обращает вас снова в ноты, как внушила себе Гемма.

— К Ней — это к кому? — решил уточнить Фали.

— Вы все равно не поймете…

— Ух и складно врет! — тут сама Гемма напомнила о своем присутствии. — Не слушайте его!

Чучеленок, прыгая по траве, перебегал с места на место, пытаясь привлечь к себе внимание, но от него все только отмахивались, даже Леафани. Он чуял соломенным сердцем, что происходит нечто грустное, но не мог выразить собственные эмоции, так как был лишен рта. Кошастый находился на своем излюбленном месте: то есть на крыше одной из хижин, откуда зорко наблюдал за всем, что творится внизу. Его усатая морда изредка зевала, если куклы говорили что-нибудь скучное. Но сейчас в его взъерошенной шерсти чувствовалось нарастающее напряжение. Фалиил, дабы окончательно расставить услышанное по полочкам в голове, обратил внимание на один момент:

— Ави, ты сказал, что Великие симфонии исполняются только совокупностью всех 18-ти нот. Как же ты собирался играть Девятую без Юстинды?

Звездочет пригладил свои короткие пепельные волосы: