Ахмед Рушди - Шаг за черту

• Название: Шаг за черту
• Автор: Ахмед Рушди
• Издательство: Амфора
• Жанр: Публицистика
• Год: 2010
• ISBN: 978-5-367-01304-7

В этой книге известный индийский романист, пишущий на английском языке, открывается нам с новой стороны — как мастер малых форм, блестящий публицист, которого занимают самые разные предметы: рок-музыка, футбол, литература, политика. Но главная тема сборника — борьба за свободу слова, свободу мысли, против средневекового мракобесия, предавшего писателя анафеме за роман «Сатанинские стихи».

---

В настоящее время вызывает тревогу, что женщины-индианки, вернее, их потенциальные наследницы, которые еще не родились, быстро становятся вымирающим видом. Несмотря на введение запрета на ультразвуковое обследование беременной женщины, которое обычно проводится под предлогом заботы о ее здоровье, по всей Индии стремительно распространяется практика определения пола будущего ребенка, после чего — если выясняется, что будет девочка, — следует аборт; в результате в стране быстро растет число погибших, но при этом абсолютно здоровых зародышей женского пола. Наше население становится однополым ввиду численного превосходства мужчин — угрожающая тенденция. Вот он, крепкий орешек, который предстоит раскусить нашему правительственному лобби, членом коего являюсь и я. Что делать, когда женщина, пользуясь правом распоряжаться своим телом, избавляется от плода женского пола? Многие индийские обозреватели говорят, что запрет на аборты вызовет взрыв возмущения именно со стороны женщин. Дело в том, что индианки, равно как и их мужья, хотят иметь сыновей, а не дочек. Частично это объясняется огромным давлением со стороны мужчин, чьи интересы ставятся превыше всего в индийском обществе; не последнюю роль сыграли и расходы на приданое. И все же главная причина — в ином: современные технологии оказались в распоряжении людей со средневековым мышлением. Разумеется, не все индийские женщины так эмансипированы, как те, среди которых мне посчастливилось расти. Индийские традиции по-прежнему живы, и власть их по-прежнему велика. Женщины остерегаются женщин: старая история, но с устрашающим современным вывертом.

После того как в середине 1970-х годов Индира и Санджай Ганди попытались установить контроль над рождаемостью путем принятия специального закона, принуждающего женщин в обязательном порядке подвергаться стерилизации, потребуются поистине титанические усилия, чтобы убедить общество в необходимости планирования семьи.

Не помогли даже решительные выступления матери Терезы, призывавшей запретить применение контрацептивов. Еще больше ситуацию осложнили индусские националисты, высказавшие предположение, что, поскольку численность мусульманского населения растет быстрее, чем индусского, то под угрозой находится само существование индуизма. (Это притом что индусы составляют 85 % населения Индии.)

До недавнего времени аборты, равно как и контрацепция, категорически осуждались индийскими религиозными лидерами. В результате население страны перевалило за миллиард, и лет через десять Индия, скорее всего, догнала бы и даже перегнала бы Китай. Однако внезапно, по каким-то невыясненным причинам, индийские женщины начали все чаще решаться на аборт, и быстрый рост населения был приостановлен. Нашлись и такие, кто стал утверждать, что аборты — это благо, поскольку супружеские пары, у которых родились девочки, будут заводить детей до тех пор, пока в семье не появится мальчик, тем самым способствуя росту населения страны. Если семья будет иметь право выбора, аргументировали они, то девочки не исчезнут, просто их число перестанет быть избыточным. Однако в этой теории есть одно слабое звено: как показывает статистика, при жизни следующего поколения в Индии будет наблюдаться резкая нехватка женщин. И что тогда? Станут ли девочки цениться больше, чем сейчас, или индийское общество, в котором доминируют мужчины, будет по-прежнему плодить все новых мачо и, как следствие, жалких, забитых женщин?

Не каждую проблему можно решить незамедлительно. Даже если страна мыслит себя женщиной — Бхарат-Матой, Матерью-Индией, — и даже если, согласно верованиям индуистов, главное божество, шакти, — это женщина, скандал, порожденный резким уменьшением числа девочек в Индии, закончится лишь тогда, когда (и если) удастся преодолеть вековые предрассудки, связанные с рождением девочки.

Разумеется, это не означает, что ничего нельзя сделать. Правительство может и обязано ужесточить наказание для акушерских клиник, позволяющих себе обходить закон. Следует ввести денежные дотации для тех семей, где рождаются девочки, и даже, возможно, обложить дополнительным налогом те семьи, где рождаются мальчики. Политики, учителя, группы активистов, даже журналисты могут и должны еще резче выступать против средневековых предрассудков, процветающих в нашем обществе, ибо в них корень всех зол. В заключение хочу спросить: готова ли современная Индия считаться страной, где избавляются от девочек только потому, что они якобы хуже мальчиков? А родителям, которые когда-то отказались иметь в своей семье дочерей, их оставленные жить сыновья однажды могут задать вопрос: «Где же мои сестры?» Что им ответить?

Перев. С. Теремязева

Реалити-шоу на ТВ

Июнь 2001 года.

До сих пор мне удавалось не сталкиваться с телевизионными реалити-шоу. Несмотря на то что по всей Великобритании обсуждают мерзкого Ника и взбалмошную Мел, а в Америке — голого ублюдка Ричарда, который все-таки стал последним героем необитаемого острова, я каким-то образом сберег свою непорочность. Встретив на улице этих самых Ника или Мел, я бы их не узнал; не узнал бы я и голого Ричарда, если бы он внезапно возник передо мной.

Спросите меня, где находится дом Большого Брата или как добраться до острова Соблазнов, и я не смогу вам ответить. Я запомнил только одного участника американского реалити-шоу под названием Survivor («Выживший»), которому удалось так обжечь себе руку, что на ней полопалась кожа, а пальцы стали похожи на подгоревшие сосиски, и запомнил только потому, что об этом рассказали в вечернем выпуске новостей. Об остальном меня спрашивать бесполезно. Кто выиграл? Кто проиграл? Да кого это вообще интересует?

Впрочем, без реалити-шоу телевидение уже не может существовать. Их успех — примета (нашего) времени, равно как и триумф шоу, где разыгрываются большие деньги, например Millionaire («Миллионер»). Популярность реалити-шоу столь высока, что заслуживает детального изучения, поскольку они помогают нам лучше узнать самих себя. Во всяком случае, должны помогать.

Но сколько же в них пошлого нарциссизма! Телевизор, который прежде наивно считали окном в мир, превратился в лавку дешевого барахла. Кому нужны знаменитые на весь мир, по-настоящему одаренные люди, если на экране всегда можно увидеть собственную аватару — этакое полузнакомое, полупривлекательное существо, изображающее нашу повседневную жизнь, но перемещенное в некие фантастические обстоятельства? Кому нужен талант, если экраны заполонила лишенная комплексов бездарность?

Я смотрел британский вариант «Большого Брата»; шоу, показ которого совпал с последним этапом избирательной кампании в стране, имело грандиозный успех и занимало первые страницы таблоидов. Общепринятое мнение объясняет это тем, что смотреть шоу интереснее, чем выборы. А если оно еще и «реальное», тогда возможно всякое. Например, может оказаться, что «Большой Брат» популярен потому, что он скучнее выборов. Поскольку это самый скучный и потому самый «нормальный» способ стать знаменитым и — если вы достаточно умны или везучи — богатым.

Быть «знаменитым» и «богатым» — две наиболее важные концепции западного общества; что же касается этических возражений, то они попросту отметены притягательностью славы и богатства. Быть богатым и знаменитым — о’кей, это прекрасно, быть хитрым тоже хорошо. Хорошо быть эксгибиционистом. Хорошо быть плохим. Скука — вот что затупляет острое лезвие морали. Невозможно удержаться от возмущения, глядя на людей, давно ставших обыкновенными прагматиками и корыстолюбцами.

О, эта серость! На экране мы видим, как люди становятся знаменитыми, потому что спят, разжигают костер, потом его гасят, записывают на видеопленку заученные мысли, демонстрируют свои груди, слоняются тут и там, ссорятся, устраивают друг другу мелкие пакости, спокойно относятся к своей непопулярности и — вот это уже интересно, жаль только, происходит нечасто, — целуются. Короче говоря, мы видим людей, которые становятся знаменитыми, практически ничего не делая, просто позволяя подглядывать за собой миллионам людей.

А теперь прибавьте к эксгибиционизму наших «островитян» нездоровое любопытство телезрителей, и вы получите картину общества, рабски преданного тому, что Сол Беллоу называл «гламурной жизнью». И верно, все эти банальные, но блестяще срежиссированные «события» поданы с таким шиком, что все истинные ценности нашей жизни: скромность, достоинство, ум, чувство юмора, бескорыстие (дальше можете продолжить сами) — сводятся до уровня никчемных излишеств. В этой перевернутой с ног на голову этической вселенной чем хуже, тем лучше. Шоу показывает нам «жизнь» в виде драки за место под солнцем, заставляя поверить, что в этой драке все средства хороши, и чем они отвратительнее, тем больше должны нам нравиться. Выиграть — это еще не все, как сказал когда-то Чарли Браун[261], вот проиграть — это уже все.