» » » Михаил Голубицкий - Фартицер
Авторские права

Михаил Голубицкий - Фартицер

Здесь можно купить и скачать "Михаил Голубицкий - Фартицер" в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Русское современное, издательство Литагент «Написано пером»3bee7bab-2fae-102d-93f9-060d30c95e7d, год 2012. Так же Вы можете читать ознакомительный отрывок из книги на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.
Михаил Голубицкий - Фартицер
Рейтинг:
Название:
Фартицер
Издательство:
Литагент «Написано пером»3bee7bab-2fae-102d-93f9-060d30c95e7d
Год:
2012
ISBN:
978-5-905636-12-7
Вы автор?
Книга распространяется на условиях партнёрской программы.
Все авторские права соблюдены. Напишите нам, если Вы не согласны.

Как получить книгу?
Оплатили, но не знаете что делать дальше? Инструкция.

Описание книги "Фартицер"

Описание и краткое содержание "Фартицер" читать бесплатно онлайн.



Волею судьбы рассказчик, мужчина за пятьдесят, оказывается в Америке в полном одиночестве, без семьи. Да и заниматься на первых порах он вынужден, чем и предположить не мог - уходом за престарелыми «русскими» эмигрантами восьмидесятых-девяностых годов. Он работает, изучает язык, позже поступает на профессиональные курсы, по окончании которых предполагает найти работу, соответствующую его образованию, полученному в Союзе.

Его подопечные не похожи друг на друга, объединяет их одно – все они, кто больше, кто меньше, являются обузой для своих близких. Стариков не отдают в дома престарелых только потому, что, как это ни парадоксально, их близкие получают от этого определенную выгоду. Исключение представляет разве что полностью обездвиженный, парализованный Сема, жена которого самоотверженно ухаживает за ним. Но ее тоже не интересует, радует ли его такая жизнь.

Обстоятельства складываются так, что рассказчик оказывается втянут в цепь драматических событий, ускоривших уход из жизни одного из его подопечных, Фимы, бывшего хулигана, мясника из Киева, к которому тот привязывается. Контраст между Фимой и новым подопечным Аркадием только усугубляет его душевное состояние, а тут еще и разразившийся кризис 2008 года надолго отодвигает возможность сменить работу. Хочется верить, что рассказчик сумеет выстоять.






Михаил Голубицкий

Фартицер

Монолог незаметного человека

Монолог незаметного человека – пожалуй, наиболее охотно замечаемый сегодня словесный продукт. Исповедь анонима востребована как прививка от помешательства на «звездах», шершавые, будничные истории читают те, у кого достает сил держаться жизненной правды. Как ни странно, такое чтение не всегда бывает тяжело. Напротив: воображаемый, глянцевый мир успеха иного читателя может и обозлить, и измучить стремлением к неправдоподобно легкой судьбе.

Книга Михаила Голубицкого утешительна, потому что правдива. Дебютирующий с художественным повествованием в не дебютантском уже возрасте, он не всегда находит сильные слова для выражения своего опыта, но сам его опыт обладает несомненной силой убеждения.

Рассказчик – тот самый аноним, человек приходящий и уходящий незаметно, нанявшийся в Америке нянчить чужие семейные драмы.

Чужую старость.

Человек-тень и в Америке живет жизнью теневой – мигрантской, не преуспевшей, и клиенты его – теневого возраста. Того, который сейчас предпочитают заранее не замечать, не думать, когда придет и куда позовет уйти.

Любопытно: рассказчик и сам не юноша, и его вроде бы поздно учить уму, однако трудный, вынужденный опыт пошел ему впрок. Повесть бесхитростно рисует последний переходный этап нескольких жизней, но за подробностями быта звучит главное: милость. Человек-тень видит самое неприглядное в отношениях, в привычках опекаемых, и все же терпит и милует тех, от кого почти отказались родные. Самая динамичная и пронзительная история – последние месяцы жизни некоего Фимы, мясника и разбойника из Киева, за животными ухватками которого только рассказчик смог разглядеть человеческие чувства.

Истории в книге реальны, она не про ангела. Про нормальную человечность и доступный ресурс терпения, про то, как невыносимы, забавны и все же достойны любви бываем мы в возрасте нового детства.

редактор отдела литературного критики журнала «Октябрь»

Валерия Пустовая

Фартицер

Как и зачем понесло меня на шестом десятке лет в Америку – это отдельная история. Но, как бы то ни было, я приехал, а значит, нужно налаживать жизнь – находить работу, учить язык, в общем – осваиваться. Мой старый друг, живущий здесь уже много лет, приютил меня в своём доме и посоветовал для начала пойти работать по уходу за престарелыми. Что я и сделал, пройдя предварительно трехнедельные курсы. Самым замечательным в этих курсах было то, что они проводились на русском. Не вдаваясь в подробности, скажу – первый месяц на этой работе оптимизма мне не прибавил. Не в смысле моего приезда в Америку, а в смысле перспективы неотвратимо приближающейся старости. Я и раньше не вполне доверял сказкам о «золотом возрасте», теперь же, видя вблизи жизнь стариков, все больше и больше задумывался: такое ли это большое благо – успехи современной медицины? За первые два месяца я сменил несколько «кейсов» и поднабрался как необходимого опыта, так и самых разнообразных впечатлений. Часто я не знал, смеяться мне или плакать. Честное слово, я не желаю такого финала ни себе, ни кому-нибудь другому, и слава богу (хоть кому-то это и покажется кощунственным), что мои родители ушли в мир иной, не испытав на себе радостей, как я все это назвал для себя, «жизни после жизни». Но это – мое сегодняшнее мнение и неизвестно, буду ли я рассуждать так же лет этак через пятнадцать-двадцать, если, конечно, доживу и сохраню способность хоть как-то рассуждать.

На курсах нас учили относиться к нашим подопечным профессионально, то есть вникать в их проблемы ровно настолько, насколько это необходимо для исполнения наших обязанностей. В идеале это должно было соответствовать принципу Дона Корлеоне: "Nothing personal – business only”, но у меня так не получалось. Одним я сочувствовал, другим же – напротив. Возможно, это происходило потому, что я был один и не имел тех забот, которые не оставляют ни сил, ни времени на отвлеченные размышления. Скорее наоборот: имел достаточно свободного времени для этих самых отвлеченных размышлений. Но, что бы я ни думал, эта работа давала мне возможность жить и строить планы на будущее. После работы я ходил на курсы английского, а во время нее успевал готовиться к занятиям и даже находил время читать книги на английском, которыми снабжала меня жена моего друга. Она – учительница в школе, работает с детьми, отстающими в умственном развитии, и книги для них – как раз мой уровень владения английским. Просыпаясь по утрам, я говорил себе: «Все идет нормально, ты на правильном пути, а если что-то тебе не нравится, так никто тебя сюда не звал и золотых гор не обещал. Работай, учи язык, а там будет видно. Дорогу осилит идущий». Особенно усердно повторял я эти заклинания по субботам и воскресеньям, когда работал у больного со славной еврейской фамилией Левит.

Яков Левит – одессит, эмигрант семидесятых годов, живет большой семьей в собственном доме на тихой симпатичной улочке в благополучном районе, где в большинстве живут итальянцы. Я узнаю их дома по статуэткам мадонны, стоящим в ухоженных палисадничках, по сверкающим чистотой окнам, разнообразно подстриженным деревьям и кустам. И любуюсь. В отличие от домов, где вижу мезузы на дверях. Там все тоже пристойно, но не видно любовного отношения, нет того лоска и стремления к красоте. В таком доме с мезузой на дверях живет Яков.

Яков – лежачий. Со всеми вытекающими из этого последствиями. Как в прямом, так и в переносном смысле. В эмиграции преуспел – имел несколько магазинов на Брайтоне. Бакалея и спиртное. Дом купил лет тридцать назад (значит уже выплатил), и его дети, сын с невесткой и двумя внуками, и, по моим наблюдениям, одинокая дочь тоже живут в этом доме, каждая семья в отдельной квартире (насколько это важно – не платить за жилье – я вскоре понял; сразу, как снял себе комнату, так и понял). У Якова хоуматенданты работают круглосуточно в две смены, меняются в восемь утра и в восемь вечера. Я работаю днем. На мою долю приходится основная нагрузка по обеспечению жизнедеятельности его организма.

Когда-то, лет в шестьдесят пять, Яков надорвал себе спину и, как и подобает уважающему себя американцу, обратился к врачам. Ему предложили операцию, которая, к сожалению, оказалась неудачной. С тех пор он в постели, больше десяти лет.

Моя работа начинается с подготовки к завтраку. Я усаживаю его на постели, устанавливаю под спину специальную подпорку, и к делу приступает его жена. Тоже инвалид. Несколько лет назад она сломала бедро и с тех пор ходит со штырем в ноге, хромает. А спальня Якова на втором этаже. Поэтому я спускаюсь вниз, беру у нее поднос с едой и несу наверх. Она ковыляет следом. Дается ей это нелегко. Она усаживается рядом с ним на постели и кормит его с ложечки. Я ассистирую с салфеткой в руке на случай, если что-нибудь выпадет у Якова изо рта или вдруг потребуется утереть ему нос. У Якова – серьезный мужской аппетит, он так любит поесть, что, не в силах справиться с эмоциями, урчит и даже всхлипывает от удовольствия. В общем, расслабляется по полной. Старушку смущает такая его непосредственность, я же никак не реагирую: больной человек. Пожалуй, еда – единственная его радость, так пускай наслаждается. Убрав со стола после завтрака и уложив Якова, я выхожу во двор подышать. На ум приходит всегда одно и то же – старинная комсомольская песня: «Если смерти, то мгновенной…». Не хочу так лежать. Боюсь.

Умиротворенный Яков дремлет, а я сижу в соседней спальне и читаю детскую книжку на английском – учу язык. Минут через сорок он просыпается и просит повернуть его. Лежачая жизнь и хороший аппетит сделали свое дело – Яков весит далеко за сто килограммов и не может повернуться самостоятельно. Кладу его на бок и обкладываю подушками:

– Удобно?

– Да. Спасибо, – отвечает он.

– Как ты думаешь, желудок будет? – с надеждой спрашивает Яков.

– Даже не сомневаюсь, – бодро отвечаю я. – Через полчаса будет, как часы.

Он недоверчиво отвечает:

– Посмотрим… – и смотрит на меня так, как будто именно от меня это зависит.

В целом Яков вызывает у меня уважение. Не каждый сумеет, приехав в совершенно незнакомый, непонятный мир, создать свой бизнес и много лет держаться на плаву. И кто знает, не случись эта беда со спиной, до сих пор крутился бы Яков в своих магазинах. Недоумение вызывает одно – его чрезмерная озабоченность работой желудка. Ведь по нему можно часы сверять: поел – через час результат, как говорится, налицо. При пятнадцатиминутном опоздании он требует слабительное и нам с его женой приходится уговаривать его подождать еще какое-то время.

В конце концов все заканчивается благополучно и он успевает освободить место для следующей порции пищи. Благополучный исход «желудка» бодрит Якова и после того, как я решу свою часть этой проблемы, мы какое-то время беседуем на отвлеченные темы и я лишний раз убеждаюсь, что он сохранил ясность рассудка, отдает себе отчет в безысходности своего положения и мое понимает совершенно правильно:


На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте
Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.
Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Фартицер"

Книги похожие на "Фартицер" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.


Понравилась книга? Оставьте Ваш комментарий, поделитесь впечатлениями или расскажите друзьям

Все книги автора Михаил Голубицкий

Михаил Голубицкий - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Михаил Голубицкий - Фартицер"

Отзывы читателей о книге "Фартицер", комментарии и мнения людей о произведении.

А что Вы думаете о книге? Оставьте Ваш отзыв.