Роман Ключник - Лекции Президентам по Истории, Философии и Религии

• Название: Лекции Президентам по Истории, Философии и Религии
• Автор: Роман Ключник
• Жанр: Религия

Эта внуши­тель­ная по разме­рам книга пред­став­ля­ет со­бой не сбор­ник лекций по различным те­мам, а од­ну боль­шую лекцию, в этой книге все части и главы до­полня­ют друг друга, тесно свя­за­ны друг с другом и взаи­мо­свя­за­ны в единое це­лое, в од­ну ми­ро­воззрен­че­скую Кар­ти­ну Мира.

Эта боль­шая лекция ад­ре­со­ва­на, прежде всего, ру­ко­во­ди­те­лям всех рангов в разных об­ластях дея­тель­но­сти: ру­ко­во­ди­те­лям фирм, за­во­дов, ин­ститу­тов. Уве­рен — по­лезна она бу­дет на­шим по­ли­ти­кам и, особенно, ру­ко­во­дству на­шей стра­ны — Рос­сии. Именно с ни­ми, с первы­ми ли­ца­ми го­су­дарст­ва, три по­след­них де­ся­ти­ле­тия у нас просто бе­да — полное не­умение ру­ко­во­дить бо­га­тейшим в ми­ре го­су­дарст­вом и краси­вейши­ми на­ро­да­ми; в ре­зуль­та­те — проиг­рыш в конку­рент­ной борь­бе с други­ми на­ро­да­ми, развал мощнейше­го го­су­дарст­ва, его разво­ро­вы­ва­ние, по­зорное об­ни­ща­ние на­ро­да. Обидно и, прежде всего, тревожно за де­тей, ко­гда го­су­дарст­вом ру­ко­во­дят старые ма­разма­ти­ки, тщеслав­ные ду­ра­ки или впол­не по­ря­дочные лю­ди, но расте­рянные и незнаю­щие, как стро­ить го­су­дарст­во и ку­да вести свой на­род.

---

До сих пор Лени­ну в гу­ма­ни­тарную за­слугу за­считы­ва­ют Поло­же­ние ВЦИК от 30 сентября 1918 г. о «Еди­ной трудо­вой школе» по ко­то­ро­му обес­пе­чи­ва­лось бесплат­ное обуче­ние де­тей с 8 до 17 лет.

Трудно по­ве­рить - чтобы Ленин и Бронштейн в са­мый разгар крас­но­го терро­ра и гражданской войны вдруг прово­ди­ли гу­ма­ни­тарные ак­ции. Во-первых, Цен­трожид го­то­вил уже но­вые по­ко­ле­ния росси­ян, ко­то­рые не долж­ны бы­ли оказы­вать со­противле­ние Советской власти — но­вые по­ко­ле­ния долж­ны бы­ли ду­мать одина­ко­во, по-ле­нински, по­это­му в де­кабре 1918 г. декре­том ВЦИК был ра­зо­гнан как ан­ти­со­ветская ор­га­ни­за­ция Союз учите­лей Рос­сии. Ста­рые учите­ля бы­ли не нужны Цен­трожи­ду, бо­лее то­го — край­не опас­ны и вред­ны.

Кро­ме то­го, во-вторых, мы уже видели, как Ленин бился в первой по­ло­ви­не 1918 г. над проблемой не же­ла­ния ра­бо­тать ра­бо­чих и их ми­ни­маль­ной производительностью труда, — от­сю­да и «трудо­вые школы» по воспи­та­нию ра­бо­чих «пчёл».

В те­че­ние нескольких лет за­хват­чи­ки приме­ня­ли к российским учё­ным такти­ку «кнута и пря­ни­ка». Как помним из ра­бот Ленина — с са­мо­го на­ча­ла власти Цен­трожи­да учё­ных пы­та­лись заставить быть ло­яль­ны­ми с по­мо­щью прод­карто­чек и го­ло­да — ре­зуль­тат двоя­кий: от го­ло­да умер­ло много, но часть пе­ре­шла на ра­бо­ту к за­хват­чи­кам. Пик вы­ми­ра­ния был во второй по­ло­ви­не 1918 г. — на­ча­ле 1919г.

С ав­гу­ста 1918^г. Ленин стал де­монст­ра­тивно по­мо­гать ло­яль­ным к за­хват­чи­кам учё­ным ма­те­ри­ально, — до­ба­вочны­ми пайка­ми. 31 янва­ря 1920 г. в Советской Рос­сии со­стоя­лось от­крытие Дома учё­ных. «Это проис­хо­ди­ло на фо­не полного, с арестами учё­ных, разгрома русской ис­то­ри­че­ской и философской на­ук» — от­ме­чал Сол­же­ни­цын.

В 1921 г. ВЧК расстре­ля­ла боль­шую груп­пу петербургской ин­телли­генции по де­лу «Пет­ро­град­ской боевой ор­га­ни­за­ции». По данным ис­следо­ва­те­ля ис­то­рии Рос­сии из Гер­ма­нии Эллы Грайфер до 1924 г. Цен­трожи­дом бы­ло расстре­ля­но 6000 профессо­ров и препо­да­ва­те­лей, 9000 докто­ров, 355 000 ин­телли­гентов и ре­месленни­ков. Эти расстре­лы русской ин­телли­генции но­си­ли ха­рактер Холо­ко­ста — ли­кви­да­ци­он­ный и как ме­ра устра­ше­ния для ос­тавшихся в жи­вых.

Этот фа­шизм, как мы помним вы­сказы­ва­ния К. Мар­кса, был за­ло­жен в са­мых глуби­нах марксиз­ма и не­од­но­крат­но декла­ри­ро­вался ещё до его крова­во­го осуще­ст­вле­ния.

«Обра­тим внима­ние на ре­во­лю­ци­он­ный энту­зи­азм и ре­ши­мость ев­рейских комму­ни­стов — за­ме­ча­ет Элла Грайфер — Эта ре­во­лю­ци­он­ная эли­та на полном серь­ё­зе за­явля­ла ус­та­ми Франца Коритшо­не­ра из комму­ни­стиче­ской партии Авст­рии: «Лгать и во­ро­вать, да­же убивать во имя идеи — это требует му­же­ст­ва, требует ве­ли­чия».

     Гри­го­рий Зиновь­ев в 1917 г. зая­вил «от 90 до 100 миллионов со­ветских русских пойдут за на­ми. А что до ос­таль­ных — сказать вам не­че­го. Они долж­ны быть унич­то­же­ны». Ана­ло­гично вы­ра­зился и Мои­сей Воло­дарский: «Интересы ре­во­лю­ции требу­ют физического унич­то­же­ния буржуазии…».

Как мы ви­де­ли по их крова­вым де­лам — унич­то­же­нию подверглись все слои российского об­ще­ст­ва.

Сто­ит от­ме­тить од­ну гу­ма­ни­тарную ак­цию Цен­трожи­да, ко­гда тех ин­телли­гентов, ко­то­рые не ус­пе­ли во­время уд­рать из за­хваченной Рос­сии или не имели возможно­сти это со­вершить — и крас­ные ко­мисса­ры не хо­те­ли их расстре­ли­вать — жа­ле­ли, то их Цен­трожид в 1921–1922 гг. ор­га­ни­зо­вал прину­ди­тель­ную массо­вую вы­сылку за преде­лы Советской Рос­сии. Суще­ст­ву­ют данные, что Рос­сию всего по­ки­ну­ло с 1917 г. около 2-х миллионов че­ло­век, в подавляющем большинстве — русские. В Париже ос­та­но­ви­лось 400 ты­сяч, много прожи­ва­ло также в Хар­би­не, Бер­ли­не, Пра­ге.

При этом стоит от­ме­тить, что и проигравшие и уцелевшие в Гражданской войне русские офицеры и бежавшая российская ин­телли­генция чувствовали се­бя за границей, на чужбине не уютно, чу­жа­ка­ми, труд­но адап­ти­ро­ва­лись к но­вым ус­ло­ви­ям жизни вне Родины, — в от­ли­чие от ев­ре­ев, ко­то­рые и в Стамбуле, и в Париже, и в Лон­до­не и в других го­ро­дах и стра­нах чувст­во­ва­ли се­бя как до­ма, имея всестороннюю поддерж­ку ме­ст­ной ев­рейской об­щи­ны и ценный ты­ся­че­летний опыт ус­пешной жизни среди других на­ро­дов.

Что ос­та­ва­лось вынужденным русским эмигрантам? Десятки раз анализировать — по­че­му проиг­ра­ли, по­те­ря­ли свою Родину и свой на­род; пить водку — вспо­ми­ная березки, и в страшной тоске петь:

«Белой акации гроз­дья ду­ши­стые

Ночь напролет нас сводила с ума…

В темных ов­ра­гах стоя­ла во­да…

Боже, ка­ки­ми мы бы­ли на­ив­ны­ми!»

Неудивительно, что русские эмигранты ве­ли се­бя на чужбине очень скромно и неуверенно, что и позволило из­вест­но­му ев­рейскому сионисту Жабо­тинскому с бравадой зая­вить — «Впрочем, и свободные, западные русские (бе­лые им­ми­гран­ты) в этом деликатном пунк­те храб­ро­стью не блещут…»(С).

Ещё бо­лее кровавую борь­бу Цен­трожид развернул против церк­ви. И эта борь­ба имела глубокий идео­ло­ги­че­ский смысл. После объявление К. Мар­ксом прес­сы Богом, церковь лю­бо­го ис­по­ве­да­ния стала для марксистов конку­рентом за умы лю­дей, «масс».

А по­сле захвата власти в Рос­сии си­ло­вы­ми, властными ме­то­да­ми бы­ло легко до­бить­ся мо­но­по­лии над умами миллионов российских граждан, ко­то­рые по­сле зомби­ро­ва­ния ко­мисса­ра­ми фактически становились своеобразными ра­ба­ми — миллионы необразованных россиян введенные в не­кий экс­таз ложными установками о Коммунизме и его врагах выполняли цели, поставленные Цен­трожи­дом — ру­ши­ли православные храмы, расстреливали русскую ин­телли­генцию, унич­то­жа­ли миллионы ка­за­ков, крестьян и все высшие и сред­ние со­словия Рос­сии.

Цен­трожид упор­но шёл к этой мо­но­по­лии над умами и гнобил христиан­скую церковь с са­мо­го на­ча­ла захвата власти. После проигрыша войны с Польшей в 1920 г. Советская власть вдоволь сорвала всю злость и го­речь по­ра­же­ния на ка­то­ли­че­ских храмам и свя­щенни­ках — около 1500 ка­то­ли­че­ских храмов бы­ло разру­ше­но, а все ка­то­ли­че­ские свя­щенни­ки бы­ли названы польскими шпио­на­ми, многие сотни их бы­ли расстре­ля­ны и сосланы Цен­трожи­дом в советские концентрационные ла­ге­ря.

Ещё боль­шей расправе подверглись православные свя­щенни­ки, по­то­му что они бы­ли од­ной из глав­ных ду­ховных ос­нов за­хваченно­го на­ро­да, за­хваченной стра­ны. Сол­же­ни­цын:

«Все Двадцатые го­ды до­би­ва­ли на­смерть свя­щенст­во. Нече­го и го­во­рить, что свя­щенст­во бы­ло — сгущённый во многих по­ко­ле­ни­ях русский на­циональ­ный тип…».

После расправы с русской ин­телли­генци­ей в 1921–1922 гг. Цен­трожид с особым упор­ст­вом унич­то­жал право­слав­ную церковь до 1924 го­да, а по­сле смер­ти Лени­на это фа­ши­ст­ское де­ло продолжил «боль­шой друг и со­ратник» Лени­на — Ста­лин.

Через три ме­ся­ца по­сле за­хвата власти, ко­гда стало ясно, что патри­арх Тихон не поддержал за­хват­чи­ков, — Цен­трожид 20 янва­ря 1918 г. из­дал декрет против церк­ви — «О свободе совести, церковных и ре­ли­ги­оз­ных об­ще­ст­вах».

В конце 1917 г., из­де­ва­ясь над право­слав­ны­ми свя­щенни­ка­ми, за­хват­чи­ки, иг­рая в свою лю­би­мую «де­мо­кратию», стали на­значать в приказном по­рядке право­слав­ных свя­щенни­ков дружинни­ка­ми в ночное де­журст­во по борь­бе с граби­те­ля­ми и банди­та­ми. «Уже в де­кабре 1917 г. ра­бо­чие-строите­ли Кронштадтской крепо­сти не вы­держа­ли и протесто­ва­ли, — от­ме­ча­ет в своём ис­следо­ва­нии Сол­же­ни­цын, — их ре­зо­лю­цию по­мести­ли «Кронштадтские из­вестия»:

«Мы, масте­ро­вые и ра­бо­чие, на об­щем со­бра­нии се­го числа (28 декабря), об­су­див во­прос по по­во­ду на­значе­ния право­слав­ных свя­щенни­ков на очередное де­журст­во ми­ли­ционе­ров, ус­матри­ва­ем, что ни один ев­рейский раввин, ма­го­ме­танский мулла, римско-ка­то­ли­че­ский ксёндз и не­мецкий пастор, кроме право­слав­ных свя­щенни­ков, Исполни­тель­ным Коми­те­том Сове­та Рабо­чих и Сол­датских де­пу­та­тов по­че­му-то на­значен, для не­се­ния ми­ли­цейской долж­но­сти, не был. Оче­видно, весь Исполни­тель­ный Коми­тет со­стоит ис­клю­чи­тель­но из иноверцев…»

Рабочие Кронштадта бы­ли правы, хо­тя боль­ше­ви­ка­ми (иноверца­ми) двигала не ре­ли­ги­оз­ная не­на­висть, а осмысленная борь­ба с конку­рентом по влия­нию на лю­дей.

Сто­ит за­ме­тить, что по­сле 1917 г. по­стра­да­ли свя­щенни­ки и храмы всех христиан­ских конфессий, но православные боль­ше всех не случайно. Ибо право­славие является со­став­ной ча­стью та­ких по­ня­тий как — «русский», «русская духовность», «русская ду­ша», «самоощущение русских», «русская ис­то­рия» и других подобных. — А за­хват­чи­ки по­ни­ма­ли, что со­противле­ние им мо­жет оказать имен­но русская на­ция как ос­новная в го­су­дарст­ве (ти­туль­ная на­ция), по­это­му сломить её ду­ховно и превратить в ра­бов без ос­мея­ния, «опус­ка­ния» и ли­кви­да­ции право­славия бы­ло не возможно.