Ирина Якимова - Carere morte: Лишённые смерти

• Название: Carere morte: Лишённые смерти
• Автор: Ирина Якимова
• Жанр: Фэнтези

Carere morte — что это? Это значит: быть бессмертным, отказавшимся от смерти, лишённым смерти… Вампиром. Carere morte — господа Земли Страха, страны, возникшей и существующей, благодаря проклятию вампиризма. Её смертные жители свыклись с таким положением дел, даже охотники на вампиров не верят в возможность полного избавления от владычества carere morte. Мир Земли Страха кажется незыблемым, но появляется человек, обладающий странным Даром исцелять вампиров, — и всё меняется. Споры о Даре раскалывают и вампирскую цитадель, и оплот Ордена охотников. У Избранного — обладателя Дара, появляется защитница — вампирша, а его главной противницей оказывается ревностная охотница. Прежние противники объединяются в союзы, отчаявшиеся бросаются за помощью к злейшим врагам. Но Владыка вампиров уверен, что победа, как всегда, достанется ему…

Исправленный и окончательный вариант (по крайней мере, окончательный на ближайшие годы). По 1-му 2-му тому есть новые сцены.

---

— Ну что ты, мальчик, — слабый голос дрожал. — Так и должно было быть.

Дрожали и руки. Как у старухи. Усталость снова сморила её. Три ночи как одна бессонная ночь! Заснуть бы теперь хоть на несколько часов, чтобы трёхдневное "сегодня" наконец сменилось на "завтра"! Проснуться в новом дне, для которого ночной мир — не более чем сон; новым днём спокойно, ясно говорить о Даре, о Старейшем, о новой цитадели и новых планах Ордена… Мира закрыла глаза.

— Подари мне картину. Ту последнюю, с Рассветом, — расслышал Винсент.

Он поднял голову. Но тётушка уже спала.

Эпилог. Палач

Юноша замер, не отводя от девушки глаз. Лира Диос — это имя звучало как музыка, не земная — райская. Высокая дама в странном готическом маскарадном костюме была серьёзна, даже немного печальна. И, когда она улыбалась, он понимал: то печаль святой… Она была прекрасна! — Руководитель миссии предыдущего Бала вампиров, леди во главе охотников, отважная и невинная!

То было начало бала. Тогда, только знакомясь с Лирой Диос, Ульрик и не подозревал, что скоро светлый образ, живший, увы, лишь в его воображении, разобьётся на тысячу осколков и те, сверкая, сгинут в темноте.

И туда же, в преисподнюю, обрушится весь его мир…

"Всё это очень мило, юноша, но я давно не охотник".

Лира Диос — предавшая священнейший из обетов, смеющаяся над священнейшей из миссий!

Даже увидев крылатого льва на её гербе, он не сумел и в мыслях назвать её: "carere morte", но, должно быть, презрение всё же отразилось на его лице. Тогда, в начале Бала она пыталась найти союзника в охотнике. Улыбаясь, она сулила помочь им в миссии уничтожения Дара. Странная Лира Диос, не признающая ни Орден, ни Владыку. Одинокая, насмешливая, резкая…

Но он сделал выбор. Другой выбор. Ведь Лита, Избранная, попросила о защите! Впрочем, он старался об этом не задумываться… Подумать только, они осмелились пойти против приказа Краса! И он, и Солен предпочли довериться гербу посланницы Ордена. Но как странно и страшно было читать осуждение: "Предатель!" в глазах Лиры Диос… в глазах посланницы Владыки вампиров!

Да, этой ночью всё перевернулось с ног на голову. Гордись, охотник, ты не поддался врагу!

Вампиру…

"Обманщица! Лгунья! Предатель!" — но это всё, что он мог сказать леди Диос, узнав об истинном её прошлом. Другие, нужные слова не приходили: "Проклятая тварь? Исчадие Тьмы?"

"Я — охотник, мой рубеж единственный, первый и последний. Я стою на пути древнего зла, пришедшего, чтобы пожрать мир. Зло это не властно надо мной, не коснётся меня", — как обессмыслились эти слова! Оказывается, можно предать их и сметь нести герб Владыки вампиров! — Так стоит ли верить им? Оказывается, цитадель, которой он клялся в верности, многие годы скрывала в своих стенах вампиршу Вако! — Так что стоит слово тех, кто поручился за него на посвящении? А слово главы Ордена?

Солен и Селеста казались уверенными и спокойными. Их вера в Орден не пошатнулась. А он теперь не знал, чему и кому верить. Он просто шёл за Литой, и света этой звезды было довольно, чтобы освещать путь.

Ульрик шёл. Пока новая пропасть не разверзлась под ногами…

Лира Диос проворно освободилась от его жалких рук и всё стояла, покачиваясь, над телом Избранной, которую убила. Щёки девушки разрумянились, волосы растрепались, грудь мерно, сильно вздымалась и опускалась. Она дышала, жила… Не воплотившаяся мечта — пробудившийся демон. Из-за стекла зелёных глаз глядело безумие. С кинжала, который она продолжала отчаянно сжимать в руке, капала кровь. Не тёмная грязь, что течёт в жилах carere morte — живая, человеческая, и серебро всё также поблёскивало из под разводов…

Чёрная ненависть, какой он не знал прежде, поднималась с самого дна души. Чёрные тени, гримасничая, плясали перед глазами. Сколько он стоял так: не двигаясь, кажется, не дыша? Видимо, недолго. Когда дверь комнаты вновь отворила графиня Ларгус, из залы донёсся всё тот же звонкий Хрустальный вальс.

— Бедная девочка! — заметила Селеста. — Несчастная действовала под чарами: это заметно по глазам.

— Кто? Лита?

— Лира, бывшая охотница Диос. Какой-то сильный carere morte направил её на убийство Избранной.

Ульрик проглотил холодный ком в горле. Губы его искривляла омерзительная змеиная усмешка, и он был бессилен её скрыть.

— Помогите мне, — мягко улыбнувшись, шепнула охотница. — У меня здесь осталось одно неоконченное дело. Мой брат Рикард.

Легко пройдя сквозь стену его взгляда, она по-матерински обняла юношу:

— Видите, сколько игр, в которых вам нет места, здесь ведётся, кроме главной бальной? Не принимайте дела Ордена так близко к сердцу, Ульрик. Живите полной жизнью…

Ульрик почти не слушал, но послушно шёл за ней. Его мир поглощал мрак.

— Ульрик, заканчивайте ритуал!

— Per signum crucis de inimicus nostris libera nos, Deus noster, — ненужные, беспомощные слова. Они обессмыслились для него, как и клятва охотника…

"Кто он? Зачем здесь?"

— In nominae Patris, et Filii, et Spiritus Sancti…[3] — мёртвые слова на мёртвом языке — слабые, холодные, далёкие…

Лира Диос тихо спала на полу у его ног…

Рикард Ларгус рассыпался прахом.

— Что здесь происходит?! — Вернир Реддо подошёл незаметно, неожиданно. — Что… это?! И…

— Это? — Только горстка пепла, — усмехнулась Селеста. — Ах, нет, это? — Труп молодой, красивой леди…

— Дорогой брат, — Солен отвела его в сторону. — Никакой полиции. Помнишь прошлый Бал? Родители оставили тебя тогда в счастливом неведении…

Герцогиня возвратилась через минуту. Надменное лицо казалось бесстрастным, но Селеста всё же что-то прочитала в нём, сказала, успокаивая:

— Ты убила предателя, давно приговорённого к смерти. Она молила сама. Ты — оказала милость.

— И сделала бы это ещё раз! — холодно отрезала та. — У меня встреча с герцогом Тенером. Слугам я сказала убрать её…

— Не надо. Давайте я, — тихо предложил Ульрик.

— Да? — Солен обернулась, и сейчас он заметил растерянность и усталость молодой герцогини. — Хорошо… Благодарю вас, сударь. Отнесите её в склеп. Слуга вас проводит.

Он поднял её, вынес прочь из дома. Мысли путались… Печально поглядела на охотника мраморная девушка с барельефа над входом в сад, и Ульрик отшатнулся, вскрикнув. Ему почудилась насмешливая и беззащитная улыбка, милые ямочки на щеках и маленькие острые клыки.

Хитрые Реддо выстроили своё поместье на северной границе Короны и прихватили к территории небольшой лесочек на предгорье. Ульрик отправил слугу в поместье, спросив дорогу в склеп. Сейчас ему не нужна была ничья компания. Он ненавидел весь мир.

Охотник миновал круглый прудик, и сад закончился. Он ступил в лес и скоро очутился у склепа Реддо. Дверь в гробницу была открыта. Какая-то тень со свечой двигалась там, внизу. Наверное, ещё один слуга герцогов.

— Куда положить её? — мрачно спросил Ульрик слугу о своей невесомой, но нелёгкой ноше. Невысокий человек со странными белыми глазами, казалось, растерялся. Он пожевал губами, но всё-таки сообразил:

— Что, ещё одна? Ну и ночка сегодня! Неужели, и здесь маниак объявился? Ещё на прошлом Балу люди пропадали…

Ульрик не слышал его, вновь погрузившись в мрачные мысли. Вслед за слугой он прошёл в какой-то зал, положил свою ношу на холодный мраморный пол. Лицо Лиры всё ещё было прекрасно. Кожа белее мрамора… Тёмные припухшие губы улыбались. Загадочно, завлекающее… насмешливо: "Щенок! Глупец! Ты проиграл, охотник! Ты оказался слаб!"

— Идите, господин, идите, — бормотал за его спиной человек. Свеча в его руке дрожала, воск капал на белый пол. — Идите. Я о ней позабочусь…

Но Ульрик продолжал смотреть вниз, на неё: Лицо спокойное, отрешённое как у спящей. Только брови страдальчески приподняты: должно быть, мучительный сон ей снится! Лира Диос мертва…

"Её душа свободна, это не значит: "смерть…" — Нет, довольно! Ульрик опомертью кинулся из склепа, точно за ним гнался призрак.

"Отвратительная, мелкая, чёрная, лживая душонка! Смерть стала милостью для тебя, Лира Диос!"

Очнувшись в парке, он повернул было обратно. Какая неведомая сила до сих пор тащила его к ней?! Но дверь склепа оказалась заперта.

"Да, полно, был ли он там, в склепе?"

Ульрик возвратился на бал. Здесь юношу ждало очередное потрясение: Селеста убита, Солен и Мира покинули Бал, не дождавшись его окончания! Куда-то исчезла и Габриель.

Чёрные тени тянулись из углов, окружали гостей Бала. Они корчили охотнику рожи, безумно хохотали и ледяным колокольчиком в этом гоготе и гаме вновь и вновь звенел смех той, что лежала сейчас на холодном полу склепа, не более живая, чем белая девушка на барельефе…

Охотник обхватил голову руками… Потом рассмеялся: они сбежали! Сбежали! Оставили его… Оставили Бал вампирам!