Виктор Венский - Правоохранительные и судебные системы глазами рецидивиста

• Название: Правоохранительные и судебные системы глазами рецидивиста
• Автор: Виктор Венский
• Жанр: Государство
• Год: 2010

Читатели знакомы с моими книгами, рассказывающими о последних достижениях науки и об исследовании территории непознанного — человеческой психики и в целом возможностей Человека.

Но видимо Судьба всегда пытается достичь равновесия между Небом и Землей, между Богом и Дьяволом. Видимо поэтому я вынужден был погрузиться в самые обыденные вещи, на самое дно нашей цивилизации, — там, где обитают преступники и приравненные к ним люди.

И этот опыт позволил мне понять, почему в народе всегда складывались былины и сказки про удалых разбойников, про людей, которые выступали против давления общества, против его абсолютного диктата и несправедливости жизни, навязываемой нам нашими правителями.

---

Свидетель обвинения Вайнер. Это подруга Ларисы (знакомы более 20 лет) и хотя она не была ничему свидетелем (ожидала своих подруг этажом ниже), тем не менее, доверяя своей подруге пересказывает ее позицию. Более того, именно Вайнер подписала по просьбе Ларисы, у нее на квартире, акт по действиям (разбираемым данным судом), свидетелем которых она не была, т. е. по сути лжесвидетельствовала.

Свидетель обвинения Сорокина. Это подруга Ларисы с детства, живет в 5 минутах ходьбы от дома Ларисы. Так же, доверяя своей подруге пересказывает ее позицию. Сорокина подписала сфальсифицированный акт вместе с Вайнер, на дому у Ларисы! По-всякому это называется сговором свидетелей с этой якобы «потерпевшей». А ведь этот фальсифицированный акт приставы пустили в дело, что указывает на их прямой сговор с Ларисой и ее подругами.

Свидетель обвинения Александр. Это сын Ларисы и хотя сам он не был ничему свидетелем, тем не менее, доверяя своей матери, пересказывает ее позицию с ее слов. Тем более, что он был в курсе, что ничего из описанного его матерью реально не происходило.

Таким образом, у суда есть все основания отнестись к показаниям данных свидетелей как минимум с недоверием.

А всё в целом указывает на отсутствие какой-либо вины обвиняемых в описанной «потерпевшей» ситуации.

Комментарий системного аналитика

В предыдущем разделе хорошо (системно) изложен фактический материал дела, остается только сделать правильные выводы.

Выводы в недоказанности события преступления и вины подсудимых очевидны. Но эта очевидность с точки зрения логики, здравого смыла, системного анализа, закона — ничто по сравнению с субъективным мнением конкретного судьи. Судья может отбросить неудобные для него факты без всякого обоснования, изложить «доказательства», основанные только на субъективном мнении данного судьи и ни на чем больше. И вышестоящий суд не будет его ловить за руку, поскольку сам поступает в точности также.

Комментарий мага

— Вот ты удивляешься, что Ларисе всё удается, как будто ей помогает сам дьявол. Ей без труда удается сфабриковать очередное дело и унизить тебя и твою Натали. Дело здесь в том, что в начале Лариса удачно подсоединилась к эргрегору судебной системы. Ее энергия, как энергия вампира, хорошо коррелирует с энергией данного эргрегора, который также высасывает энергию из своих жертв через посредство судей. Энергия, проходя через судей, создает у них эйфорию, подобно наркотическому действию. Сам, по своей воле, судья уже не способен уйти из этой системы. И не всегда он действует сознательно или злонамеренно, принимая тупые по своей природе решения и приговоры, — им руководит энергия эргрегора.

То же самое происходит в религиозном эргрегоре. Ты когда-нибудь пробовал спорить с истинно верующим?

— Пробовал.

— Вот-вот. Непробиваемая никакими логическими аргументами защита. Тоже самое происходит и в судах.

— Ну так и что же делать?

— Надо стать частью данного эргрегора. Например, почему приставы выскользнули из- под твоего обвинения, несмотря на очевидную виновность? Они принадлежат эргрегору, а тому не выгодно саморазрушаться. Поэтому он и защищает приставов и будет защищать.

Можно использовать адвоката, а самому максимально самоустраниться. Хороший адвокат, часто выигрывающий дела, очень хорошо связан с этим эргрегором и живет по его правилам. Адвокат-правдолюбец, как и ты, обречен на поражение.

— Но ведь Лариса, подав на судью Беца в суд, должна была разрушить связь с эргрегором судей?

— Так и произошло. Ты же говорил, что после этого у нее стало всё не так гладко проходить, как раньше. Это безусловно ее ошибка. Вторая ее ошибка — жалоба на всех своих и твоих адвокатов в адвокатские коллегии. Это второй удар по данной связи с эргрегором. Поэтому, в конечном итоге, она увязла в делах, как Гитлер под Москвой, не сумев причинить тебе максимального урона, который вполне мог быть в данной ситуации.

10. Дело 8. О вселении

Реальные обстоятельства дела

Не смотря на то, что я выиграл суд по выселению меня из нашей квартиры. Вселиться туда я по прежнему не мог. Лариса напрочь отказывалась отдать мне мои ключи. Во-первых, она в этом случае не могла вернуть в дом вещи, подлежащие разделу, которые она ранее спрятала у своих родственников и знакомых. Во-вторых, она не смирилась с тем, что по закону у меня точно такие же права на нашу квартиру, как и у нее.

В результате мне пришлось подать в суд на вселение.

Я выиграл и этот процесс. Ее обращение в кассационные инстанции, включая обращение в Европейский суд, ни к чему не привели. Суд выписал даже предписание для приставов с требованием вселить меня по месту прописки. Однако суд не установил процедуру, согласно которой мы бы могли разделить данное место проживания. Кроме того, я не без основания опасался, что если я вселюсь, то Лариса сфабрикует, пользуясь ситуацией, еще одно уголовное дело. Легкость, с которой у нее получилась фабрикация предыдущих трех уголовных дел, меня также настораживала.

Поэтому, мне оставалось только ждать, пока грянет новый финальный срок приватизации квартир и сама Лариса будет вынуждена решать вопрос с моей выпиской либо с разделом квартиры, после ее приватизации.

Рассчитывать на ее логику я не мог. Её логика оказалась поразительным образом похожа на логику судей — и там и там здравый смысл попросту отсутствовал, а логические выводы, обосновывались не фактами, а самим наличием этих выводов. Полагаю, именно этим объясняется успех многих ее исков.

Позиция суда

Суд не имел законных оснований меня выселить, о чем было соответствующее решение предыдущего суда. Значит, суду оставалось только вселить меня. И здесь играл значение лишь тот факт, что она активно препятствовала моему проживанию по месту прописки. Именно это я и должен был доказать в суде. Попытка Ларисы утверждать, что она и не против моего вселения, тут же опровергалась ее же злобными словами, что с «этим извергом в одном помещении она жить не будет».

Мне нужно было также доказать факт, что я стремился вселиться в нашу квартиру, но получил отказ. Благо одна из таких попыток произошла в присутствии участкового, я попросил его помочь мне вселиться по месту прописки. Участковый позвонил Ларисе и минут тридцать выслушивал ругательства в мой адрес. В порыве «страсти» Лариса кричала ему (милиционеру), что если только он попытается войти в ее квартиру вместе со мной, то она вызовет наряд милиции. Участковый на суде подтвердил этот факт.

В силу вышеуказанного у суда не оставалось иного выхода, как выдать предписание на мое вселение.

Однако в законе отсутствовал и до сих пор отсутствует механизм совместного проживания двух семей в отдельно взятой неприватизированной квартире. Поэтому суд не смог определить порядок пользования квартирой после моего вселения, что сводило на нет решение суда о вселении. Парадокс заключается в том, что коммунальные квартиры, де- факто, у нас существуют, а закон, де-юре, не признает факт их существования.

Позиция обывателя

Я бесцельно бродил по улице, шурша осенними листьями, и заглядывал в окна квартир, где жили довольные люди, довольные хотя бы тем, что имели свое собственное жилье. И некому было жаловаться: бог далеко, а закон не выполняется. Чего говорить, если у нас в стране не обеспечивается прожиточного минимума даже для фронтовиков, которых в живых то осталось несколько десятков на всю страну. Куда уж государству до меня с моими проблемами.

Казалось бы, если после развода члены семьи остались в одной квартире, то закон должен определить правила, по которым они будут жить. Например, установить, кто и сколько будет платить за жилье, как они будут использовать общую часть квартиры (кухня, туалет, ванная) и т. п.

В нашем случае суд ушел от решения всех этих проблем, делая свое же собственное решение практически невыполнимым.

Кстати, у свидетеля Вайнер, точно такая же ситуация — она живет в квартире с бывшим мужем. Оба ненавидят друг друга и просвета в этой ситуации не видно. Думаю, отчасти именно в силу этих обстоятельств, Вайнер свидетельствовала в поддержку своей подруги, Ларисы. Лариса в этом смысле, как хороший психолог, совершенно правильно выбрала свидетелей по «уголовным делам». Все женщины-свидетели разведены и имеют зуб на бывших мужей, обжегшись на молоке, считают всех мужчин свиньями. Это идеальные кандидаты на то, чтобы исказить факты, а точнее сфабриковать их, так, чтобы суд стал на защиту «бедной и несчастной женщины», собственно как и получилось.

Комментарий юриста