Ирина Ванка - Сказки о сотворении мира

• Название: Сказки о сотворении мира
• Автор: Ирина Ванка
• Жанр: Фэнтези

---

Графиня приложила усилие, но тело не подчинилось, словно не принадлежало ей. Графиня собралась с духом, чтобы расслабить руки, сжимавшие ствол, но пальцы только сильней побелели. Новая попытка овладеть своим телом, лишила ее чувств. Последнее, что помнила Мира — это черное небо над белой землей, которая вдруг вырвалась из-под ног человеческих и скрылась в космической пустоте.

— Главное оружие воина — вера, — сказал Валех. — Оружие — фетиш, доспехи — обертка. Все, что защитит настоящего воина — его непоколебимая вера в то, что справедливость восторжествует, потому что настоящий воин может воевать только на стороне справедливости.

— А если он не верит в справедливость? — спросила графиня и поняла, что жива.

— Ничего, ничего, — успокоил знакомый голос. Сильная рука приподняла ее голову и подложила под нее охапку соломы. — На хорошего воина хватит подлости. Будет работа.

Мира узнала человека, оборонявшего восьмой дольмен. Его глаза цвета лазурной волны, загорелое лицо и плечи гребца, бежавшего с римских с галер. — Ничего, — успокаивал воин, — с каждым бывает. Бывает и хуже. Вон, Драный… сколько позорился!

— Извини… — сказала графиня, — забыла, как тебя звать?

— Собек, — повторно представился человек и поставил возле графини деревянный бочонок. — Зови Крокодилом, если хочешь. Не обижусь.

— Собек… я ведь здесь по ошибке, правда? Я не участвовала в конкурсах на это место.

— Раз жила, значит участвовала. Раз выжила, значит победила. Чего скромничать? Давай-ка выпьем пивка… — Он приподнял графиню и дал в руки чашу, наполненную черной жидкостью с ароматом жженого ячменя и вишневой косточки. Графиня проглотила пиво и почувствовала, что кровь потекла по ее застывшему организму.

— Собек…

— Что?

— Еще…

Графиня выпила еще порцию. Головокружение прошло, море поднялось к стенам крепости и вернуло себе нормальный оттенок. У пристани маячил пиратский катер. По берегу бегал рыцарь с подносом, на котором стоял массивный телефон образца позапрошлого века. За аппаратом тянулся оборванный провод.

— Мой прадед был воином, — сказала графиня, — прапрадед тоже, и прапрапрадед… Не знаю, насколько храбрыми, но все уходили в отставку в больших чинах. А я тут причем? За что они издеваются надо мной, Собек? За то, что я бывшая подружка Зуба? Так с ним покончено. Кстати, надо ему позвонить, чтоб прислал Густава. Отсюда можно звонить в Монте-Карло?

— Видишь быстроходную лодку? — спросил Собек.

— Ну, вижу.

— Твой Зуб здесь должен каждому встречному. Позвонишь Зубу — они привезут сюда его голову, одетую на копье.

— Значит, не Жорж устроил мне этот аттракцион?

— Здесь никто не платит по чужим долгам. Каждый отвечает за себя и вправе требовать вознаграждения.

— Золотыми монетами моих проблем не решить. Собек, разве они не обязаны выполнить просьбу человека, которого посылают на смерть?

— Обязаны.

— Почему же они говорят, что я не имею права?

— Врут.

— И что же мне делать?

— Требуй. Никуда не денутся.

— Но они сказали, что человек не имеет права просить за Ангела.

— А ты не проси за Ангела. Проси за десять Ангелов сразу. Торгуйся. Дави и уступай по капле, пока не получишь свое.

— Но они сказали!.. — воскликнула Мира и поняла, что выпила мало пива. Чтобы придти в себя, ей нужно было осушить бочонок и послать за добавкой. А еще… дать по черепу рыцарю с телефоном, который бездарно бегал по берегу моря, волоча оторванный шнур. Еще лучше, отрезать от этого лживого форта девятую башню, утопить ее в море…

— Тебе положено требовать, — сказал Собек. — Ты — человек, существо бесправное, и терять тебе нечего. В следующий раз требуй и угрожай.

— Я не могу бесконечно играть в эти игры.

— Сможешь. Втянешься. Проситься будешь. Только не бери на себя больше, чем утащишь.

— Но я не могу таскать на себе цунами…

— Нет, можешь, — возразил Собек. — Мертвого Ангела тащить из могилы труднее.

Рыцарь с подносом заметил графиню и перестал маячить. Он кинулся к ней и упал на колено. Телефон с оборванным проводом истерично хрипел. Подпрыгивал, бился в конвульсиях и наливался жаром, пока графиня не сняла с аппарата трубку.

— Смольный слушает!

— Ваше сиятельство… — услышала она взволнованный голос Артура. — Мне конец! Прощай. Не держи зла на собаку. Помни обо мне хорошее, и передай привет Валерьяновичу. Скажи, что я ему благодарен за все. Завтра твоего пса прибьют и швырнут на помойку. Ваше сиятельство, вы были самым светлым пятном моей скотской жизни…

— Артур? — удивилась графиня. — Где ты?

— Здесь, в сортире «аэропорто-ди-Милано», если тебе интересно. Звоню, звоню…

— Господи! Там уйма сортиров! У мужском или женском?

— Издеваешься? В женском, конечно. В мужском меня давно бы нашли. Сеньора любезно одолжила мне телефон… Мирка, спаси меня или простись с деньгами, которые я тебе задолжал!

— Сиди, где сидишь! — приказала графиня и связь прервалась, потому что телефон на подносе умер естественной смертью. Он просто развалился от удара трубкой о ржавые рычаги и раскатился по подносу. — Постарше аппарата в крепости не нашлось? — спросила графиня. Рыцарь учтиво поклонился в ответ. — Принеси телефон из моего рюкзака. Стоп! Принеси рюкзак, — графиня огляделась, но рюкзака не нашла. — Хорошо, неси, что найдешь! — приказала она, и рыцарь скрылся за воротами форта.

— Пройдет время, — сказал Собек, — и телефон на подносе станет маяком твоего возвращения.

— Никогда! Я не собираюсь здесь воевать. Передай командиру, пусть призывает следующего по списку. У меня полно проблем на гражданке.

— Воскрешение Мертвых Ангелов?

— Не твое дело, Собек! Как-нибудь сама разберусь.

— Я хотел бы помочь.

— Помоги.

— Но не знаю, как.

— Тогда не мешай, — графиня проводила Собека хмурым взглядом и приложилась к бочонку. — Крокодилы меня еще жить не учили, — ворчала она, а черное пиво текло по ее щекам и капало на рубашку. — Все меня учили жить, кроме крокодилов! Нашли себе развлечение, устраивать бедной девушке проверку на вшивость. Подождите, скоро я вам устрою…

Следующий телефон, вынесенный из форта, казался прадедом предыдущего, тем не менее, хрюкал ржавым колокольчиком, и рыцарь, утопая в песке от тяжести, тянул за подносом провод.

— Артур!!! — крикнула Мира в трубку.

— Это я, Мирей, — ответил голос, который графиня не сразу узнала, и не сразу перешла на французский. — Даниель?

— Да, да! Хотел спросить адрес сибирской бабушки. Если знаешь, скажи мне его по секрету. Я совсем не понимаю, как туда написать. Артур убежал, и спросить больше некого.

— Он сидит в «сортиро-ди-Милано»! — сообщила графиня. — То есть, «аэропорто-ди-сортиро». Короче, заперся в дамской кабине и наложил в штаны. Слышишь, Даниель? Я не помню адреса фрау Симы. У тебя в Милане полно друзей, пусть подъедут. Если вынешь его оттуда живым, запиши на мой счет все долги этого… сортирного сеньора.

— Он обезумел… — предположил Даниель.

— Мы все обезумели! Даниель, тебя плохо слышно!.. — кричала графиня, сидя на песке у девятой башни. — Мы все обезумели! Все без исключения, Даниель! Весь мир безумен! Весь!.. До самого глубокого дна океана… До самой высокой горы… В мире не осталось ничего, кроме сплошного безумия.

Глава 2

Мужчина с выразительной табличкой «мисс Винограбова М.» маячил в зоне прилета и приставал к дамам, мало-мальски соответствующим славянской внешности. Оскару Шутову он не понравился с первого взгляда: длинный, плешивый, в безукоризненно деловом костюме. Человек боялся пропустить встречаемую персону и каждой демонстрировал свой плакат. Кроме того, незнакомец набрался наглости спросить по-русски, не встречает ли Оскар ту же самую «мисс»?

— Не понимаю, — ответил молодой человек, и мужчина ринулся сквозь толпу, распихивая тележки с чемоданами.

«Вот урод, — подумал Оскар. — Тем более что рейс из Афин. А впрочем, — решил он, — ее сиятельство, как правило, имеет дело с уродами».

Следующее неприятное обстоятельство открылось, когда графиня Виноградова показалась на выходе. Следом за ней вышагивал юноша, прекраснее Аполлона. Ангел с очами влюбленного демона. Этими самыми очами он бессовестно озирал графиню, волоча за ней чемодан, и лишь изредка оглядывался по сторонам, вероятно, попал в Америку первый раз и прежде не видел таких просторных аэропортов.

Графиня притормозила возле мужчины с табличкой, внимательно прочитала фамилию, убедилась, что никакого отношения к данной «мисс» не имеет, и двинулась дальше. Юноша притормозил вместе с ней и тоже прочел табличку. Хозяин таблички растерялся, в контакт не вступил, и Мирослава продолжила путь, пока не наткнулась на одуревшего от ревности мистера Шутова.